Шагающая смерть - Кейт Уильям - Страница 84

Гостей было несколько сотен. Разбившись на небольшие группы, они болтали, пили или ритмично раскачивались в такт журчанию, бульканью и плеску водной музыки Хагивары. Наряды и платья, как заметил Дэв, были представлены во всем диапазоне: от военных парадных униформ с кортиками и наградами до официальных костюмов и длинных платьев, от маскарадных изысков до полного отсутствия какой бы то ни было одежды. Последних среди гостей Кодамы хватало, причем, как мужчин, так и женщин. Совершенно обнаженные, они блистали драгоценностями, богато украшенными кожными имплантантами, хитроумными масками и искусными головными уборами. Все присутствующие военные принадлежали к имперским вооруженным силам, армейские – в черном, флотские – в белом, и все высокого ранга – не ниже полковника.

Именно по этой причине Дэв испытывал неприятное ощущение своей неуместности. Он то и дело тайком проверял, не испачкались ли брюки, ровны ли складки мундира, не сползли ли с плеч галуны. Его ранг – армейский лейтенант – бросался в глаза, явно выделяя Камерона из собравшихся здесь генерал-майоров и вице-адмиралов. Что же касается штатских, то Дэв узнал нескольких имперских администраторов, известных дипломатов, знаменитых актеров и даже трех губернаторов, вернувшихся на Землю из пограничных миров.

И конечно, две звездочки в форме цветков вишни на петлицах и погонах никак не могли бы вызвать того внимания и уважения, которое вызывала и требовала медаль «Звезда Империи», вручаемая за высокие заслуги. Эта награда открывала перед молодым человеком двери, о которых он год-два назад и мечтать не мог. Принимая все в расчет, Дэв прошел для не-японца весьма неплохой путь, начавшийся в перенаселенном доме, где он когда-то жил с матерью. Подошедший слуга в традиционном кимоно низко поклонился и предложил ему сенсферу.

– Спасибо, – поблагодарил его Камерон, принимая хрустальную вещицу. Она приятно согрела ладонь, вызвав эротическое покалывание и легкую эйфорию. Пробиваясь через толпу, Дэв вежливо поклонился имперскому контр-адмиралу, который с улыбкой кивнул в ответ. Да, действительно, крутой подъем. Гордость и вызванная сенсферой стимуляция слились в чудесный, пьянящий коктейль, заставивший отступить сомнения.

Высматривая в толпе хоть одно знакомое лицо, он всюду натыкался на чужаков и уже с трудом подавлял растущее разочарование. В конце концов, убеждал себя Дэв, дом у Кодамы огромный, а он здесь совсем недавно. На глаза попался черный столб информационного киоска, и Камерон направился прямо к нему. Нужно же узнать, пришла ли она? Переложив сенсферу в правую руку, он прижал ладонь левой к гладкой прохладной поверхности и мысленно оформил вопрос: «Здесь ли Катя Алессандро? Если да, то где она?»

Домашний ИИ навел справки, затем просканировал многочисленные комнаты, этажи, балконы и представил ответ. В голове Дэва возник план помещения. Он здесь, неподалеку от главного входа. Она – там… Пройти через главное фойе на северную веранду.

Итак, она все же пришла. Может, передумала и не улетит с Земли. Он поспешил в центральную часть дома.

Весь остров принадлежал Кодаме. Когда-то его отдали для нужд расширявшегося складского комплекса, бывшего частью обширного транспортно-грузового центра, сформированного вокруг самого первого небесного лифта в 150 километрах к югу от Сингапура. Однако пятьдесят лет назад отец Кодамы, член Имперского Суда, купил остров, а затем выпустил на него целое облако нанотехнических конверторов, которые сняли весь грунт до скальной породы и превратили унылые башни складов в роскошное имение – настоящий мини-город в одном здании, на склоне горы над непроходимыми, созданными с помощью генетической инженерии джунглями.

Сам Кодама жил здесь редко, но для приемов место подходило великолепно. Главное фойе напоминало интерьер собора, его сводчатые потолки уходили ввысь на три этажа. Здесь тоже поработали геноинженеры: в огромном каменном бассейне под меняющимися голографическими образами плавали миниатюрные драконы, киты и еще какие-то неописуемые чудовища. Через прозрачные стены светились звезды, и казалось, что вся толпа, не меньше тысячи человек, стоит под открытым небом, вернее, благодаря хитроумному оптическому эффекту, над ним, а громадное колесо галактики медленно вращается под ногами зрителей.

Следуя плану, все еще удерживаемому в его голове цефлинковым ОЗУ, лейтенант пробрался на северную веранду. С балкона открывался вид на джунгли, серебряные пляжи и испещренное точками островов море. В мерцающей пелене жидкого света были видны несколько десятков человек, которые сгрудились у перил, любуясь фантастически-прекрасной картиной, созданной человеком и природой.

– Извините, – прозвучал за его спиной взволнованный женский голос. Судя по чересчур четкому произношению, ее нихонго не был родным, скорее, заложен в лингвистическую ячейку ОЗУ имплантанта. – Вы Дэвис Камерон? Тот самый, кто уничтожил ксенов?

Он повернулся на голос и чуть не наткнулся на миловидную евразийку – сандалии, перья из хвоста павлина в роскошных, пахнущих лавандой волосах и больше почти ничего. От правого плеча до запястья – искусная тускло-золотистая татуировка, рисунок которой мягко и интригующе меняется при каждом движении под льющимся на него светом.

– Уничтожил их? Нет. Я просто оказался в той группе, которая первой попыталась поговорить с ними там, на Генну Риш.

Слушая его, она медленно, обольстительно потерлась щекой о сенсферу, но в фиолетовых глазах не промелькнуло и намека на понимание.

– Я видела по ВИР, что вы там делали, – сказала женщина мягким, с интимной хрипотцой голосом, переходя на англик. – Это было чудесно! – милый акцент придавал ей дополнительное обаяние.

В голове Дэва что-то щелкнуло. Так вот почему она показалась ему знакомой! Да, точно… Известная эротическая актриса. Он немного смутился. Наверняка эта красавица не раз была его любовницей – через линк-подключение, конечно, в той, виртуальной реальности. Жаль, но ни имени, ни связанных с ней сюжетов вспомнить не удавалось.

– Мне… э… повезло. Сами знаете… в нужном месте, в нужное время.

Камерон не стал объяснять, что всего-навсего провалился в яму, бродя по руинам давно умершего города на родине ДалРиссов, упал в глубокую подземную пещеру, а его встреча с малознакомым человечеству ужасом по имени ксенофобы – это просто результат того, что у него не было выбора. Живая ткань, биологическое создание ДалРиссов, позволило ему прикоснуться к разуму ксенофобов и понять, кто они такие и каковой им видится Вселенная.

– О, нет, – выдохнула женщина, павлиньи перья задвигались с едва слышным таинственным шуршанием, их рисунок колыхнулся в серебристом лунном свете. – Вы слишком скромны. Я так поняла, что именно благодаря вашему подвигу в этой ужасной пещере Империя победила в войне с ними!

– Ну что ж, будем надеяться, что так оно и есть, – что толку, решил Дэв, пытаться объяснить ей подлинное положение вещей. Короткий контакт с мировым разумом ксенов научил его кое-чему, позволил понять пару вещей об этих загадочных существах – продукте слияния биологического организма и субмикроскопической наномашины. Война будет продолжаться еще долго, но он сильно сомневался, что девушку интересуют жизненные циклы ксенов, их представления о мире. Да и едва ли она поверит ему, если он скажет правду. В лунном свете, заливавшем террасу, Камерон заметил знакомый силуэт.

– Э… извините меня, – пробормотал он, пытаясь обойти свою собеседницу, придвинувшуюся ближе. – Мне нужно срочно поговорить кое с кем.

– Возвращайся поскорее, Дэвис. Мне так хочется узнать все о величайшем герое Земли.

Хорош герой, подумал Дэв, мысленно скорчив гримасу. Знала бы она, как ему было страшно.

Катя Алессандро стояла на веранде, стройная и гибкая в серой форме Гегемонии, резко контрастировавшей с веселыми нарядами окружающих и тем более с отсутствием каких-либо одежд у многих. В небе на востоке висела громадная луна. Ночь была тихой и ясной, и светлое лезвие небесного лифта отчетливо выделялось на фоне оранжевого отблеска Сингапура, пронзая тьму до самого зенита, где и исчезало среди звезд.