Небесное Око - Кек Дэвид - Страница 79

— Вполне может быть. Страшно представить, что произойдёт, если распадутся цепи заклятий, свитых Тайными Повелителями и патриархами. Что будет, если все рассыплется в прах?

В свете костра двигались люди.

— Так вот почему они вьются вокруг Радомора, — неожиданно осенило Дьюранда. — В его жилах течёт королевская кровь.

— Беоран со своими приспешниками не дремлет, — прошептал Гермунд. — Кассонель далеко не единственный, кого снарядили в дорогу: Посланцев тысячи, они рыскают по королевству, проверяя крепость древних уз. Что нас ждёт? Наверняка могу сказать лишь одно — потребуется недюжинное мужество, чтобы низложить миропомазанника.

— Неужто они уже убили государя? — растерянно спросил Дьюранд.

— Хороший вопрос. Хочу тебя спросить, ты заметил, как по небесам пробежала рябь? Ты обратил внимание, с какой стороны она прошла?

— С юга, — сглотнув, ответил Дьюранд, понимая, что никогда не забудет прокатившихся по небу волн.

— Точно. С юга или юго-востока. Быть может, центром волнения была Ирлакская равнина или юг Гирета?

Дьюранд даже думать не смел о том, что в центре светопреставления оказался его родной замок, где проживали родители.

— Король в Эльдиноре, — еле слышно пробормотал Дьюранд. — Говорят, что Рагнал через неделю должен быть в Тернгире, а он — пятьдесят лиг к северу. Слишком далеко и от Ирлака, и от Гирета.

Седобородый Аильнор, Радомор, сын Радомора и Альвен — все они были потомками отрёкшегося от престола короля Карондаса. Получается, что в Ирлаке людей, в чьих жилах текла королевская кровь, было ничуть не меньше, чем в самом Эльдиноре. Неужели Радомор?…

— Дьюранд, — скальд внимательно смотрел на него. — Тут замешан Радомор. Я прав?

— Да.

Либо герцог убил своего сына, либо Радомор стал отцеубийцей. А может, погибли оба. Или умер ребёнок. Было ясно — в движение пришли чудовищные силы, но где? На мгновение Дьюранду показалось, что он все понял.

— В Ирлаке пролилась кровь, — произнёс он.

— Это все, что ты можешь сказать? — спросил Гермунд.

— Это все, что я могу сказать наверняка.

Скальд коснулся руки Дьюранда:

— Давай отойдём подальше от воды.

Ламорик проспал всю ночь и, проснувшись наутро, нашёл в себе силы продолжить путешествие — он заплатил немалую цену за право участия в королевском турнире в Тернгире.

Они снова отправились в путь, который лежал на север вдоль границ Гесперанда, оставляя за своей спиной леса Монервея. Эйгрин бормотал полуденную молитву.

Дорвен то и дело бросала на Дьюранда взгляды, но не могла к нему приблизиться — слишком много было вокруг свидетелей. Впрочем, Дьюранд не испытывал ни малейшего желания говорить с рыжеволосой девушкой.

Всю ночь и утро до него доносился скрип деревьев Гесперанда, так похожий на плач и всхлипывания. Меньше всего воину сейчас хотелось ссориться с Дорвен. Дьюранд чувствовал себя неуверенно.

Как только лесная чаща расступилась перед отрядом, Ламорик осадил коня. Кавалькада остановилась так резко, что погруженный в невесёлые мысли Дьюранд чуть не свалился с коня. Ламорик подался вперёд, наклоняясь к луке седла, и выжал из себя улыбку.

— Значит так, ребята, слушайте внимательно, — начал он, оглянувшись через плечо на раскинувшуюся перед отрядом Гелеборскую равнину. — Знающие люди мне подсказали, что здесь где-то рядом проходит Лэйверский тракт. Он ведёт в города Лэйверин, Эльдинор и Тернгир. Вон там, — Ламорик, повернувшись в седле, показал на равнину, — Коп-Альдер, первый приличный городишко на нашем пути, и он как раз стоит на Лэйверском тракте. Гермунд говорит, что до него пять, а то и семь лиг. Пока до города не доберёмся, привала делать не будем. Да, возможно, сегодня вам придётся провести в сёдлах немало времени. И все же никаких остановок, покуда не доедем до Коп-Альдера, где нас ждёт горячий ужин, тёплая постель и крыша над головой.

Прежде рыцари закричали бы «Ура!», но сейчас они лишь устало кивнули. По отряду пронёсся глухой ропот.

Ламорик весело улыбнулся:

— Нас ждёт Коп-Альдер и тёплая постель!

— Что это за Коп-Альдер? — Дьюранд толкнул скальда в бок.

— Там лекари. И вообще славное место, в котором невредно оказаться, когда повсюду творятся такие страсти. Это Конзар с Эйгрином уговорили милорда.

Кавалькада пронеслась мимо деревушек южного Гелебора и выехала на Лэйверский тракт — мощёную дорогу шириной в десять шагов. Грохот подков о камень напугал некоторых лошадей — далеко не всем из них доводилось хотя бы раз в жизни скакать по хорошим трактам.

К закату Гутред ехал с Ламориком на одной лошади, поддерживая молодого лорда, чтобы он не выпал из седла. К этому моменту вдалеке на вершине холма показался Коп-Альдер. Нависавший над Лэйверским трактом город был погружён в странную тишину. Дьюранд поднял взгляд на высокие стены из песчаника и крутые скаты крыш. Судя по всему, Коп-Альдер некогда был крепостью. Чем он был сейчас — оставалось лишь догадываться.

— Вот вам и Коп-Альдер, — сказал Гермунд.

Огороженные осыпавшимся рвом высились мрачные стены и угловатые башни. Стояла тишина. Не было слышно ни лая собак, ни плача детей. Коп-Альдер выглядел очень странно. До путников донёсся звон колоколов.

— Глядите, — прошептал Гермунд. — Теперь все ясно.

Из городских ворот показалась вереница людей. Несколько рыцарей, сидевших в сёдлах рядом с Дьюрандом, сложили ладони в знаке Небесного Ока. Люди, переставляя ноги в жидкой грязи, несли на плечах четыре открытых гроба, в которых виднелись силуэты покойников, одетых в саваны. На пригорке у подножия холма Дьюранд увидел поросшее деревьями кладбище.

Похоронная процессия должна была пройти мимо отряда.

Пожилой монах, шедший впереди колонны людей, замер перед Конзаром и Ламориком, лошади которых заржали, испуганно перебирая ногами. Подняв к небесам посох, монах дал процессии знак остановиться. На лбу каждого человека в процессии желтела полоса охры. Старик обвёл взором отряд и, найдя в нем Дьюранда, внимательно посмотрел на него. Потом монах перевёл взгляд голубых глаз на Ламорика, который, будто окаменев, сидел в седле недвижим.

— Святой отец, меня зовут Конзар, — кашлянув, начал капитан, — преданный вассал на службе у его светлости сэра Ламорика Гиретского.

— А я здешний настоятель, — Дьюранд уловил в речи монаха южный выговор.

— Примите мои извинения, отец-настоятель, если бы я знал, куда направляете вы стопы свои, я бы никогда не преступил вам…

— Ты уже преступил, — покачал головой старый монах, подбородок которого покрывала седая щетина.

Дьюранд заметил на лице настоятеля следы свежих царапин. Некоторые из них были довольно глубокими.

— Моим людям требуются постели, святой отец. Им надо прилечь.

— Ну что ж. Этим людям, — старик показал посохом на гробы, — тоже надо прилечь. Мы предадим их земле, прежде чем опустятся последние сумерки. Езжайте в город и ждите нас там.

Конзар, кивнув, тронул поводья коня. Оказавшись у ворот, Дьюранд оглянулся, бросив взгляд на равнину Гесперанд и Монервей. Неожиданно его взгляд замер на шатрах, расставленных у самых границ леса.

— Морин, — кивнул скальд, проследив за взглядом Дьюранда. — Думаю, нам ещё придётся с ним встретиться.

Дьюранд покачал головой. Отряд въехал в западные ворота Коп-Альдера.

Естественно, Кон-Альдер оказался монастырём. Отряд остановился в холодном узком дворике между внутренними и внешними стенами. Из ртов людей, беспокойно оглядывавшихся по сторонам, поднимались облачка пара. Дьюранд окинул взглядом высокие стены и крутые скаты крыш. Казалось, монастырь был вырублен из одного огромного куска синевато-серого сланца. Над каждым окном и дверью виднелись высеченные на камне барельефы с изображением раскрытого молитвенника.

— Мы весь день не вылезали из седла, — начал Бейден. — И что? Только ради того, чтобы доехать до этого чёртова…

Вделанная в ворота дверь громко скрипнула — словно ворон каркнул — и во внутренний двор ступил настоятель в сопровождении братии.