Плоть и кровь - Келлерман Джонатан - Страница 40

– Вряд ли вам будет интересно, детектив.

– Сэр, я веду расследование убийства, и мне необходимо знатьвсе о деятельности жертвы.

От слова "жертва" Даггер вздрогнул. На лбу у него выступил пот.

– Лорен, – пробормотал он. – Ужасно, просто ужасно.

Он поерзал на стуле и начал вертеть в руках очки. Встретился со мной взглядом, и его глаза сузились.

– Исследование, над которым работала Лорен, посвящено геометрии личного пространства. Как люди воспринимают себя в различных межличностных ситуациях. Например, если бы клиентом была косметическая фирма, их могла заинтересовать геометрия зон комфорта.

– Как близко могут люди подобраться друг к другу?

– Как близко могут люди находиться друг от друга в различных социальных ситуациях, не ощущая при этом дискомфорта. Как они устанавливают контакт.

– Мужчины с женщинами?

– Мужчины с женщинами, женщины с женщинами, мужчины с мужчинами. Влияние возраста, культуры, образования, физической привлекательности. Здесь как раз и подключалась Лорен. Она была очень красивой, и мы использовали в эксперименте именно это ее качество.

– Хотели узнать, насколько ближе подходят мужчины к привлекательным девушкам по сравнению с уродливыми?

– Не так все просто. – Даггер слабо улыбнулся. – Но в общем вы правы.

– Каким образом вы нашли Лорен?

– Она откликнулась на объявление в университетской газете. Объявление на самом деле было рассчитано на подбор испытуемых. За привлекательной "подсадной уткой" мы хотели обратиться в модельное агентство. А когда увидели Лорен, поняли: она – то, что нам нужно.

– Кто это "мы"?

– Мои коллеги и я. – Даггер выглядел так, словно испытывал сильную физическую боль. Небо за окном потемнело, окрашивая океан в неприветливо-черный цвет. В полутьме лицо доктора казалось серым.

– Вы решили использовать ее в качестве ассистента из-за привлекательной внешности?

– Не только. Поведение и ум тоже нас поразили. Она была чрезвычайно сообразительной. Эксперимент включает в себя ряд правил, которые меняются от ситуации к ситуации, и сообразительность очень кстати.

– Какого рода правила?

– Где встать в комнате, что говорить, чего не говорить, невербальные сигналы. У нас всегда наготове что-то вроде сценария – если испытуемый скажет то-то, ему нужно ответить то-то. И когда ничего не нужно говорить. Мы используем специальную комнату, где на полу расположена сенсорная решетка, подключенная к компьютерам. Таким образом можно четко отслеживать местоположение и движения людей в комнате. – Даггер прервался. – Вам ведь неинтересно?

– Вообще-то интересно.

– Если честно, это все, что я могу рассказать. Лорен была красивой, умной, способной следовать инструкциям, заинтересованной и пунктуальной. – Даггер поднял глаза к потолку, потом опустил. Правой ладонью накрыл левую, колени задрожали.

– В чем проявлялась ее заинтересованность?

– Ей нравилась психология. Она собиралась и дальше работать в этой области, связать с ней свою судьбу.

– Она делилась с вами планами?

– Лорен упомянула об этом во время собеседования, – ответил Даггер и снова быстро взглянул наверх. Человек с образованием Даггера должен знать о подобных признаках не совсем честного ответа, и все же это его не остановило. Колени доктора задрожали сильнее, над верхней губой выступили капельки пота.

Майло писал что-то в блокноте, опустив глаза.

– Значит, если вкратце, вы помещали Лорен в компьютеризированную комнату и наблюдали, как на нее реагируют мужчины?

– Да.

– Как долго они находились в комнате?

– Это один из параметров, которые мы варьировали: продолжительность, температура, музыка, одежда.

– Одежда? Она примеряла какие-то наряды?

– Не наряды, просто меняла стиль одежды, цвет. В случае с Лорен она приносила собственную одежду, а мы уже выбирали, что ей надеть.

– Что значит "в случае с Лорен"?

– Это была ее идея. Она сказала, у нее обширный гардероб, и предложила воспользоваться им в наших целях.

– Похвально, – отреагировал Майло.

– Я ведь уже сказал: Лорен была заинтересована в работе. Пунктуальна, надежна, внимательна к деталям. Кроме того, у нее были задатки настоящего исследователя – она очень любознательна. Многие говорят, что хотят стать психологами из-за амбициозного желания помогать людям. В этом, конечно же, нет ничего плохого. Но Лорен шла дальше. У нее был пытливый ум аналитического склада.

– Вы говорите так, словно хорошо ее знали.

– Она работала у нас четыре месяца.

– Начиная с лета?

– Да, с конца июля. Мы давали рекламу во время летней сессии.

А ведь Лорен еще не училась в университете в то время... Я решил промолчать.

– Значит, мисс Тиг была разумнее других студентов. При этом она была еще и старше многих, – сказал Майло.

– Верно. И даже на фоне своих ровесников она выделялась.

– Она работала все четыре месяца полный рабочий день?

– У нее был скользящий график. Мы проводим исследования, как только наберем достаточно испытуемых. В среднем мы работали половину рабочего дня – иногда больше, иногда меньше.

Даггер вытер губы тыльной стороной ладони. Его колени перестали дрожать. Видимо, рассказывая подробности о работе, он успокоился.

– Как вы сообщали Лорен, чтобы она пришла?

– По пейджеру.

– Когда вы в последний раз звонили ей на пейджер?

– Точно не припомню. Хотя, если вы позвоните завтра в ньюпортский офис, я позабочусь, чтобы там подготовили карточку учета.

– А почему в ньюпортский, а не офис в Брентвуде?

– Офис в Брентвуде еще новый и пока не работает.

– Значит, вы отправляли Лорен сообщение, и она приезжала?

– Да.

– А сколько "подсадных уток" вы используете в данном эксперименте?

– Еще двух женщин и одного мужчину. Они не знают друг о друге. И никто не знал Лорен. Мы соблюдаем чистоту эксперимента.

– Со сколькими испытуемыми работала Лорен в той комнате?

– Не могу вам сказать.

– Почему? Ведь это не конфиденциальная информация?

– Не думаете же вы, что я вручу вам список участников эксперимента? Мне очень жаль, но я действительно не могу этого сделать. Детектив, я не учу вас исполнять вашу работу, но все же уверен – существуют более эффективные способы расследовать дело.

– Например?

– Не знаю. Просто эксперимент не имеет никакого отношения к убийству. Господи, от одной только мысли, что кто-то разрушил такую кипящую энергией жизнь, становится тошно.

Майло встал, прошел мимо Даггера и остановился возле стеклянной стены. На юго-западе небо покрывалось клочками облаков.

– Прекрасный вид, – сказал он. – У вас с Лорен были личные отношения?

Даггер скрестил пальцы на руках. Опять быстро посмотрел наверх.

– Нет, если не считать личными отношениями то, что иногда мы ходили выпить чашечку кофе.

– И часто вы пили вместе кофе?

– Пару раз. Несколько раз. – Даггер побледнел. – После работы.

– Только вы и Лорен?

– Иногда к нам присоединялись и другие сотрудники. Особенно когда мы поздно заканчивали работу и все хотели есть.

– Но обычно вы были вдвоем?

– Я бы так не сказал, – произнес профессор натянуто. – Мы ходили в ресторан, а там, сами знаете, и другие люди бывают.

– Какой ресторан?

– Скорее разные кофейни. "Асиенда" на бульваре Ньюпорт, "Корабли" и другие.

Даггер разъединил руки, повернулся на стуле и встретился взглядом с Майло.

– Я хочу подчеркнуть: у нас с Лорен не было сексуальной связи. Если вам так уж необходимо охарактеризовать наши отношения, то они больше походили на отношения студента с преподавателем.

– Вы разговаривали о психологии?

– Да.

– О каких аспектах психологии?

Даггер продолжал смотреть на Майло.

– В основном обсуждали общие вопросы, теорию психологии. Иногда говорили о возможностях карьерного роста Лорен.