Жажда (ЛП) - Уорд Дж. Р. - Страница 86

Боже, ему нравилось курить. И, очевидно, о раке теперь можно не беспокоиться.

Эдди убрал зажигалку в карман и открыл соль.

– Нам нужно заходить в каждую комнату и выдыхать, пока воздвигаем тут барьеры. Мы очищаем среду и создаем препятствие для Девины. В сумке есть еще «Мортон».

Джим взглянул на девочку с зонтиком в своих руках.

– Соль и в самом деле ее не пропустит?

– Усложнит ей путь. Эдриан займет ее, насколько сможет, но даже с его внушительными талантами, она поймет, мы что-то затеваем.

Сломав печать на своей упаковке, Джим понял, что ему нравились испытываемые им ощущения. К лучшему или к худшему – ну, скорее, к худшему, – но он был рожден для сражений, и не только потому, что вырос тяжеловесным ублюдком. Конфликт бурлил в его крови, мозгах и бьющемся сердце.

Ему снова хотелось оказаться на задании. Перевернув баночку с «Мортон», Джим с удовольствием окуривал помещение, наблюдая, как тонкая белая струйка соли вытекала из серебряного носика на дрянной ковер. Эдди обрабатывал заднюю часть дома, коридор и кухню, поэтому Джим взялся за гостиную. Работа заняла немного времени – нужно было лишь пройтись вдоль плинтусов, отталкивая с пути пыльные шторы, – и она доставляла удовлетворение: Джим чувствовал, будто помечает свою собственную территорию, заявляет на нее права.

Боже, он почти надеялся, что сучка пройдет через дверь, чтобы он смог надрать ей зад.

Кстати, об изменениях. В прошлом он строго проводил грань между мужчинами и женщинами. Он убил бы мужчину без колебаний. Покалечил, затоптал или вырубил. С женщинами, однако, дело обстояло совершенно иначе. Приди к нему одна с ножом, он бы ее обезоружил. И точка. Выведение из строя случалось лишь в крайних случаях, и наименее болезненным и «вечным» способом.

Но Девина больше не была для него женщиной. Черт, она не была женщиной, и точка.

Соль шуршала, пока Джим чертил небольшую волнистую линию, и, хотя было сложно положиться на что-то, чем приправляют картошку фри в «МакДональдсе», все же Эдди не казался ему дураком. Не в столь рискованных случаях.

И сигара была отменная. Это точно.

К тому времени, как они закончили, на первом этаже пахло «Флоридой», да и «ДастБастер» пришелся бы кстати, и по пути на второй этаж Эдди начертил белую линию по всем ступенькам, из-за чего лестница напоминала посадочную площадку.

Вин с Марией-Терезой были заняты, и после того, как Эдди проверил их труды, он позволил им передохнуть на небольшой кровати и попросил Джима помочь ему в ванной около лестницы. Используя раковину в качестве смесительного бачка, парень поместил туда перекись водорода, гамамелис и лимонный сок наряду с белым уксусом, и размешал все собственными руками. Как только едкий запах ударил в нос Джима, Эдди что-то тихо заговорил на языке, которого Джим не понимал, повторяя фразу снова и снова.

Внезапно запах преобразился. Перестав быть отвратительным, он напомнил аромат свежей травы на весенней полянке.

Эдди вынул руки из смеси и вытер их о свои джинсы, затем залез в куртку и достал два хрустальных…

– Это пистолеты?

– А то. – Парень снял с одного затычку и погрузил вещицу в раствор, на поверхность стали всплывать пузырьки, пока оружие полностью не наполнилось. Он протянул его Джиму. – Положи в кобуру. В отличие от твоей автоматики, эта штука действительно сработает против демона.

Когда Эдди наполнил собственный, Джим повертел в руках кусок мокрого хрусталя. Оружие было настоящим произведением искусства, вырезанным, как ему показалось, из чистого кварца и точно спроектированным. Ощупав его, он прицелился в стену ванной и нажал на курок. Тонкая четкая струя раствора попала именно туда, куда ему хотелось.

– Неплохо, – пробормотал Джим, пряча свой ЗИГ.

– Я покажу, как их делать. – Эдди заткнул пистолет и сунул его куда-то за спину. – Твое умение резать по дереву пригодится.

Когда они вернулись к остальным, Вин расхаживал по комнате, а Мария-Тереза сидела на кровати. Эдди сбросил куртку и осмотрел пакеты из «Ханнафорда», которые значительно похудели.

Вытащив свежую полынь, он открыл пластиковый контейнер и дал пучок Марии-Терезе.

– Держи и ни во что не вмешивайся. Что бы ты ни увидела, что бы ни случилось, не бросай траву и держи обеими руками. Она предоставит тебе некоторую защиту.

– А мне что делать? – требовательно спросил Вин.

Эдди оглянулся через плечо.

– Раздевайся.

Глава 38

Последний раз, когда Вин раздевался перед публикой, обстоятельства были другими.

Скинув рубашку, брюки и боксеры на комод, он убедился, что оружие лежало сверху, и, обернувшись, приготовился сделать все, чтобы покончить с этим. Забавно, его оперировали всего раз в жизни, примерно десять лет назад. Ему пришлось восстанавливать колено после многих лет игры в баскетбол и теннис, а также бега… и сейчас Вин чувствовал тоже, что и тогда: он был готов вернуться к нормальной жизни. Надеялся на положительный результат, когда отступит боль.

Вин посмотрел на Марию-Терезу. Она неподвижно сидела на кровати, держа черенки молодой полыни так, что пушистые листья выглядывали между ее пальцами, а тонкие стебли свободно свисали с ладони. Когда она встретила его взгляд, Вин подошел к ней и быстро поцеловал в губы. Девушка была напугана, но держалась молодцом… и как бы Вин ни хотел, чтобы она осталась в стороне от происходящего, он был согласен с Эдрианом: у нее не было выбора. Предполагая, что Девина получила ту сережку.

Эдди достал компас и четыре белые свечки, и когда он сделал с приспособлением какой-то бойскаутский трюк, они с Джимом отметили мелом «север», «юг», «восток» и «запад» на голом полу. Потом рассыпали соль в форме круга. Наблюдая за ними, Вин вынужден был признать, что их круг вышел аккуратней сделанного им двадцать лет назад, но тогда ему пришлось торопиться. Было неизвестно, как долго его родители пробудут в отключке.

– Как я уже говорил, ты совершил тогда ритуал одержимости. – Эдди зажег каждую из четырех свечей. – Ты взял три частички себя – волосы, кровь и… ты понял – и предложил ей. Она приняла дары и вселилась в твою, так сказать, духовную кожу. Мы собираемся изгнать ее из тебя.

– Ага. Слушай, – прервал его Вин, – ты уверен, что сначала мы не можем позаботиться о Марии-Терезе, а потом уже заняться мною?

– Нет. Очагом являешься ты. Ты призвал Девину. К тому же, связь Марии-Терезы разорвать легче, предполагая, что сережка у Девины. – Парень исчез в ванной, потом вернулся с мокрыми руками, держа их навесу, словно был хирургом. – Джим, залезь в мою куртку и достань свиток из кожи в правом кармане.

Покопавшись в куртке, Джим выудил сверток десять дюймов длиной и два дюйма шириной, который был перевязан белой атласной лентой.

– Раскрой.

Руки Джима проворно развязали бант, и потом он развернул сверток, обнажая кинжал. Сделанный из стекла.

– Не трогай нож, – велел Эдди.

– Что, черт возьми, ты собираешься сделать с этим? – спросил Вин.

– Мы собираемся вскрыть тебя. – Мужчина указал на круг, ограниченный свечами. – Это спиритическая хирургия, и прежде чем ты спросишь, да. Будет чертовски больно. Но когда все закончится, у тебя не останется шрамов. А сейчас, ложись головой на север.

Вин взглянул на мужские лица, смотрящие на него. Мрачные. Серьезные. Особенно Эдди.

– Никогда не видел ножа, подобного этому, – пробормотал Вин, уставившись на оружие.

– Он хрустальный, – сказал Эдди, будто зная, что Вину нужна минутка, прежде чем приступить к ритуалу. – И да, сделай глубокий вдох, нам нужно начинать. – Он посмотрел на своего приятеля. – Джим? Стой рядом с Марией-Терезой. Со временем ты сам научишься проводить ритуал, но сейчас посидишь в команде зрителей. Если дело выйдет из-под контроля, будешь ответственным за нее.

– Ты читаешь мысли? – спросил Вин у Эдди.

– Иногда. А сейчас, мы можем приступить к делу. Не знаю, как долго Эдриан сможет сдерживать Девину.