На грани победы-1: Завоевание - Киз Грегори - Страница 54

— Надень это на голову, — предложила она.

— Правильно! — сказал Энакин, припоминая. — Дядя Люк как-то пробовал надеть такой же. Это что-то вроде прямого интерфейса с мозгом.

Он с сомнением посмотрел на штуковину, затем надел ее. Сразу же стал слышен далекий голос, бормочущий что-то непонятное.

— Тизовирм не переводит, — сказал Энакин. — Наверно, капюшон его как-то обходит.

Он попробовал несколько мысленных команд, безрезультатно.

— Плохо, — пробормотал он. — Должно быть, это как светляк. Без настройки наш мозг не может напрямую взаимодействовать с технологией вонгов.

— Йуужань-вонгов, — рассеянно поправила Тахирай.

— Точно. Может, это просто языковой барьер. Может… Тахирай, попробуйка ты.

— Я? Я же не пилот.

— Я знаю. Все равно, попробуй.

Тахирай пожала плечами и надела мешочек себе на голову.

Он стал извиваться и сжиматься, устраиваясь поудобнее.

— О! — сказала Тахирай. — Подожди.

Стены стали прозрачными, и в тот же миг корабль содрогнулся от еще одного удара.

Теперь Энакин видел, что было этому причиной; другой корабль, тоже стоявший на земле, стрелял по ним из одного из своих плазменных орудий. Йуужань-вонги расчистили для своих выстрелов прямую линию. Энакин решил, что они, видимо, рассчитывали пробить корпус — кожуру? — без серьезного ущерба для корабля.

— О'кей, — пробормотала Тахирай, поглаживая пальчиками различные нервные узлы. — Посмотрим, что… Йау!

Корабль подпрыгнул, как угорь-флик над горячей сковородкой. У Энакина перехватило дыхание, и он издал радостный вопль, хлопнув Тахирай по спине.

— Мы таки сделали это! — закричал он. — Рвем отсюда когти.

— Куда?

— Куда-нибудь! Просто убираемся отсюда!

— Ты капитан, — ответила она. Дамютек превратился в пятнышко далеко внизу.

— Неплохо, — сказал Энакин. А теперь, если ты разберешься, как работает оружие…

Тахирай вдруг завизжала и сдернула с себя капюшон.

— Что такое? — спросил Энакин.

— Это в моей голове! Приказывает мне вернуться! Еще секунда, и оно бы подчинило меня себе!

— Нехорошо, — сказал Энакин, смотря, как земля несется вверх. Ему подумалось, что за последнее время он насмотрелся на эту картину даже более чем достаточно. Гравитацию слишком переоценивали.

Когда они нашли люк и вылезли наружу, Энакин услыхал гудение — приближался другой йуужань-вонгский корабль.

— Тахирай, — сказал он. — Беги. Я со своей ногой только задерживаю тебя.

— Нет, — просто ответила Тахирай.

— Пожалуйста. Я прошел весь этот путь, чтобы спасти тебя. Я не хочу, чтобы все это оказалось зря.

Тахирай погладила его по щеке.

— Это было не зря, — сказала она.

— Ты знаешь, о чем я.

— Я знаю, что мы всегда во всем были вместе. Я знаю, что если это конец, то я не хочу встретить его ни с кем другим. Я знаю, что мы еще можем заставить их пожалеть, что они с нами связались.

Она взяла его за руку.

Энакин сжал ее в ответ.

— О'кей, — уступил он. — Вместе.

Кораблю не потребовалось много времени, чтобы найти их; они улетели от реки не более чем на километр. Это был не аналог спидера, а скорее что-то похожее на корвет.

Тахирай испытующе прикоснулась к Энакину в Силе, и впервые он понастоящему почувствовал, что с ней сделали — боль и смятение, отвратительное, кошмарное чувство нереальности. Он послал ей свою симпатию и силу, и связь окрепла. И когда она сильнее сжала его пальцы, когда он наконец сломал последние барьеры между ним и ею — между ними — в тот момент Сила понеслась через него подобно урагану.

Тахирай засмеялась. Это не был детский смех.

«Вместе вы сильнее, чем сумма ваших частей», сказал Икрит.

Вместе.

Они вырвали с корнем тысячелетнее дерево массасси и швырнули его по прямой вверх. В момент столкновения с йуужань-вонгским кораблем оно летело со скоростью спидера. Дерево ударило прямо в довина-тягуна и разлетелось в щепки, равзернув корабль на девяносто градусов. Еще одно дерево выскочило из земли, и еще, и еще. Корабль завертелся на месте, стреляя по деревьям сгустками огненной плазмы и совершенно не понимая, что происходит. Одно из деревьев протаранило орудийную структуру, и половину корабля охватило пламя.

Теоретически джедаи могут использовать Силу без напряжения, не уставая. На практике редко когда было так.

Энакин и Тахирай вышли за пределы своих возможностей, и теперь их силы быстро убывали.

Корабль вихлял, из его разрушенного орудия вытекал жидкий огонь, но он никуда не делся, а там, откуда он прилетел, было еще множество других.

Тем не менее Энакин сжал руку Тахирай.

— Вместе, — сказал он.

Воздух над ними взвигнул и полыхнул огнем, и резкие линии красного света разрезали йуужань-вонгский корабль, словно какой-нибудь корнеплод. Вслед за тем ослепительно яркий шар огня ударил в уже кровоточащую рану, и труп йуужань-вонгского корабля врезался в землю.

Энакин смотрел вверх, разинув рот.

С неба спускался другой корабль — корабль, сделанный из металла и керамики, а не из живого коралла.

Это был потрепанный транспорт Ремиса Вена — самая прекрасная вещь, которую когда-либо видел Энакин.

Корабль опустился на репульсорах, люк распахнулся.

Оттуда высунулась голова Корла.

— Чего вы ждете? — закричал старик. — Поднимайтесь на борт.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВТОРАЯ

Тэйлон Каррд следил взглядом хищника за точкой, ползущей по экрану дальномерного сканнера. Тем не менее он был полностью в курсе, что пришел Кам Солюсар и безмолвно встал у него за спиной.

— Что это? — спросил джедай.

— Дальномерные сенсоры говорят, что какой-то транспорт только что вышел за пределы атмосферы Явина Четыре, — отвечал Каррд.

— Несколько мгновений назад я почувствовал невероятное возмущение в Силе, — сказал Солюсар. — Я уверен, что к этому причастен Энакин, и Тахирай, думаю, тоже.

— Вы сейчас их чувствуете? Они на этом транспорте?

— Должно быть, они там… я думаю, — ответил Солюсар.

Каррд покачал головой:

— Этого недостаточно. Если я так глубоко залезу на территорию йуужаньвонгов, все шансы на то, что ни один корабль из моего флота не вернется. Мне надо знать. Что, если это всего лишь какой-нибудь бригадник или пара бригадников, которые прятались на той стороне Явина?

— Это Энакин, — отвечал Солюсар.

Каррд расслабил плечи.

— Хорошо. Это уже лучше, раз вы говорите с уверенностью, — сказал он. — Ладно.

Он повернулся к команде:

— Кажется, это то, чего мы ждали, народ. Наша миссия изменилась. До сих пор мы просто старались уцелеть и лишь отстреливали тех, кто отбился от стада. По моим представлениям, йуужань-вонги использовали нас, чтобы практиковаться в стрельбе и чтобы изживать дураков из своего генофонда.

— Но они будут вести себя по-другому, если мы двинемся на перехват вон того корабля. По всей вероятности, они обрушат на нас все, что у них есть, а мы будем в идеальной позиции для получения тумаков. Можно забыть о подкреплениях из Новой Республики; мы предоставлены сами себе. Если у когото есть сомнения насчет такого образа действий, я хочу услышать их сейчас.

В наступившей тишине он обвел взглядом мостик и экраны с изображениями капитанов других кораблей.

— Разве мы когда-нибудь не были с тобой, капитан? — спросила Шейда с «Расклада Идиота».

Замечание Шейды было встречено хором одобрительных возгласов.

Грудь Каррда сжалась от гордости.

— Отлично, народ, — сказал он. — За дело.

Когда Энакин поднялся на борт транспорта, его приветствовала серия гудков и свистов.

— Эй, Пятак, — сказал он. — Я тоже рад тебя видеть.

— А ну, за работу, маленький ленивый дроид, — бросил через плечо Вен с пилотского сиденья. — А ты, сорвиголова, займись-ка орудием. Посмотрим, удастся ли нам стряхнуть эту толпу.

— Я бы лучше себя чувствовал за штурвалом, — сказал Энакин, смотря, как Явин 4 тает справа по борту.