Ола и Отто. Выбор - Руда Александра - Страница 80

— Что? Да откровенней было только написать транспарант «Возьми меня!» — возмутилась я.

— Просто ты себя никогда так до этого не вела, вот я и растерялся немного, — смущенно признался возлюбленный.

Я гордо молчала, изображая из себя оскорбленную до глубины души.

— И ты выглядишь как-то не так, — осторожно сказал Ирга.

— Что, не окровавленная, не бледная, не умирающая? — вспылила я.

— Нет, нет, просто… какая-то ты не Ола. Хотя, без сомнения, ты выглядишь очень привлекательно.

— Я в это кучу денег вбухала, — похвасталась я.

Следующий вопрос поверг меня в шок.

— Зачем? — спросил Ирга.

— Но как же, — пролепетала я, — чтобы понравиться тебе.

Некромант смотрел на меня с удивлением.

— Разве я тебе не говорил, что ты мне понравилась еще давным-давно, в страшненьком костюме, вспотевшая, перепуганная, прижимающая к себе чемодан.

— Я хочу тебя возбуждать!

Ирга молчал.

— Но мы ведь собирались пожениться! — с отчаянием сказала я. — А какая супружеская жизнь без взаимного влечения? Или… или ты уже не хочешь жениться после того, что ты увидел?

Казалось, мое сердце остановилось. Некромант наморщил лоб, как будто решал сложную задачу.

— Я разве хоть когда-нибудь говорил, что я не хочу на тебе жениться? — наконец спросил он, когда мое тело уже стало остывать. — Или что меня не влечет к тебе?

— Говорил! — выдохнула я. — Ты, когда уезжал, поцеловал меня в лоб!

— И что? — спросил Ирга беспомощно.

— Это значит, что я тебя больше не привлекаю как женщина.

Парень обхватил руками голову и простонал:

— Я схожу с ума! Ну почему ты это решила, почему?

— Потому что ты видел меня мертвую, некрасивую, в крови, покусанную, видел, как я лежала в беспамятстве неделю, а потом уехал и поцеловал меня в лоб!

Ирга встал, подошел к стене и постучал об нее лбом.

— Что ты делаешь? — испугалась я.

— Пробую твой метод, — сказал он, потирая голову. — Может быть, я тогда буду думать по-твоему и начну хоть немного понимать происходящее.

Я лежала на кровати и смотрела на Иргу затравленными глазами, не зная, чего ожидать.

— Послушай, — вдруг совершенно спокойно сказал некромант, садясь на кровать. — Я люблю тебя. Я люблю тебя и прекрасно понимаю, что ты живой человек. А живому человеку иногда бывает плохо, больно, неприятно, живой человек ходит в туалет, чихает и кашляет, его может тошнить, и он может храпеть по ночам. Но это все составляющие тебя, понимаешь? Без этого всего ты бы не была той Олой, которую я люблю и — если это для тебя так важно — хочу. Если бы мне нужна была идеальная девушка, то я купил бы себе картину, повесил на стене и круглосуточно на нее любовался. У картин не бывает ни плохого настроения, ни месячных, ни страшных снов. Но мне это не нужно, мне нужна ты. Понятно?

Я открыла рот, но ничего не сказала.

— Конечно, мое влечение зависит от того, что с тобой, — продолжал Ирга. — Но ведь глупо было бы домогаться тебя, когда ты больна? В такие моменты мне не тебя хочется, а заботиться о тебе. Именно так я понимаю любовь. Да, я поцеловал тебя в лоб, но ты бы видела себя со стороны! Такая слабенькая, такая хрупкая! Да я прикоснуться к тебе боялся, не то чтобы целовать!

— Я — дура, да? — спросила я, помолчав.

— Фантазерка, — смягчил мой приговор Ирга. — Ну что, давай начнем все сначала? Только естественно. Я сейчас выйду за дверь и как будто бы только приду с работы. Хорошо?

— Да! — обрадовалась я.

Парень вышел и через минуту вернулся и застыл в дверях, глядя на то, как я, стоя на табуретке, шарю по полкам его буфета.

— Ирга, — сказала я жалобным тоном, — а у тебя шоколадки нигде не завалялось?

Некромант закрыл рот, открыл, закрыл и сказал:

— Когда я говорил об естественности, я не имел в виду именно это. Тебе шоколадка срочно нужна или потерпишь?

— Потерплю, — ответила я, протягивая к нему руки.

Возлюбленный осторожно снял меня с табуретки и понес к кровати, нежно целуя. Как же его поцелуи отличались от поцелуев Живко! Ирга целовал меня нежно, осторожно, ласково и — тоже — возбуждающе. Некромант, не прекращая ласк, уложил меня на одеяло и начал снимать пеньюар. Я замерла в предвкушении. Сейчас будет что-то волшебное, ведь он хочет меня, я это чувствую!

Пауза затягивалась.

Я открыла глаза и посмотрела на сосредоточенное лицо возлюбленного.

— Что-то не так, — вырвался у меня испуганный писк.

— Я запутался в завязочках и никак не могу снять с тебя эту вещицу, — признался Ирга. — Подожди, я сейчас это все разрежу.

— Нет! — возмутилась я. — Ты даже не представляешь, сколько это стоит, чтобы вот так брать и резать!

— Но ты ведь покупала его для меня, — резонно возразил некромант. — Значит, мне и решать, что с ним делать.

— Хорошо, — признала я его правоту и зажмурилась.

Через пару минут Ирга сказал:

— Нет, я не могу так! Ты лежишь с таким видом, будто я тебя резать собрался.

— А как-нибудь отодвинуть его не получится, чтобы добраться до места? — спросила я с надеждой.

— Думаешь, я не пробовал? — сердито спросил некромант. — Не получается! Терпи теперь.

Он со сосредоточенным видом сел мне на ноги и принялся разбираться в хитросплетении узелков.

Я поняла, что вечер начал окончательно терять свою романтическую направленность, и попросила:

— Да режь ты их уже! Или разрывай ткань!

— Нет-нет, — сказал Ирга. — Это уже вопрос интереса. Неужели я не разберусь?

— Я тебе гномью головоломку подарю, — предложила я.

— Не крутись, я только начал разбираться. И гномью головоломку подаришь, я даже не думал, что меня это так увлечет.

Я закрыла глаза и стала думать об эротике, надеясь сохранить остатки желания. Но на ум лезли почему-то только непристойные анекдоты, но о них я решила не думать, не зная, как воспримет Ирга мое хихиканье.

Наконец разлюбезный жених улегся рядом со мной с удовлетворенным вздохом.

— Я сделал это, — сказал он счастливо. — Знаешь, такое чувство у меня было, когда я впервые зомби поднял.

Я засомневалась, что поднятие зомби ассоциируется у возлюбленного с сексуальным желанием, хотя кто его знает. Отчего-то же люди идут в некроманты.

— Тебя этот процесс должен был возбудить, — жалко проговорила я, не дождавшись от Ирги хоть каких-нибудь действий.

— Да? — удивился он. — Ну ладно, я сейчас настроюсь.

Я подождала немного, но услышала только ровное дыхание. Некромант заснул. Заснул? Заснул?!

Крайне взбешенная, я перелезла через него, оставив бесполезный пеньюар на кровати. Что делать? Будить Иргу и окончательно испортить вечер безобразной сценой? Нет, не пойдет. Мой взгляд упал на черно-красную тряпку, лежащую на кровати. Вот! А пойду-ка я объясню хозяйке салона белья, что нехорошо обманывать покупателей.

«Он ляжет, а у него встанет», — вспомнились мне ее слова. Он-то лег, только что надо не встало! Верну свои деньги или разгромлю витрину, для улучшения настроения. Что, разве только мне должно быть плохо?

Натянув одежду, я тихо вышла на улицу. Задуманное требовало храбрости, поэтому я направилась в «Больше пей!», где всегда могла найти сочувствующих.

Приняв для храбрости, я вышла на улицу и столкнулась в дверях с друзьями — Отто и Трохимом.

— О, Ола! — удивился полугном. — Ты же вроде как к Ирге собиралась.

— А я у него была, — ответила я мрачно.

— И что, не получилось? — посочувствовал лучший друг.

— Нет, — всхлипнула я.

Отто молча протянул мне бутылку, а Трохим заинтересовался:

— Вы о чем?

— Ола сегодня хотела Иргу соблазнить, но у нее ничего не вышло, — объяснил полугном.

— Совсем ничего не вышло, — подтвердила я. — Ему ничего не понравилось — ни эротическое белье, ни возбуждающий танец, ни прямое предложение!

— Совсем плохо, — сказал Трохим. — А ты уверена, что он… не того?

— Что — не того? — не поняла я.

— Не ослаб по мужской части?