Мастер боя (Мое имя - Воин) - Степанычев Виктор - Страница 62

Следующий был выход Азамата. От него ждали только победу. Если бы горец проиграл, то счет стал бы равным, и тогда надо было проводить еще одну схватку, участников которой выбирал жребий. А он мог выпасть на долю любого члена команды вне зависимости от пола и физического состояния. На ринг могли вызвать того, кто уже проиграл или получил травму, а также против женщины мог быть выставлен мужчина.

Соперником Азамата стал равный ему по габаритам негр с мелкими и жесткими кудрявыми волосами, похожими на парик. Он опередил горца, первым бросившись в атаку, хотя так обычно начинал бой сам Азамат. Правда, воспитание Петра принесло определенные успехи. Горский парень не стал дергаться, пытаясь перебить активность соперника. Он ушел в глухую защиту, безропотно принимая сыпавшиеся на него мощные удары. Так продолжалось минуты четыре. Зрители, разочарованные подобным ходом схватки, недовольно загудели. И на это Азамат не среагировал. Черная кожа его противника от усердия покрылась потом. Проведя еще серию ударов руками и ногами, кубинец решил перевести дух и отступил на пару шагов. В этот момент Азамат раскрылся и двинулся в атаку. Теперь уже его соперник попытался поставить защиту, однако она оказалась настолько хлипкой, что против «паровозного» натиска горца и его сокрушительных ударов смогла продержаться не более минуты. Изысков в виде разнообразия школ единоборств не потребовалось. Азамат по-простому, по-рабочекрестьянски размолотил кубинца в пух и прах, уложив его отдыхать на отполированные доски ринга.

А далее был полуфинал. В него, помимо российской, вышли команды Китая, Японии и, естественно, молодая германская сборная воспитанников герра Баума. Сам хозяин турнира, благообразного вида жилистый старичок, присутствовал почти на каждой схватке. Во время отборочных соревнований он буквально разрывался между двумя площадками, перебегая из одного зала в другой. А уже начиная с полуфинальных боев господин Эрнст Баум первым занимал место в своей ложе в парадном зале и неотрывно следил за действиями на ринге.

В отличие от него, Вилен Владимирович Слуцкий отборочные бои почти все пропустил, в том числе и с участием своей команды. Он по большей части отсутствовал на турнире, хотя и прилетел на второй день после его начала. Видимо, были у отставного генерала дела в Германии помимо спортивных.

К общему удивлению, полуфинал российская команда прошла относительно легко, даже скучно. Соперниками ее выступали китайские бойцы. Где в Поднебесной смогли отыскать ребят гвардейского, под два метра, роста, остается загадкой.

И дрались они прекрасно, только очень и очень стандартно. Все великолепно владели у-шу и принадлежали одной школе «Обрушивающаяся рука Юз». В ее арсенале значились тридцать два приема, которые прекрасно знали российские бойцы. А вот то, чем владели они сами, китайским коллегам оказалось разгадать не под силу. Счет встречи был разгромный: четыре в пользу «русской темной лошадки», как прозвали их на турнире.

В боях за обладание «Бриллиантовым львом» они встретились с германской командой, победившей в полуфинале японцев. Самое смешное, и эти бои прошли с явным перевесом россиян. Немцы были ненамного, но все же сильнее китайцев, и их стойкости в схватках можно было позавидовать. Вот только страдали они тем же недугом, что и бойцы с берегов Янцзы. Стандартное ведение боя и классика карате-до и у-шу оказались вполне по зубам их соперникам из России.

Петр с Леоном определили эту тенденцию еще в отборочных боях и окончательно утвердились после полуфинала. Установка на финал была одна: всем работать по максимуму возможностей и разнообразию стилей и школ. И это принесло успех. Немцев раскатали с тем же разгромным счетом, хотя и были сложности. И опять они достались Ксении. Ее соперница, рыжеволосая юная немка, вихрем носилась по десятиугольнику, выматывая «чужестранку». По ней не было видно усталости. И через пять, и семь минут она выглядела все такой же свежей, как в начале схватки. Однако немка не устояла. Ксения смогла-таки поймать рыжеволосую бестию на неточности проведения закрутки. Как ни вертись, Гретхен, а от усталости никуда не денешься! Крепко захватив голень немки, Ксения заставила ее совершить полувинт и после плоского приземления закончила начатое сильнейшим ударом в солнечное сплетение.

Вручая российской команде «Бриллиантового льва», герр Эрнст Баум был лицом кисл и бровями зело насуплен. Видимо, сильно рассчитывал он на победное шествие своих питомцев. Да не получилось. Русские идут! Пришли...

Вообще-то и сами победители не прыгали от радости. К ним еще в полной мере не пришло понимание того, что они сделали. Напряжение пяти месяцев подготовки к турниру и участие в нем забрало столько нервных и физических сил, что ликование окружающих больше раздражало, чем радовало. Лично Петру хотелось одного: упасть на кровать и спать, спать... И проснувшись завтра, поближе к обеду, никуда не спешить, не гнать себя и других к грядущим победам...

Похоже, и остальные мечтали примерно о том же. Петр оглядел усталые и осунувшиеся лица товарищей по команде. Ксения и Азамат вымученно улыбались, Сева вяло помахивал рукой, приветствуя зрителей, собравшихся на церемонию награждения. Леон, как обычно, серьезный и невозмутимый, пристроился за их спинами с таким отстраненным видом, будто происходящее его не касается.

Лишь Вилен Владимирович Слуцкий сиял, как начищенный медный грошик. Он держал в руках главный приз турнира — статуэтку льва со сверкающими под юпитерами бриллиантовыми глазками. В последние дни соревнований отставной генерал будто немного повеселел. Хмурый как туча в первые дни после прилета в Германию, к финалу Слуцкий помягчел, пришел в свое обычное состояние. Видимо, наладились дела.

Глава 11

И где-то слышен сабель звон...

Отоспаться в эту ночь так толком и не пришлось. Награждение победителей плавно перешло в прием с участием каких-то важных гостей из берлинской и местной элиты. Далее состоялся торжественный ужин персон эдак на сотню, так же естественно скатившийся к отчаянной гульбе в баре до самого рассвета неразъехавшихся участников турнира. А в десять часов утра они уже загружали свои вещи в автобус, все тот же знакомый «Мерседес».

В составе экипажа произошли некоторые изменения. Ксения еще вечером улетела в Москву вместе с отцом. Перед отъездом она подошла попрощаться к Петру.

— Спасибо тебе за все, — сказала она и почти официально пожала ему руку, однако не выпустила ее, а задержала в своей ладони.

— Да не за что, — качнул головой Петр. — Одно дело все-таки делали. А ты молодец! Смогла за такой короткий срок так подняться...

— Я не об этом говорю, — перебила его Ксения. — А хотя... Пусть все остается так, как есть. И, наверное, мы с тобой уже не увидимся.

— Почему? — удивился он. — Что-то случилось?

— Нет, просто я так думаю, — качнула головой Ксения. — И так будет лучше нам обоим. Прощай!

И это была только одна потеря в количественном составе пассажиров автобуса. Стриженых парней Роткевича заменили два приятных молодых человека, прилетевших со Слуцким. Как понял Петр, они исполняли при нем роль телохранителей в отсутствие Бориса, обычно сопровождавшего своего шефа. В обратный путь секьюрити отправились вместе с командой. Сумок с термосами они не везли, что радовало, однако проявляли массу ненужного внимания к безопасности пассажиров, особенно Петра.

Один из двоих, чернявенький, даже дежурил у дверей туалета на польско-белорусском переходе, когда Петр изволил его посетить. Он немного удивился такому вниманию, однако пустил все на самотек. Выходившая из Петра усталость последних месяцев заставляла быть равнодушным ко всему окружающему миру. Практически всю дорогу до Москвы он продремал в кресле автобуса.

Их поздним вечером доставили прямиком в пансионат. Только Сева Мельников сошел раньше у станции метро. У него было свое жилье где-то в спальном районе на Юго-Западе столицы.