Дьявольский вальс - Келлерман Джонатан - Страница 98

Майло взял указку и постучал по доске.

– Мистер Джонс не сможет сегодня вести занятие. Я мистер Стерджис, и я заменю его.

Все глаза устремились на Майло, только блондин по-прежнему не отрывал взгляда от книги.

Одна из девушек спросила:

– С ним все в порядке?

Голос звучал напряженно. У девушки были очень длинные темные вьющиеся волосы, худое хорошенькое личико, в ушах сережки – скрепленные леской пластиковые шарики белого и бледно-лилового цвета. Черный обтягивающий топ демонстрировал большую грудь и гладкие загорелые плечи. На глаза были наложены слишком синие тени, на губы – слишком бледная губная помада, и всего этого было слишком много.

Тем не менее девушка выглядела лучше, чем на фотографии в студенческом деле.

– Не совсем, мисс Кристи, – ответил на ее вопрос Майло.

Девушка открыла рот. Остальные студенты воззрились на нее.

– Эй, что происходит? – воскликнула брюнетка и схватила свою сумочку.

Майло сунул руку в карман и вынул свой полицейский значок.

– Это вы скажете мне, Кристи.

Она онемела. Остальные студенты вытаращили глаза. Читатель не отрывал взгляд от книги, но его глаза, казалось, не замечали букв.

Я заметил, как Майло посмотрел на мужчину. Взглянул на пол.

Ботинки.

Громоздкие черные тяжелые ботинки со вздувшимися носами. Они не подходили к его шелковой сорочке и модельным джинсам.

Глаза Майло сузились.

Читатель остановил взгляд на мне, потом поднял книгу выше, стараясь спрятать за ней глаза.

«Теория организаций».

Кристи начала плакать.

Остальные студенты застыли как статуи.

– Эй, Джо! Проверка камеры! – внезапно рявкнул Майло.

Читатель рефлективно поднял голову. Всего на секунду. Но этого было достаточно.

Вежливое лицо. Отец Дика и Джейн[62], если смотреть с расстояния в полквартала. Но вблизи отдельные детали разрушали это впечатление: нечисто выбритый, следы оспы на щеках, шрам поперек лба. Татуировка на одной руке.

И пот – слой пота, блестящий, как только что нанесенная глазурь.

Он поднялся с места. Жесткий взгляд, прищуренные глаза, огромные кисти рук, мощные предплечья. Еще татуировки, сине-зеленые, грубые. Что-то змеиное.

Он собрал свои книги и, наклонив голову, шагнул от стола.

– Эй, останься. Я легко ставлю отметки, – проговорил Майло.

Мужчина остановился, начал опускаться на стул, но вдруг бросил книги в Майло и рванулся к двери.

Я стал перед ним, сложив руки в двойной блок.

Он со всей силой, на какую был способен, ударил меня плечом. Я врезался в дверь, от толчка она распахнулась.

Я упал спиной на асфальт, приземлился тяжело, чувствуя, как гудит мой копчик. Протянув руки, я захватил полные горсти шелка. Мужчина свалился мне на грудь, царапаясь, нанося удары и разбрызгивая пот.

Майло оторвал его от меня, очень быстро сунул кулаком в живот и в лицо и с силой прижал к трейлеру. Мужчина сопротивлялся. Майло с силой ударил его по почкам и, когда тот со стоном опустился на землю, надел наручники.

Прижал к земле и поставил ногу на его поясницу.

Быстрый обыск – и на асфальте лежали пачка денег, выкидной нож с черной рукояткой, флакон пилюль и дешевый пластиковый бумажник с маркой игорного городка в Рино, штат Невада. Майло вынул из него три экземпляра водительских прав.

– Так, так, так, что у нас здесь? Собран – запятая Карл, написано через "К"; Себринг – запятая Карл, написано через "С" и... Рэмзи Кларк Эдвард. Какое имя настоящее, дурень, или ты страдаешь синдромом многообразия личности?

Мужчина молчал.

Майло ткнул носком ноги один из черных ботинок:

– Добрые старые тюремные гады. Из какой тюрьмы? Окружной или штата?

Молчание.

– Тебе нужны новые каблуки, гений.

Спинные мускулы мужчины задвигались под рубашкой.

Майло повернулся ко мне:

– Найди телефон и позвони в отделение Девоншир. Скажи им, что мы задержали подозреваемого, проходящего по отделу убийств Центрального участка, и назови полное имя Дон Херберт.

Лежащий на земле выругался. Его голос был глубоким и хриплым.

На лестнице появилась одна из молоденьких студенток. Ей было не больше двадцати одного года, невысокая блондинка со стрижкой под пажа, белое платье без рукавов, лицо Мэри Пикфорд.

Очень робким голосом она проговорила:

– Кристи сильно расстроена.

– Передайте ей, что я через минуту приду, – ответил Майло.

– А-а... конечно. А что сделал Карл?

– Неаккуратно приготовил домашнее задание, – усмехнулся Майло.

Мужчина на земле зарычал, девушка испугалась. Майло продолжал упираться коленом в его спину.

– Заткнись.

Блондинка схватилась за дверную ручку.

Смягчив голос, Майло успокоил ее:

– Все в порядке – не надо волноваться. Пойдите внутрь и подождите.

– Это какой-то эксперимент или что-то в том же духе, да?

– Эксперимент?

– Ролевая игра. Знаете? Профессор Джонс любит использовать их, чтобы оживить наше внимание.

– Уверен, что так. Нет, мисс. Это настоящее. Социология в действии. Смотрите внимательно – это будет в ваших выпускных экзаменах.

36

Конверт прибыл с посыльным в семь часов, как раз перед приходом Робин. Я отложил его и попытался провести с ней нормальный вечер. После того как она легла спать, я ушел с конвертом в библиотеку. Включил все лампы и стал читать.

КОПИЯ ДОПРОСА

Архивные номера: 102 – 789 793

64-458 990 135-935827

Место: Лос-анджелесская окружная тюрьма. Блок: усиленного режима. Дата/Время: 1 июня 1989 г., 7 часов 30 минут Вечера.

Подозреваемый: Джонс, Чарльз Лайман-третий.

Вес средний, рост шесть футов три дюйма, волосы каштановые, глаза голубые.

Возраст: 38 лет.

Адвокат подозреваемого: Токарик, Энтони М., эсквайр[63].

Полицейские детективы Лос-Анджелеса:

Майло В. Стерджис № 15994, Западный Лос-Анджелес (специальное задание).

Стивен Мартинес, № 26782, Девоншир.

Детектив Стерджис: Это второе записываемое на аудио– и видеоаппаратуру заседание по делу подозреваемого Чарльза Лаймана Джонса-третьего. Подозреваемому во время ареста за попытку убийства сообщили о его правах. Предупреждение о его правах было повторено и записано на пленку на предыдущем заседании, начавшемся в одиннадцать часов утра 1 июня 1989 года, оно было отпечатано в тот же день, в два часа. Упомянутое заседание было прервано по настоянию защитника подозреваемого, мистера Энтони Токарика, эсквайра. Настоящее заседание является возобновлением допроса по просьбе мистера Токарика. Нужно ли мне вновь зачитать права подозреваемого, защитник, или второе предупреждение распространяется и на это заседание?

Мистер Токарик: Оно остается в силе, если профессор Джонс не попросит о новом предупреждении. Желаешь ли ты быть еще раз предупрежденным, Чип?

Мистер Джонс: Нет. Давайте продолжим.

Мистер Токарик: Начинайте.

Детектив Стерджис: Добрый вечер, Чип.

Мистер Токарик: Я хотел бы, чтобы вы обращались к моему клиенту вежливо, детектив.

Детектив Стерджис: «Профессор» подойдет?

Мистер Токарик: Да, однако, если это вам так уж трудно, то «мистер Джонс» будет достаточно.

Детектив Стерджис: Вы только что назвали его Чип.

Мистер Токарик: Я его адвокат.

Детектив Стерджис: Ага... хорошо... конечно. Я бы даже назвал его «доктором», но он не защитил свою диссертацию на степень доктора философии, не так ли Чип – мистер Джонс? Что вы говорите? Я не расслышал вас.

Мистер Джонс: (Неразборчиво.)

Детектив Стерджис: Следует говорить громче, мистер Джонс. Бормотание ничего не дает.

Мистер Токарик: Подождите, детектив. Если тон допроса не изменится, я буду вынужден немедленно прервать заседание.

Детектив Стерджис: Делайте, как вам нравится, – вы потеряете, а не я. Просто я думал, что вы, ребята, возможно, захотите выслушать некоторые доказательства, которые мы собрали против старины Чипа. Простите... Мистера Джонса.

62

То есть типичных детей.

63

Титул служащего судебного ведомства (амер.).