Чары тьмы - Керр Катарина - Страница 96

Все еще улыбаясь, Саркин подошел к подносу с едой. Он был совершенно спокоен и очень голоден.

Покончив с трапезой, Саркин улегся на живот, положил голову на сложенные руки и стал следить за тенями, отбрасываемыми на пол лампой.

Временами он выплывал из тела, затем проскальзывал назад, двигаясь взад и вперед между эфирной плоскостью и физической без какого-то либо сознательного усилия.

Фактически он находился вне тела, когда дверь в камеру открылась и вошел Невин в сопровождении карлика.

Хотя Саркин никогда раньше не видел старика, он знал, что видит перед собой Мастера Эфира — по его ауре, почти слепящему свечению бледно-золотого цвета.

— Черви и слизь! — рявкнул карлик. — Он мертв?

— Сомневаюсь, — Невин встал на колени рядом с телом Саркина и положил руку на шею сзади. — Нет, он в трансе.

Внезапно Саркин почувствовал, как вокруг него закружился голубой свет. Тело тянуло его назад за серебряную нить, пока он наконец не услышал щелчок. Саркин со стоном открыл глаза и увидел, как над ним склоняется Невин.

— Хорошо, — сказал карлик. — Ну, я буду снаружи, если понадоблюсь.

Саркин глядел в пол, пока не услышал, как захлопнулась дверь, затем очень медленно повернул голову и посмотрел на соперника. Казалось, ему следует сказать что-то, возможно, вызывающе крикнуть, или сделать простое замечание, что он готов и хочет умереть. Но он снова почувствовал усталость и не произнес ничего. Невин долго смотрел на него.

— Я организовал твое спасение, — наконец заговорил Невин. — Они сказали тебе об этом?

— Да. Спасение? Или еще одну ловушку?

— Ты, молодой дурак! Что ты думаешь, я собираюсь пытать тебя?

— Уверен, тебе нет необходимости… кого-то пытать.

— Боги, разве между твоими двумя ушами нет мозгов? Это я говорил с тобой через огонь, я предлагал тебе призвать Свет. Ты это сделал и вот я здесь.

Невин улыбнулся. Саркин долго думал об услышанном.

— Ты хочешь исправить содеянное зло? — продолжал старик.

— Все, что я хочу, — это умереть.

— Боюсь, что это твое желание исполнится, — Невин стал грустным. — Но ты получишь шанс навсегда избавиться от Тьмы.

— Что? Где? В проклятых Других Землях?

— Перестань! Ты в самом деле веришь, что когда человек умирает, то ему приходит конец? Чему тебя учили?

Саркин уставился на Невина в растерянности. И тем не менее внезапно начал вспоминать намеки и подсказки — путешествие на эфирной плоскости после сознательного освобождения от плоти, хвастовство Аластира о вечной жизни в Земле Оболочки и Коры. Ненависть вскипела внутри Саркина, когда он понял, чего его лишил Аластир и как обманул.

— Я избавлюсь от Тьмы! Не в Других Землях, а в моей следующей жизни!

— Именно так. Это будет вызов, парень. Это будет борьба. Ничто великое не дается бесплатно. Ты откажешься от Тьмы и повернешься к Свету?

Саркин не колебался.

— Да, Мастер Эфира. Отрекусь и повернусь.

И он заплакал, съежившись на полу. Он долго рыдал, без слов и мыслей.

Хотя Невин настаивал на том, что способен сам привезти назад опасного преступника, ни Джилл, ни Родри не хотели его отпускать.

Однако теперь они понимали, почему мастер двеомера запретил кому-либо из людей Блейна сопровождать их.

В молчании и благоговении они сидели на длинной каменной скамье у стены огромной пещеры и наблюдали за ярмаркой карликов.

Пещера составлял ярдов сто в диаметре и примерно в два раза больше в высоту. Она освещалась лучами солнечного света, которые проникали в отверстия, вырубленные высоко наверху.

Прямо напротив них вода струилась по стене, собираясь в искусственные резервуары. Время от времени какой-нибудь карлик наполнял ведро у озерца и уносил его домой.

В центре пещеры шел бойкий, многолюдный торг. Больше всего продавалось еды: грибы, летучие мыши, корешки, которые украдкой выращивали на поверхности, дичь, на которую охотились, не привлекая к себе внимания.

— Эти люди живут трудной жизнью, — заметила Джилл.

— Они заслужили ее.

— О, послушай, любовь моя. Постарайся воспринимать это с честью и любезно.

Родри просто нахмурился.

Когда они подъехали к двери, ведущей в жилище карликов, один из стражников поднес к ним небольшой кинжал. Как только кинжал приблизился к Родри, то засветился, что вызвало поток ругательств и криков. Только вмешательство Невина не позволило карликам оставить Родри снаружи. Хотя время от времени кто-то подходил к ним и говорил Джилл несколько слов, все игнорировали Родри, словно он был опасным животным, которое она держала при себе.

К ним приблизилась маленькая женщина в грубом коричневом платье, ростом не более трех футов. К ее спине ремнями крепился крохотный стульчик, в котором сидел ребенок. Поскольку Джилл не представляла себе, сколько живут карлики и как быстро они растут, то не могла определить возраст ребенка, но он сидел прямо и оглядывался внимательно. По человеческим меркам ему можно было дать годик.

— А-а, — сказала женщина. — Ты, вероятно, и есть та девушка, которая приехала с Мастером Эфира.

— Да, это я. Это мальчик или девочка?

— Девочка.

— Очень хорошенькая.

При похвале ребенок улыбнулся, показал ямочки и загукал. У девочки был низкий лоб под вьющимися черными волосами и толстый нос.

Она источала столько жизненных сил, что Джилл захотелось подержать ее.

— Могу я спросить тебя кое о чем? — продолжала Джилл. — Откуда столько ваших знают дэверрийский?

— Мы торгуем с фермерами в предгорьях. Они — мирные люди и хранят наши тайны в обмен на серебро. Нет ничего лучше, чем драгоценные металлы, чтобы завести друзей. Или жестоких врагов.

С последними словами она посмотрела на Родри.

— Пожалуйста, объясни мне, что не так с моим мужчиной? — попросила Джилл.

— Охранный талисман засветился рядом с ним, не так ли?

— Да, но что это значит?

— Ну… — женщина задумалась на мгновение. — Честно говоря, не знаю. Готова поспорить: никто не знает. Но у нас есть поговорка, древняя поговорка, — тут она что-то быстро произнесла на своем языке. — Это означает: «Когда охранное лезвие сверкает, враг близко».

— Понятно. Как мне кажется.

Женщина кивнула, затем пошла дальше, прижимая к себе ребенка.

— Молюсь всем богам, чтобы Невин побыстрее вернулся! — рявкнул Родри.

Его желание исполнилось через несколько минут, когда мастер двеомера появился из туннеля на другой стороне пещеры.

Его сопровождал карлик по имени Ларн, за ними следовали два воина с топорами и Саркин, который шел согнувшись, как очень старый человек. Джилл с Родри встали и поспешили им навстречу. Саркин посмотрел на Джилл и в его глазах она увидела такую глубокую усталость, что даже отшатнулась. Он улыбнулся, едва шевельнув губами.

— Я не доставлю хлопот.

Саркин выполнил свое обещание. Он не произнес ни слова на протяжении долгого пути назад в дан Хиррейд.

Плавая над огнем, лицо Саламандра улыбалось. Невин всем сердцем желал, чтобы хотя бы раз за всю свою долгую жизнь гертсин хоть к чему-то отнесся серьезно.

«Итак, свидетельства Камделя означают, что насчет опиума я был прав», — пришел ментальный импульс Саламандра.

«Прав, — согласился Невин. — Я хочу, чтобы ты незамедлительно отправился к некому лорду Гвалдину. Он постоянно общается с королевским провостом и хорошо меня знает. Пусть Гвалдин как можно быстрее организует арест этой Ангариад. Скажи ему, чтобы ее тщательно охраняли. Готов поспорить: при дворе окажется много господ благородного происхождения, которые захотят отравить ее, чтобы она не наболтала лишнего.»

«Я пойду к нему завтра прямо с утра. Сколько времени мне оставаться в дане Дэверри?»

«Пока я не приеду. Лиддин-аптекарь — я думаю, ты с ним встречался — находится на пути сюда из дана Кантрейя. Я передам Камделя ему, затем верну Великий Камень королю. Ты не возражаешь против того, чтобы подождать там?»