Прикоснись ко тьме - Ченс Карен - Страница 53

Голова у меня шла кругом. Неужели Черный круг способен отсылать своих рыцарей в далекое будущее? Впрочем, это не моя проблема.

– А что же вы хотите от меня? Найти сивиллу и устроить с ней поединок по армрестлингу? Может быть, вам лучше заняться предстоящей дуэлью?

– Мы занимаемся, – мрачно ответил Луи Сезар. – Менее чем через двенадцать часов я должен встретиться с Распутиным и убить его. И я это сделаю, если еще буду здесь.

– Вы намереваетесь куда-то уехать?

Я хотела пошутить, но он не понял шутки.

– Возможно. Распутин согласился на дуэль, думая, что будет сражаться с Мэй Лин. Все посчитали, что, когда он узнает, что его противником буду я, он отступит. Но он не отступил, хотя и знает, что меня ему не одолеть.

Как он все-таки тщеславен, этот Луи Сезар, подумала я, но промолчала.

– Но Распутин не сможет воздействовать на вас энергией, – вместо этого сказала я. – Вы вампир первого уровня, а он недостаточно силен, чтобы противостоять вам. Даже если бы он ослабил вашу связь с бывшим хозяином, это ничего бы не изменило. Тактика, которую он использует в отношении других вампиров, с вами не пройдет.

– Верно, но, проникнув в прошлое, он сможет сделать так, что я не стану вампиром. Понимаете? Меня вообще не будет.

Я немного подумала, стоит ли упоминать об очевидном. Потом решила рискнуть.

– Не хочу вас обижать, – осторожно начала я, – несомненно, ваша рапира – прекрасное оружие, но вам не кажется, что консул могла бы выбрать кого-нибудь другого? Она возглавляет Сенат уже две тысячи лет и должна хорошо знать людей.

– Согласен – К счастью, Луи Сезар не обиделся. – Если я откажусь от поединка, она назначит кого-нибудь другого.

– Тогда в чем проблема?

– Проблема в том, – сказал Мирча, – что Распутин не проиграл ни одной дуэли. У консула большой список претендентов, однако никто не может быть уверен, что справится с таким ловким магом, как Распутин. Луи Сезар выиграл больше боев, чем все претенденты, вместе взятые. Он должен участвовать в дуэли и должен победить.

– А в чем будет состоять моя роль? – спросила я, испытывая нехорошее предчувствие.

– Нам нужно следить за тем, dulceata, чтобы Распутин не изменил время. Мы хотим, чтобы ты проникла в прошлое и не позволила ему помешать обращению будущего победителя.

– Как она это сделает? – спросил Томас, опередив меня. – Как помешает произнести слова проклятия?

Луи Сезар взглянул на Томаса как на сумасшедшего.

– Какого проклятия?

– Разве не из-за него ты стал вампиром?

– Ты прекрасно знаешь, что нет!

В этот момент в окне мелькнуло серое облачко; это был Билли-Джо.

– Я что-нибудь пропустил? – спросил он.

– Вы оба сошли с ума, – заявила я. – Жаль нарушать чьи-то планы, но я вовсе не собиралась умирать ни ради консула, ни ради кого бы то ни было. – На что это вы намекаете? Да, я забрала Томаса с собой. Да, это произошло по ошибке, но если и Черный круг знает, как это делать, то давно этим пользуется. Кто-то специально заставил цыганку повстречать Луи Сезара, но это была не я. Вы что, не понимаете, что, путешествуя во времени, я могу столкнуться с Распутиным, а я вовсе не дуэлянтка!

– О чем речь? – повторил Билли, но я не обратила на него внимания.

– Ты забрала с собой Томаса, когда переселилась в его тело. Сивилла этого не умеет. Это сказал нам Приткин, dulceata.

– Приткин – идиот, – отрезала я. – Мы не знаем, каким образом получилось так, что Томас последовал за мной в прошлое. Возможно, все произошло из-за того, что я к нему прикоснулась. А что, если это умеет и сивилла?

Билли завис перед моим лицом, и на комнату словно накинули прозрачное покрывало.

– Нужно поговорить, Кэсс. Ты не представляешь, что я обнаружил у Данте!

Я приподняла бровь, но промолчала. Мне не хотелось волновать вампиров. Мы с Билли поговорим позднее.

– Консул назначила меня вторым дуэлянтом, после Луи Сезара, – глянув на меня, сказал Томас. – Я справлюсь с Распутиным.

Я просияла. Все, что угодно, лишь бы мне не пришлось встретиться лицом к лицу с этим сумасшедшим монахом.

К сожалению, Мирча не был столь уверен в Томасе.

– Извини, мой друг; я не сомневаюсь в твоих способностях, но как умеет драться Распутин, я видел, а ты – нет. А там, где речь идет о моей жизни, я предпочитаю надежность.

Билли отлетел в сторону и подбоченился.

– Ну ладно, теперь говорить буду я, а ты слушай. Я забрался в голову той ведьмы, которую ты освободила; потом она сбежала вместе с пикси. Так вот, выяснилось, что Тони и Черный круг продавали колдуний эльфам, а знаешь, где они их доставали? В смысле, белые рыцари тотчас бы заметили, если бы пропало сразу несколько колдуний.

Я посмотрела на Билли. Говорить с ним сейчас было примерно то же самое, что сидеть с открытым ртом в зубоврачебном кресле и слушать болтовню гигиениста. В любом случае отвечать Билли я не могла.

– Я убью Распутина, – твердо заявил Томас, но Луи Сезар лишь фыркнул, словно чихнул кот, и что-то буркнул по-французски.

– Сто лет назад ты меня не убил. Не думаю, что с тех пор ты стал сильнее.

– Просто тебе тогда повезло! Этого бы не случилось, если бы была еще одна дуэль.

– Мне не нужна дуэль, – сердито сказал Луи Се-зар. – Ты и так мой.

Я заморгала в растерянности. Может быть, я что-то пропустила, пытаясь участвовать сразу в двух беседах? У хозяина и слуги связь сильнее, чем та, что была между Томасом и Луи Сезаром. Черт, да если бы Тони попытался убить Мирчу, он не стал бы с ним разговаривать.

– Разве твоего хозяина зовут не Алехандро? – спросила я Томаса.

– Бывшего хозяина. Меня обратил один из его слуг, но вскоре после этого Алехандро его убил и на его место взял меня. В то время он уничтожал одну империю в испанских владениях Нового Света и нуждался в воинах. Мы победили, и он создал новый Сенат, однако его тактика не изменилась. До сих пор любое возражение он воспринимает как вызов, любую просьбу быть милосерднее – как угрозу. Когда я стал достаточно сильным, я бросил ему вызов, и у меня бы все получилось, если бы не вмешательство извне.

Я с удивлением взглянула на Луи Сезара.

– Вы дрались?

Француз кивнул.

– Томас захотел возглавить Сенат Латинской Америки. Их консул попросил меня драться вместо него, и я согласился. Томас проиграл.

Последние слова он произнес, слегка пожимая плечами, словно ничего иного и быть не могло. Жаль, что Луи Сезар не проиграл ни одного поединка, – это пошло бы ему на пользу. Наверное, трудно справляться со столь непомерно раздутым эго. Хотя, с другой стороны, если бы он тогда проиграл, то сейчас был бы мертв, а вместе с ним и все мы. Пожалуй, быть чуточку надменным не так уж и плохо. К тому же теперь понятно, почему так ослабла связь. Слуги получают силу от побед хозяина; самые тесные узы – кровные.

– Ты бросил вызов? – встрепенувшись, спросила я. – Но для этого ты должен был быть хозяином первого уровня! – Я знала, что Томас силен, но чтобы настолько… И значит, Луи Сезар сделал своим рабом вампира первого уровня. Никогда бы не подумала!

– Томасу более пятисот лет, мадемуазель. Его матерью была жена вождя племени инков, – небрежно пояснил Луи Сезар. – Потом пришли европейцы; она попала в плен к испанцам, была изнасилована кем-то из людей Писарро, и в результате на свет появился Томас. Он рос в то время, когда эпидемия оспы уносила одного за другим индейских вождей; когда эпидемия улеглась, выяснилось, что инками некому управлять. Томас собрал остатки нескольких племен и попытался дать отпор испанцам; так он попал в поле зрения Алехандро. Хотя он и бастард.

Томас глухо зарычал, и Луи Сезар, бросив на него взгляд, сказал:

– Я использую технический термин, Томас, поскольку я и сам бастард, ты же знаешь.

– Я этого никогда не забуду.

На этот раз волны энергии схлестнулись сильнее; как назло, я оказалась посередине. Мне показалось, что на меня обрушились два потока воды.