Меч эльфов - Хеннен Бернхард - Страница 83

Лилианна видела, что Мишель сомневается. Но она не может считаться с ее романтическими представлениями о счастье. Нужно лепить детей. Покидают Валлонкур совершенные инструменты ордена. Кого ковали семь лет, тот видит свое предназначение только в том, чтобы служить ордену. Людей можно привести к счастью, только если ими решительно руководить, — в этом Лилианна была глубоко уверена.

Руководство и дисциплина — вот ключи к счастью. Она сама была удивлена тем, как легко ей дался отказ от поста комтурши в интересах ордена. Она с удовольствием вернулась в Валлонкур. Она получит новую власть, когда для этого придет время. Она знала о том, что готовилось вокруг Вороньей башни. Не все, конечно. Но когда придет время для новой битвы, она будет во главе своих братьев и сестер. В этом она уверена так же сильно, как и в милосердии божьем.

Маленькая Львица

«Дурацкая игра», — подумала Гисхильда. Крепко держа в руках обитый тканью деревянный меч, она смотрела через паутину цепей на Башни. И как можно здесь, в Валлонкуре, обходиться таким оружием? Они тут все с ума посходили. Старые рыцари, заставляющие ее с первого ученического дня строить башню-гробницу, в которой их когда-нибудь похоронят. Потом идиоты, выдумавшие эту игру. И Бог, выбравший гербом для детей башню в долине, где полно башен-гробниц. Ну когда же придет Сильвина и освободит ее? Сколько времени уже прошло! Может быть, у отца есть новый наследник престола? Сын? Ее украли больше года назад. Лето прошло. Когда же наконец она вернется домой?

Звук фанфар возвестил о начале игры. Пришло очень мало зрителей. Сегодня будут играть только послушники первого курса. Друстан и Мишель очень старались их подготовить. Если бы они не были твердолобыми рыцарями, то были бы вполне неплохими… Но в этой долине только одни враги ее отца и детей альвов. Они никогда не понравятся друг другу!

Башни медленно двигались по девяти цепям в центре поля. Все они шли на одном уровне. К ней направлялся высокий парень с веснушчатым лицом. Возможно, он капитан Башен. Остальные с ума сходили по бугурту, но Гисхильду эта дурацкая игра не интересовала. Она будет хорошо сражаться, потому что не испытывает ни малейшего желания быть сброшенной в тину. Но и только!

Она заметила этого веснушчатого парня еще вчера, когда он прятался в кустах неподалеку от фехтовальной площадки: подглядывал за ними, чтобы узнать, кто хорошо сражается, а кто самый слабый в команде. Теперь она это поняла. И вот этот кусок мяса шел прямо на нее. Возможно, это комплимент работе Сильвины.

Из-под кожаного шлема парня выбивались длинные рыжие волосы. В качестве оружия он выбрал боевой посох. Гисхильда беспокойно переступила с ноги на ногу. Как и остальные Львы первого ряда, она застыла на одном из девяти постов, составлявших границы игрового поля. Жоакино решил, что им нужно действовать именно так. Когда его выбирали капитаном, она воздержалась. Ей казалось, что он не тот, кто нужен. Но в целом ей было совершенно все равно, кого они выберут. Все равно она не позволит никому командовать собой.

Еще пять шагов. Рыжеволосый с трудом удерживал равновесие на цепях. Встретятся ли они когда-нибудь на поле боя врагами? Тогда пусть лучше сейчас узнает, каково это — быть ее противником.

Гисхильда прыгнула вперед. Она была без обуви, чтобы лучше держаться на изъеденных ржавчиной цепях. Рыжеволосый удивился ее внезапному нападению, но быстро овладел собой.

— Я тебя намочу, малышка!

Он хотел, чтобы это прозвучало как угроза, но его голос был слишком тонким. Теперь он казался ей смешным. Сколько она себя помнила, при дворе отца всегда были тролли и кентавры. Нет, такому напыщенному послушнику не произвести на нее впечатления.

— Вперед, Львы! — крикнул Раффаэль и покинул свой пост.

Остальные тоже бросились вперед. Жоакино попытался вернуть всех на места по команде. Раздался стук деревянных мечей друг о друга. Раффаэль получил удар в грудь, потерял равновесие и с проклятиями рухнул в черную грязь под сплетенными цепями.

Гисхильда прыгнула на более тонкую цепь, натянутую поперек основных. Рыжеволосый чертыхнулся. Здесь мало кто мог удержаться, а такой, как он, точно не удержится. Слишком уж он массивный.

Гисхильда поманила его пальцем.

— Иди сюда. Ты хотел намочить меня. Что, уже не веришь в свои силы?

Мальчик заколебался. Раскрутил длинный посох, но до Гисхильды было не достать. Она мельком взглянула в сторону. Команда Башен прорвалась. Бернадетта тоже лежала в грязи. И только что рухнул в грязь Лев, находившийся на другом краю поля. Похоже, битву они проиграли.

— Отходите к тройке! — крикнул Жоакино, пытаясь перекричать стук деревянных мечей.

— Проходи, проходи, рыжий! Тогда я окажусь у тебя за спиной, — стала дразнить Гисхильда своего противника.

Капитан Башен неуверенно поставил правую ногу на более тонкую цепь.

— Думаешь, это хорошая идея?

Она отступила на два шага назад. У Сильвины она научилась бегать по тонким, дрожащим ветвям, едва выдерживавшим ее вес. На этих цепях она могла двигаться с закрытыми глазами. Девочка видела, что рыжеволосый решил атаковать. Он сузил глаза, сжал губы и ринулся вперед, поднимая вверх посох для последнего удара.

Гисхильда ждала до последнего момента, а потом увернулась. Посох прошел всего в нескольких дюймах от нее. Противник выругался и отчаянно замахал руками, стараясь удержать равновесие. Она сделала шаг вперед. Он продолжал махать руками. Достаточно было легкого толчка, чтобы сбросить его вниз, в грязь. Когда он приземлился в черную жижу, раздался сочный всплеск.

Гисхильда посмотрела на него. Гордый капитан превратился в неопределенное черное существо. На измазанном лице светились глаза.

— Может быть, в следующий раз повезет больше.

Она усмехнулась и бросилась прочь. А это уж и не такая глупая игра! Помочь упрямцу отправиться в грязь оказалось даже весело.

Оба оставшихся в резерве послушника бросились по лесам из деревянных балок к флагштоку. На поле команда могла выставить одновременно не более двенадцати игроков. Гисхильда видела, что они не смогут изменить ситуацию. Троих сильно теснили. Защитники отчаянно пытались увернуться от ударов нападающих, не теряя при этом равновесия.

Она побежала. Между нею и Башнями не было уже ни единого Льва.

Снизу, из грязи, рыжеволосый выкрикнул предупреждение своей команде. Мальчик и девочка тут же вышли из битвы за три цепи. У обоих были посохи. Девочка была меньше и двигалась по цепям очень проворно. Она добежит до нее первой. На бегу она швырнула свой посох. Гисхильда рассмеялась. Как глупо! Теперь у нее больше нет оружия.

Фьордландка пригнулась, и посох пролетел мимо.

Жоакино упал. Путь к знамени Львов был свободен. Игра вот-вот закончится.

Но почему девочка по-прежнему бежит к ней? У нее ведь больше нет оружия! Гисхильда сделала выпад. Рапира попала девочке в живот и, скользнув по комбинезону, ушла в сторону. Девочка зашипела от боли, вытянула руки и вцепилась в нее. Гисхильда подняла рапиру и ударила гардой по кожаному шлему противницы. Та закачалась. Принцесса поняла: девчонка хочет утащить ее за собой в грязь! И ей абсолютно все равно, что сама она упадет тоже.

Гисхильда пыталась выкрутиться, когда сбоку ее ударили под колени — второй игрок Башен нападал с параллельной цепи.

Гисхильда выругалась. А потом оказалась в теплой грязи. То тут, то там вздувались легкие пузыри и лопались. На мгновение Гисхильду охватила паника. Она провалилась по бедра и закачалась, пытаясь найти опору. А потом наконец ощутила под ногами твердую почву. Друстан объяснял им, что утонуть в грязи нельзя. Она скапливалась в плоской лощине с твердым дном. Только в пяти местах были дыры, ведущие в бездонные ямы, из которых вытекала эта грязь. Три из них находились вне пределов игрового поля. Те же два места, которые представляли опасность, были затянуты сетками под цепями. Ничего плохого, кроме того, что выпачкаешься с головы до ног, с игроками случиться не могло.