Дьявольский вальс - Келлерман Джонатан - Страница 72

– Хорошо, спасибо.

– Это действительно так важно, Алекс?

– Не знаю.

– Мне было бы намного легче разыскать следы, если бы я знал суть дела, – сказал Лу. – Позволь мне поиграть в Тарзана и немножко полазить.

После того как Лу повесил трубку, я вызвал справочное бюро штата Вирджиния и получил номер телефона института химических исследований Ферриса Диксона. Ответил приятный женский голос:

– «Феррис Диксон», добрый день, чем могу вам помочь?

– Это доктор Швейцер из Западной педиатрической больницы в Лос-Анджелесе. Я коллега доктора Эшмора.

– Подождите одну секунду.

Длительная пауза. Музыка. Голливудский струнный оркестр играет «С каждым твоим вздохом» Полиса.

Голос послышался снова:

– Да, доктор Швейцер, чем я могу вам помочь?

– Ваш институт субсидирует научную работу доктора Эшмора.

– Да?

– Меня просто интересует вопрос: известно ли вам, что его больше нет в живых?

– О, как ужасно, – проговорила женщина, но ее голос не казался удивленным. – Но я боюсь, что человек, который мог бы помочь вам, отсутствует.

Я не просил помощи, но не оставил эту фразу без внимания.

– Кто бы это мог быть?

– Я не совсем уверена, доктор. Мне придется выяснить это.

– Пожалуйста, если вас не затруднит.

– Конечно, но потребуется некоторое время. Почему бы вам не сообщить мне свой номер, я бы перезвонила вам.

– Меня не бывает на месте. Может, лучше я вновь позвоню вам?

– Конечно, доктор. Всего хорошего...

– Простите, – продолжал я. – Раз уж мы разговариваем, не могли бы вы сообщить мне некоторые данные о вашем институте? Я интересуюсь ради собственной работы.

– Что бы вы хотели знать, доктор Швейцер?

– Какого рода исследования вы предпочитаете субсидировать?

– Это технический вопрос, сэр, – сказала она. – Боюсь, что в этом я тоже не смогу вам помочь.

– А вы могли бы выслать мне какую-нибудь брошюру? Список предыдущих работ, которые вы субсидировали?

– Боюсь, что нет. Наше агентство довольно молодое.

– Серьезно? Сколько ему лет?

– Одну минутку, пожалуйста.

Еще одна длинная пауза. Опять музыка. Затем женщина заговорила вновь:

– Простите, что так долго отсутствовала, доктор, и боюсь, что не могу больше продолжать разговор – у меня есть еще несколько вызовов. Почему бы вам не перезвонить и не задать все интересующие вас вопросы человеку, компетентному в них? Я уверена, он сможет помочь вам.

– Компетентному, вы говорите?

– Именно, – внезапно бодро подтвердила она. – Всего доброго, доктор.

Отбой.

Я позвонил еще раз. Линия была занята. Я попросил оператора сделать срочное включение, прервав тот разговор, и ждал ответа.

– Сожалею, сэр, линия неисправна.

Я сидел и все еще слышал приятный голос.

Очень гладко... Отлично отрепетировано.

Однако одно произнесенное ею слово всплыло у меняв памяти: «Наше агентство довольно молодое».

Странный способ рекомендации частного предприятия.

Вирджиния... все, что там происходит, зависит от решения правительства.

Я вновь попробовал вызвать номер института Ферриса Диксона. На том конце провода трубка все еще снята. Я проверил свои записи относительно других работ, которые субсидировал этот институт.

Зимберг, Уолтер Уильям. Университет в Балтиморе, Мэриленд.

Что-то связанное со статистикой в научном исследовании.

Медицинская школа? Математический факультет? Общественного здравоохранения?

Я нашел телефонный номер университета и позвонил. Никаких Зимбергов на медицинском факультете не числилось. То же самое на математическом.

В отделении общественного здравоохранения ответил мужской голос.

– Профессора Зимберга, пожалуйста.

– Зимберга? Здесь таких нет.

– Простите, – сказал я, – я получил неправильные данные. Нет ли у вас под рукой списка состава университета?

– Одну минутку... Я нашел профессора Уолтера Зимберга, но он на отделении экономики.

– Не могли бы вы соединить меня с его кабинетом? Будьте так любезны.

Щелчок. Женский голос:

– Отделение экономики.

– Будьте добры, профессора Зимберга.

– Подождите, пожалуйста.

Щелчок. Еще один женский голос:

– Кабинет профессора Зимберга.

– Будьте добры, профессора Зимберга.

– Его нет в городе, сэр.

Я высказал догадку:

– Он в Вашингтоне?

– Гм... Простите, а кто вы?

– Профессор Швейцер, старый коллега. А Уол... профессор Зимберг сейчас на съезде?

– На каком именно съезде, сэр?

– Национальной ассоциации биостатистиков – в столичном отеле «Хилтон»? Я слышал, он собирается предоставить некоторые новые данные нетрадиционной статистики. Из работы, которую субсидирует институт Ферриса Диксона.

– Я... Профессор вскоре должен позвонить, сэр. Почему бы вам не оставить свой номер телефона, и я сообщу ему, чтобы он перезвонил вам.

– Спасибо за предложение. Но я и сам собираюсь прыгнуть в самолет. Поэтому-то и не смог попасть на съезд. А профессор перед отъездом написал реферат по своей работе? Что-нибудь, что я смог бы прочесть по возвращении?

– Вам лучше поговорить об этом с профессором.

– Когда вы его ожидаете обратно?

– В общем-то профессор находится в годичном отпуске. Научная работа.

– Вы не шутите? Не слышал об этом... Но он должен появиться, не так ли? Где он бывает?

– В разных местах, профессор...

– Швейцер.

– В разных местах, профессор Швейцер. Однако, как я уже сказала, он часто звонит. Почему бы вам не оставить ваш номер, и я попрошу его перезвонить вам.

Повторяет слово в слово то, что сказала пару минут назад.

Слово в слово то, что пять минут назад сказал другой приятный женский голос, доносившийся из благословенных кабинетов Института химических исследований Ферриса Диксона.

25

К чертовой матери Александера Грейама Белла[52].

Я поехал в священные аудитории, которые мог видеть и ощущать.

Вблизи административного здания один счетчик парковки оказался свободным. Я направился в регистрационную комнату и попросил служащую-индианку в сари персикового цвета разыскать дело Дон Кент Херберт.

– Сожалею, сэр, но мы не даем сведений личного характера.

Я посверкал удостоверением клинического факультета, выданным медицинской школой, расположенной на другом конце города.

– Никакого личного характера здесь нет, мне просто нужно знать, на какое отделение она поступила. Это имеет отношение к работе. Проверка образования.

Служащая посмотрела мое удостоверение, попросила меня повторить имя Херберт и пошла разыскивать дело.

Через минуту она вернулась.

– Я нашла ее – аспирантка школы здравоохранения. Но ее регистрация прекращена.

Я знал, что школа здравоохранения находилась в корпусе наук о здоровье, но никогда там не был. Я сунул еще несколько монет в счетчик и направился в южную часть кампуса, мимо факультета психологии, где я научился тренировать крыс и слушать третьим ухом, пересек квадратную площадь Науки и вошел в центр с западной стороны, недалеко от школы дантистов.

Длинный коридор, который вел к отделению общественного здравоохранения, оказался неподалеку от библиотеки, где я недавно изучал академическую карьеру Эшмора. По стенам тянулись ряды групповых снимков всех выпущенных медицинской школой классов. Новоявленные доктора выглядели совершенными детьми. Новички в белых халатах, толпящиеся в коридорах школы, немногим отличались от них. К тому времени, когда я добрался до общественного здравоохранения, шум и сутолока в коридорах поутихли. Из канцелярии выходила женщина, я придержал для нее дверь и вошел.

Еще одна стойка, еще одна регистраторша, работающая в тесноте. Эта служащая была очень молодой, чернокожей, с выпрямленными, окрашенными хной волосами и с казавшейся искренней улыбкой. Пушистый свитер зеленого, как лайм, цвета, на котором вышит розово-желтый попугай. Птица тоже улыбалась.

52

Белл, Александер Грейам (1847 – 1922) – американский изобретатель, один из создателей телефона.