Первый всадник - Кейз Джон - Страница 57

— Смотри, — показала она Стивену, — это большой город! Видишь большой город? Где у нас большой город? Да вот он где!

Чернокожий старик — чистильщик обуви улыбнулся ей и поднял голову к богато одетому типу:

— Вам ботинки почистить пора!

В кают-компании заиграла музыка. По палубе с криком пробежали дети. Сюзанна стояла на носу и показывала Стивену статую Свободы.

Раздался стрекот «ингрэма», женский крик. Люди заметались, как будто было куда бежать, бросились на нос. Потом крики стихли, паром остановился, и появились они — такие крутые, что даже не верилось.

Саул, француз, Вон, Белинда, Вера, Абрам, еще несколько человек. Все, кроме Саула и француза, с «ингрэмами». Саул тащил к носу корабля распылитель, француз шел за ним с отбойным молотком.

— Все внутрь, — скомандовала Вера.

— Вперед! — рявкнул Антонио, наставив «ингрэм» на какую-то толстуху.

— Шевелись! — крикнула Джейн.

Сначала по одному, потом по двое, по трое пассажиры поплелись в кают-компанию.

Хорошо быть с теми, кого все боятся. Француз, проходя мимо, наставил на нее дрель и «выстрелил» — Сюзанна засмеялась.

Действительно, смешно.

Вдруг на секунду все стало плохо. Какой-то пассажир схватил Джейн за волосы, отобрал «ингрэм» и швырнул ее на палубу, как настоящий профи.

Как выяснилось, не совсем.

Вера бросила «ингрэм» и завизжала:

— Не стреляй!

Парень обернулся, и тут с порога кают-компании в него полетела очередь Антонио — так, что «профи» чуть голову не оторвало.

Он стоял довольно долго, стоял и качался, в то время как женщина, которой пуля попала в горло, уже давно упала. Наконец Вера его подтолкнула, и он рухнул словно подкошенный.

Пассажиры визжали, а Вера послала Антонио воздушный поцелуй и подняла свой «ингрэм».

— Заткнитесь, уроды! — крикнула она, как будто ей мешают смотреть телевизор.

Самое удивительное, что все заткнулись. Значит, уроды.

Соланж стоял на верхней палубе и улыбался. Сюзанна перешагнула через ручеек крови и прижала Стивена к себе.

— Фу, бяка, — шепнула она, обнаружив, что носок правой туфли все-таки заляпала.

— Смотрите, — сказала Энни.

— Куда?

— Паром остановился.

— Действительно. — Фрэнк вгляделся повнимательнее. — Нет, опять пошел. — Он посмотрел в бинокль. Странно. На палубе должна быть толпа, а там, похоже, всего десяток человек. Подкрутить бинокль, чтобы картинка сделалась четче, не получалось. Одни пятна и цвета. В основном красный.

— Паромщики носят униформу?

— По-моему, нет, — ответила Энни.

Внезапно появился Глисон с капитаном корабля, молодым лейтенантом по имени Хорват.

— У нас проблемы.

— С чем? — спросил Фрэнк.

— С паромом, — ответил Хорват и принялся выкрикивать приказы команде. Где-то внизу зазвонил колокол.

— Что происходит? — спросила Энни, когда корабль отчалил.

— Паром захватили.

— Их нельзя пустить в Гудзон, — уставилась на него Энни. — Ни при каких обстоятельствах.

Корабль начал набирать скорость. Фрэнк не отрывался от бинокля.

— Там какая-то пушка на носу...

— Распылитель, — ответил Глисон.

— Как их остановить?

— В крайнем случае мы их потопим.

— Две сотни невинных людей?! — воскликнула Энни.

Глисон, не обращая на нее внимания, поговорил по мобильному телефону, нахмурился и повернулся к лейтенанту береговой охраны.

— Боевой вертолет будет только через двадцать минут. Вы в состоянии их остановить?

Хорват смешался:

— Не знаю. Можно, конечно, протаранить, но... Вот что, попробуем не подпустить их к распылителю.

— Выполняйте! — кивнул Глисон и снова взялся за телефон.

Лейтенант приказал снять чехол с пулемета.

Саулу не повезло. Когда появился корабль береговой охраны, он настраивал распылитель. Потом федерал начал вещать в громкоговоритель, разумный такой, спокойный...

Тогда Вон и Вера прицелились и жахнули по нему очередями. Здорово! У них там все стекла перебило!

Вот только не здорово, потому что тогда не повезло Саулу, — совсем не повезло, а он ничего такого и не делал. Он стоял у распылителя и смотрел, а копы как запалили из своей пушки — его пополам разрезало! Просто пополам!

Паром встал, и теперь сильно качало. Пассажиры сбились в кучку в кают-компании, тихие, запуганные, их тошнило.

Они-то чего боятся? Не в них из пушки палят!

Снаружи два полицейских катера, два брандера и еще корабль береговой охраны. И черный вертолет вьется, как стрекоза, нацелил пушки прямо на нос. Интересно, сколько вертолет может продержаться в воздухе, пока не кончится топливо и он не свалится в воду? Кстати, аквалангисты у них, наверное, тоже есть.

Сюзанна стояла на носу с Верой и Соланжем. Рядом ходил француз с мобильным телефоном — он спорил с переговорщиком из ФБР.

— Слушайте, — сказал Глисон. — Вы должны понять одну вещь: в Гудзон мы вас не выпустим. Если понадобится, мы вас потопим. Не зря над вами вертолет висит. Все остальное можно обсуждать.

Глисон мерил палубу шагами и слушал, то и дело поглядывая на Энни с Фрэнком.

— Хорошо, — сказал наконец он. — Вот что я предлагаю. Столько заложников вам не нужно, вы и сами понимаете. — Секунду помолчав, он продолжил: — Давайте договоримся. Вы отпускаете женщин и детей, а я пришлю вам еды. Ну как? Пиццу. Что захотите.

Еще секунду послушав, Глисон отключился.

— Что он сказал? — спросила Энни.

— Что подумает.

— Идем, девочка. Сюзанна замешкалась:

— И Стивен тоже?

— Разумеется, — ответил Соланж. — Как можно оставить Стивена? Я похож на сумасшедшего?

Забросив на плечо рюкзак с ампулами, он повернулся к французу.

— Этьен, не вздумай сразу на все соглашаться, иначе они заподозрят неладное. Обязательно потребуй, чтобы в порту была только «скорая»!

Француз кивнул — надо же, его зовут Этьен!

— Хорошо, а если нас не пустят в порт?

— Да они в лепешку разобьются, чтобы вас туда заманить, — презрительно ухмыльнулся Соланж. — Там для вас опаснее. Поэтому торгуйся. Потребуй за распылитель самолет. За распылитель тебе что угодно дадут.

— Что потом?

— Летите на Кубу. Вы уже привиты. Француз посмотрел на него с сомнением.

— Не понимаешь? Ты унаследовал Землю, идиот! Она твоя!

— Пожалуйста, без обид, — сказал Глисон, когда Фрэнк и Энни спускались на катер. — Я просто выполнял свою работу.

— Вы действительно думаете, что все закончилось?

Глисон кивнул в сторону парома — тот швартовался в доке.

— Разумеется. Остались только переговоры. Иначе я не отпустил бы вас на берег.

— Ясно, — ответил Фрэнк, сдерживая язвительные комментарии, которые просились на язык.

— Меняем пиццу на людей, — продолжал Глисон. — Всегда срабатывает. Вот увидите: через десять минут с парома сойдут женщины и дети. Потом мы выторгуем у них распылитель. Считайте, что дело в шляпе.

«Сам ты шляпа», — подумал Фрэнк, когда их катер рванул к берегу.

— Слишком все просто, — сказала Энни.

— Знаю.

— Как ты думаешь, что они теперь сделают? Распылят прямо в порту?

— Нет, раньше Глисон их на части разорвет. Это он умеет.

— Тогда что?

— Не знаю. Что-нибудь.

Бруклинский мост навис сверху серой радугой. По приказу Глисона катер высадил Фрэнка и Энни прямо за полицейским оцеплением.

— Куда пойдем? — спросила Энни.

— Никуда. Посмотрим на паром.

Сюзанна аккуратно пристегнула Стивена, завела «Ю-хол» и двинулась к выезду. Кто первый на борту, первый на берегу. Надо же, как мудро Соланж все продумал!

Грузовик съехал с парома. По сходням спускались другие женщины и дети. Везде было пусто, не считая кареты «скорой помощи». Рядом с ней стоял человек, который направлял людей за первой помощью в Баттери-парк.

Сюзанна выехала на Стейт-стрит — перекрыто. Тогда она свернула на Уотер — у следующего перекрестка мигали полицейские машины. На Уайтхолл тоже блокпост. Сворачивать больше некуда. Рядом, на тротуаре, толпа зевак и телекамер.