Мы играем в пистолеты (СИ) - Риз Екатерина - Страница 53

- Ника, - подтвердила я. – А ты кто?

- Вася, - сообщила она и улыбнулась шире. – Василиса. Папка спит ещё?

Вот тут меня слегка замутило. Я руку в бок упёрла и попыталась переварить слово «папка». Затем решила, что Кирилла убью, когда он проснётся.

- По всей видимости, да, - проговорила я в сторону и к столу прошла. – Значит, это ты у нас «котёнок» и «малышка»? – догадалась я.

Девочка ложку облизала и забавно скривилась.

- Он всё ещё думает, что мне семь лет.

- А тебе сколько?

- Семнадцать. Восемнадцать почти. – Фыркнула от смеха. – Я взрослая личность.

Я невольно улыбнулась. Девочка мне определённо нравилась. Другая на её месте не особенно обрадовалась бы, встретив на отцовской кухне незнакомую тётку, а эта ничего, улыбается вполне добродушно. Вот тут я нахмурилась. Или, может, для неё в этом нет ничего удивительного?

Смерть Филина, определённо будет мучительной.

- Папа мне говорил, что не один живёт, я поэтому сюда и не совалась, а вот сегодня… Мне нужно где-то отсидеться.

- Завтракать будешь? – спросила я.

- Буду, - тут же согласилась Вася и со смущённой улыбкой пояснила: - Вы не смотрите, что я такая маленькая. Ем я много. Хотя, совершенно не понимаю, в кого я такая.

Я достала муку, молоко, яйца, на девочку глянула и подсказала:

- В папу?

- О нет. – Она даже фыркнула и руками на меня замахала. – Папочка у меня вообще не от мира сего, мне кажется, что он в магазин только за пивом ходит. У него больше двух яиц в холодильнике никогда ничего не бывает. Это уже пир.

Я поневоле призадумалась, скосила глаза на забитый продуктами холодильник Филина. Стало ясно, что я чего-то не понимаю. Василиса мой взгляд перехватила и рассмеялась.

- Вы не поняли ничего! Значит, папка не рассказал. Просто у меня два папы. И ещё отчим. Его, признаться, я не люблю. Ещё у меня есть родной папа. У нас с ним взгляды на жизнь не совпадают. А вот папка, - она кивнула в сторону комнат, - его я больше всех люблю. Даже больше мамы. У нас с ним полное взаимопонимание.

- Давай ещё раз и помедленнее, - попросила я.

- Хорошо. Папка когда на моей маме женился, у неё уже я была. Мне было семь лет. А вот когда они с мамой развелись, через четыре года, я хотела с папкой остаться жить, ну чтобы маме не мешать замуж выходить, но она не разрешила. Говорит: вот если бы родной был. А если у меня с родным неконтакт полный?

Я улыбнулась, наконец вникнув в суть.

- Понятно. А папка значит, тебя балует?

Вася ложкой по пластиковому дну опустевшей баночки поскребла, и головой покачала.

- Нет, не балует. Он меня любит.

- А отчим?

Она сморщила прелестный носик.

- Болван толстолобый. Но папку он боится и ко мне не вяжется.

Мои руки замерли, я тесто для блинов перестала мешать, правда, быстро успокоилась и глубоко вздохнула.

- Это хорошо.

- Мама так не считает.

- Верю.

- Слушайте, а вы интересная. И красивая.

Я кинула на неё весёлый взгляд.

- Это комплимент или подлизываешься на всякий случай?

Она рассмеялась.

- Подлизываюсь.

- Понятно.

- Но у вас было такое лицо, когда вы меня увидели!

- Я испугалась немного.

- А когда я про папку сказала? – Вася проницательно прищурилась. – Ещё больше испугались, да?

Это я предпочла проигнорировать и вместо ответа предложила:

- Давай на «ты». У нас не такая уж большая разница в возрасте.

- Давай.

Когда Кирилл на кухне появился, спустя полчаса где-то, я уже успела Ваську блинами накормить и выспросить у неё всё про её маму. Она рассказывала охотно, кажется, ей в голову не приходило ничего скрывать, я в ответ рассказала ей про свою работу, и мы немного пообсуждали иностранцев, в том смысле, что мужчин-иностранцев. Видно было, что девочка Вася развита не по годам и интересы у неё вполне взрослые. Но когда Кирилл вошёл, мы обе замолчали, за ним наблюдая. Он выглядел заспанным, всклокоченным, на нас даже не взглянул, сразу прошёл к холодильнику и пакет с соком достал. Свинтил крышку и сделал несколько больших глотков. И всё это практически не открывая глаз, будто спать продолжал на ходу. Вася блин жевала, я чай в чашке помешивала, а Кирилл глубоко вздохнул, сок в холодильник сунул и спокойно поинтересовался:

- Ты здесь чего?

- Блины ем, - тут же отозвалась Василиса и мне улыбнулась. – Вкусные блины. Пап, ты хочешь?

Филин поморгал, взгляд на мне сфокусировал, а мне его жалко стало.

- Шёл бы ты спать, сегодня же воскресенье.

- А который час?

- Полдесятого.

Он за ухом почесал, рукой в стол упёрся, а затем снова на Василису посмотрел. Та, как по команде тут же начала выкручиваться:

- Пап, я у тебя немного побуду, ладно? Я мешать не буду, я тоже спать лягу. А ты, когда мама позвонит, скажи, что я у тебя ночевала, ладно?

Я в чашку взглядом уткнулась, а Кирилл надо мной крякнул.

- А где ты ночевала?

- Ну, пап, неприлично такие вопросы девушке задавать.

- В подоле перед институтом принесёшь, по шее получишь.

Вася вытаращила на него глаза.

- Ты ударишь беременную женщину?

- Легко.

- Папка, это совершенно ужасно.

- Твоей матери я врать не буду. Я вообще с ней разговаривать не буду, с какой стати?

- Папа!

- Мы шесть лет в разводе, я не обязан.

- Но ты должен встать на мою защиту! У меня, может, первая любовь?

- Какая?

- Первая. Настоящая – первая!

- Где-то я это уже слышал, - проворчал он. За стол сел, голову опустил и лбом к моей руке прижался. Он хотел спать, я его жалела и в макушку поцеловала, а сама Васе незаметно рукой махнула, чтобы с кухни уходила.

- Ты должна его на себе женить, - сказала Вася через пару дней нашего с ней плотного общения. – У него, наконец, нормальная жена появится.

Я печально кивнула.

- Да. Вот только он и без меня с этим справиться решил.

- Ты Кристину имеешь в виду? Глупости!

- А ты с ней знакома?

- Папка познакомил. Всё так официально было. – Васька один палец в рот сунула, изображая тошноту. Всё-таки иногда она вела себя совершенно по-детски. Она уже третий день жила у нас (хотя точнее сказать, это я у них жила), к матери не торопилась и по мере возможности своевольничала. Правда, Кирилл отцом оказался не ослеплённым любовью, как мне вначале показалось, и за поведением девочки следил, но надо признать, что она его слушала, не особо сопротивляясь, когда он её воспитывать начинал. Просто у неё характер был очень шабутной, и в первый момент она производила впечатление слегка развязной особы.

- Мы ездили в Москву, ужинали в дорогущем ресторане, а на следующий день мы с Кристиной по магазинам ходили. Единственный плюс – шмоток я привезла немереное количество. И папа даже не возражал, потому что понимал, что это компенсация за моральный ущерб.

- И как она тебе?

- Ему совсем не подходит. Ему нужен кто-то поживее, почеловечнее. Вот как ты. Но с другой стороны, он же не по любви жениться собирается.

- Ну да, из-за денег, - недовольно подсказала я.

- Нет, - Вася отчаянно замотала головой. – Из-за идеи.

Я нахмурилась.

- Какой ещё идеи?

- Открыть ресторан в Москве. Чтобы всё так супер-пупер шикарно было. Папка ведь не просто так работает и деньги зарабатывает, ему гореть надо. А для этого нужна идея, цель, мечта. Ему постоянно нужно чего-то добиваться. Ему всегда мало, понимаешь? Но не денег, а действия.

Я на Васькину кровать прилегла, стала смотреть в потолок, а руки на животе сложила.

- И что мне делать?

- Нужно его отвлечь.

- Как?

- Ну я не знаю. – Василиса рядом пристроилась и сильно нахмурилась, вся уйдя в раздумья. – Ты же старше, у тебя опыта больше. Ты должна знать.

Я не удержалась и недовольно хмыкнула.

- Боюсь, с твоим папкой это не прокатит. То, на что ты намекаешь.

Вася ухмыльнулась, тоже на потолок поглядывая.

- Да, папка – твёрдый орешек. – Потом на бок повернулась, голову рукой подпёрла и предложила: - Может тебе от него уйти?