Мужчины свои и чужие - Келли Кэти - Страница 98

– Я же не намертво прилип к моей рабочей одежде, – заметил Дуг, хитро поглядывая на ее изумленное лицо. – У меня есть парочка приличных костюмов.

– Но ты совсем не похож на себя!

– Лучше?

Лиони склонила голову набок.

– Ты выгладишь фантастически здорово, – сказала она. – Но я бы никогда не почувствовала себя с тобой так спокойно с первого же раза, если бы впервые увидела тебя в таком шикарном наряде. Я бы, наверное, и заговорить с тобой побоялась!

– Это был любимый костюм Кайтлин, – задумчиво со­общил Дуг. – Она ненавидела мои бесформенные рабочие одежки и настаивала, чтобы по вечерам я счищал краску и одевался прилично. А Хью носит костюмы? – неожиданно спросил он.

– Не вспоминай Хью, ладно? – простонала Лиони.

– Поссорились?

Она кивнула. Так было проще, чем вдаваться в сложные объяснения.

В городе Дуг остановил машину около галереи.

– Это займет всего несколько минут, – пояснил он. – Я только занесу холсты. Может, ты войдешь и посмотришь, что и как?

– Я могу помочь, – предложила она.

– И не вздумай, они тяжелые. Иди и поглазей. Я вернусь через несколько минут.

Пока Дуг и мужчина из галереи с какими-то дикими красными волосами вносили полотна, Лиони бродила по залам, разглядывая яркие картины маслом, меланхоличные акварели и резкие, агрессивные скульптуры, расставленные в середине помещения. Все стоило безумно дорого, полотна Дуга наверняка будут стоить еще больше. Хью как-то сооб­щил ей, что полотна Дуга Манселла – солидное капитало­вложение.

– Ты можешь купить у него что-нибудь по дешевке, а через несколько лет продать значительно дороже, – сказал Хью, глаза которого загорелись при такой радужной пер­спективе.

Лиони пришла в ужас. Делать деньги на приятеле? Ни за что.

Она таращилась на большую картину в стиле модерн, пы­таясь понять, что на ней изображено, когда громко хлопнула дверь галереи. Лиони обернулась и увидела миниатюрную блондинку.

«Какая энергичная», – лениво подумала Лиони. Энергия исходила из нее, как пузырьки из шампанского. Лиони с одобрением рассматривала экстравагантный брючный кос­тюм красного цвета, сапоги на высоченных каблуках и ко­роткие светлые волосы. Неожиданно женщина подошла к Дугу, взяла его лицо в ладони – и поцеловала. Глаза Лиони расширились. Неужели это…

– Привет, Кайтлин. Не ожидал тебя здесь встретить, – спокойно сказал Дуг.

– . – Я слышала, что ты сюда собираешься, – ответила Кайтлин хрипловатым низким голосом.

Лиони сделала все возможное, чтобы стать как можно менее заметной. Она разглядывала ужасную картину и стара­лась не подслушивать, но невольно все слышала. Господи, эта женщина когда-то разрушила Дугу жизнь! – Ну, как дела? – спросила Кайтлин.

Она была намного ниже его ростом, ей приходилось за­прокидывать голову, чтобы заглянуть ему в лицо. Она посто­янно была в движении. Даже когда говорила, притопывала одной ногой.

– Знаешь, а я по тебе скучала, – сказала она.

– Разве? Ты ни разу не позвонила. Ты ведь знала, где я живу, – ответил Дуг.

У Лиони даже сердце заболело, так было его жалко. Он тосковал по Кайтлин, а она его забыла! Сука!

Кайтлин подвинулась к нему еще ближе и положила руку на лацкан его пиджака.

– Ты надел мой любимый костюм, – тихо сказала она, глядя на него.

– Да.

Как много можно сказать одним словом! «Он надел его для Кайтлин», – подумала Лиони.

Она не могла больше выносить эту мучительную сцену.

– Пока, дорогой, – сказала она, послав воздушный поцелуй удивленному владельцу галереи. – Я тут рядышком, кофе попью. Вернусь чуть позже.

Он догадался ей подыграть, тоже послав воздушный по­целуй.

– Ладно, душечка, увидимся позже.

Она резко повернулась и быстро прошла мимо Дуга, как будто была с ним незнакома. Не хотелось еще больше ослож­нять ему жизнь. Если он хочет вернуть Кайтлин, то, возмож­но, ему ни к чему объяснять свою дружбу с Лиони.

Лиони заказала кофе и печально подумала, что в их отно­шениях и скрывать-то нечего. Уныло болтая ложкой в чашке, она внезапно сообразила, что жалеет об этом. Дуг такой доб­рый, очаровательный, душевный человек. Сейчас ей хоте­лось, чтобы он был для нее не только другом. Ей хотелось много больше. И у нее был шанс, но она им не воспользова­лась. А сейчас все потеряно…

«Не дури! – твердо сказала она себе. – Он никогда не интересовался тобой как женщиной». Что может она предло­жить мужчине, который встречался с такой красоткой, как Кайтлин. У нее блестящая карьера, ей много меньше сорока, и ей не приходится покупать старушечьи туфли огромного размера?

Лиони потягивала кофе и смотрела в окно, мечтая, чтобы Дуг послал Кайтлин куда подальше. Она уже прикончила вторую чашку, когда в дверях показался владелец галереи. Заметив ее, он замахал руками и направился к ней.

– Вы Лиони? – спросил он. Она кивнула.

– Дуг попросил меня передать вам вот это и извиниться за то, что не сможет отвезти вас в аэропорт. – Он положил на стол банкноту в пятьдесят фунтов. – Ему очень жаль, но с мадемуазель Кайтлин истерика, и он ее успокаивает. Уж эта мне примадонна! – Он с отвращением передернул плеча­ми. – Я бы сам с удовольствием отхлестал ее по щекам, но Дугу это может не понравиться, а я его очень люблю.

Лиони слушала вполуха – отключилась, когда узнала, что Дуг не повезет ее, потому что утешает Кайтлин. Он ведь был таким надежным. Никогда не подводил. Но чего не сде­лаешь ради человека, которого так любишь и с которым был надолго разлучен.

Лиони почувствовала, что вот-вот расплачется, и отодви­нула деньги.

– Спасибо, не надо, – храбро заявила она. – У меня полно денег. Дуг просто хотел оказать мне услугу, – добави­ла она.

– В самом деле? – Глаза владельца галереи были умны­ми и проницательными. – Я бы вам не советовал так разбра­сываться. Вот я когда-то оказался дураком – и взгляните на меня сегодня. Один как перст.

И он ушел, оставив деньги на столе.

Лиони схватила деньги, сумку и выскочила в дверь. Она побежала прочь от галереи, задыхаясь от жары на августов­ском солнце и стараясь не думать о том, как Дуг с любовью сжимает в объятиях Кайтлин.

За углом была стоянка такси. Опустившись на сиденье машины, Лиони почувствовала, что вся вспотела, тушь текла по щекам, а янтарного цвета шелковая блузка прилипла к спине. Водитель попытался с ней заговорить, но она отвечала односложно, тупо глядя в окно, и он оставил ее в покое. «Ах, Дуг, Дуг! – в отчаянии подумала Лиони – Почему я не по­няла этого раньше? Теперь уже поздно».

Мел и Эбби вышли в зал прилета одними из последних – загорелые, сияющие, нагруженные горой чемоданов и кучей пакетов.

– Мам! – дружно взвизгнули они, заметив ее. Лиони обняла обеих, плача от радости.

– Я так рада вас видеть! – с трудом произнесла она.

– Мы тоже, – хором ответили девочки.

– Выглядите вы замечательно, – улыбнулась Лиони. И это была правда.

Особенно поразила ее Эбби. Девочка вытянулась, стала выше Мел, и фигура ее уже не казалась коренастой. На ней были джинсы в обтяжку, подчеркивающие длинные ноги, и бирюзовая футболка, на фоне которой ее поразительные глаза выделялись еще больше. Руки увешаны серебряными индейскими браслетами с бирюзой, волосы выгорели, отрос­ли и свободно падали на спину.

– Эбби, ты стала просто красавицей, – сказала Лиони, отступая на шаг и разглядывая своего гадкого утенка, кото­рый и в самом деле превратился в прекрасного лебедя.

– Я и чувствую себя великолепно, – улыбнулась Эб­би. – Я чувствую себя самой собой и никем больше.

– Она без конца читала всякие самоучители, – хихикнула Мел. – А я, что бы ни делала, не могу найти в себе внут­реннюю силу!

– Ты отыскиваешь эту внутреннюю силу, только когда видишь симпатичного парня, – поддразнила Эбби.

Тут, как по заказу, мимо прошла группа молодых людей с рюкзаками: они чуть головы себе не свернули, разглядывая девушек. Привыкшая к такому вниманию Мел кокетливо улыбнулась. Но Лиони поразила реакция Эбби. Она с уве­ренной усмешкой посмотрела на парней, откинула голову и рассмеялась, рассыпав волосы по плечам. «Она уверена в себе! – поняла Лиони. – Моя девочка вернулась домой взрослой».