Лучшее средство от северного ветра - Глаттауэр Даниэль - Страница 14

Через восемь минут

RE:

Завтра похороны. Но к семи я, наверное, уже освобожусь. Я напишу Вам до 17.00, и мы решим, где встретиться. Согласны?

Через десять минут

RE:

Да, Лео, так и сделаем. Я рада была бы сказать Вам еще что-нибудь утешительное. Но все в таких случаях звучит почти как «С наступающим Рождеством и Новым годом». Поэтому я лучше воздержусь. Но мысленно я с Вами. Я прекрасно представляю себе Ваше состояние. Я даже не решаюсь пожелать Вам спокойной ночи. Вряд ли она будет спокойной. Но завтра вечером я буду Вам надежной опорой. До скорой встречи!

Эмми

(Несмотря на печальные обстоятельства, я рада этой встрече!)

Через пять минут

RE:

Я тоже рад!

Лео

На следующий день

Тема: Отмена встречи

Дорогая Эмми!

К сожалению, нам придется перенести сегодняшнюю встречу на другой день. Завтра я объясню Вам причину. Пожалуйста, не сердитесь. И спасибо за Вашу готовность стать для меня на сегодня надежной опорой. Я очень высоко оценил это!

Всего доброго.

Лео

Через два часа

RE:

Хорошо.

Эмми

На следующий день

Тема: Марлен

Дорогая Эмми!

Вчерашний вечер я провел с Марлен, моей бывшей подругой. Она тоже была на похоронах. Марлен очень любила мою мать, и та тоже любила ее. Мне было важно поговорить с ней обо всем. Она — своего рода ключ к воротам нашей запутанной семейной истории. Марлен к тому же всегда находила общий язык с моей матерью, чего мне как раз часто не удавалось. Вчера ей было тяжело. И так получилось, что это мне пришлось утешать ее. И я был очень доволен этой ролью. Терпеть не могу, когда меня жалеют. Предпочитаю жалеть других. (Иногда себя самого, но это к делу не относится.) Надеюсь, Вы не сердитесь на меня за то, что я дал Вам «отставку». К тому же я подумал: зачем втягивать в эту печальную историю женщину, которая вообще не имеет к моему прошлому никакого отношения? Кроме того, мне не хотелось, чтобы Вы видели меня в том состоянии, в котором я сейчас нахожусь. Я хочу предстать перед Вами в другой форме. Надеюсь, что Вы меня поймете, Эмми. Еще раз спасибо за Вашу готовность быть рядом в трудную минуту. Это очень трогательное доказательство Вашего доверия.

Всего самого доброго.

Лео

Через три часа

RE:

Ладно, хорошо.

Вс. д.

Эмми

Через пять минут

RE:

Ничего не «ладно» и не «хорошо», если уж Вы пишете «ладно, хорошо»! Что случилось, Эмми? Вы что, восприняли мое сообщение об отмене встречи как удар по Вашему самолюбию? Вы чувствуете себя вещью, которую заказали, но так и не использовали?

Через две с половиной минуты

RE:

Нет-нет, Лео. Просто я сейчас очень занята и поэтому ответила так «неприветливо».

Через восемь минут

RE:

Я Вам не верю. Я знаю Вас, Эмми. В известной мере. Я странным образом испытываю угрызения совести уже от одной только мысли, что Вы могли обидеться на меня, хотя Вы и сами прекрасно знаете, что у Вас нет на это никакого морального права.

Через четыре минуты

RE:

Лео, хватит слов, скажите лучше: Вы хотя бы успешно сыграли свою роль утешителя? Отношения с Марлен восстановлены?

Через восемь минут

RE:

Ах, вот оно что! Ну конечно! Лео Лайке имел наглость сразу же после похорон матери встретиться со своей бывшей подружкой. И Эмми Ротнер, которая обычно не жалеет сил на то, чтобы заклеймить господина Лайке как «поборника нравственности», вдруг почуяла моральное разложение. Спешу облегчить Вашу задачу, дорогая Эмми. Сообщаю Вам, что через шесть часов после похорон матери я был на волосок от того, чтобы переспать со своей бывшей подругой. Надеюсь, мне удалось Вас шокировать?

Приятного вечера.

Через три минуты

RE:

Объясните мне, пожалуйста, как это можно быть «на волосок» от того, чтобы с кем-то переспать? И еще — почему этот «волосок» все-таки помешал Вам это сделать? Я убеждена: на такое способны только мужчины. Вы, по-видимому, решили, что можете в рамках утешительной программы уложить Вашу убитую горем бывшую подругу в постель. Но она в самый последний момент разгадала Ваш маневр и прошептала Вам на ушко: «Лео, пожалуйста, не надо! Сейчас это совсем ни к чему. Это разрушило бы наше доверие друг к другу, которое мы вновь обрели сегодняшним вечером».

Через пятнадцать минут

RE:

Дорогая Эмми!

Я просто потрясен безапелляционностью и настойчивостью, с которой Вы пытаетесь вырвать у меня признания по поводу моих сугубо личных дел, абсолютно, ни на микрон Вас не касающихся. А также той меткостью и выразительностью, с которой Вы в самый что ни на есть неподходящий момент расточаете Ваши пошлости, стремясь свести внутренний мир других к тому, что Вам самой, очевидно, всегда приходит на ум в первую очередь: секс, секс, секс. Я уже поневоле начинаю ломать себе голову над причиной этого странного явления.

Через восемь минут

RE:

Дорогой Лео!

При всем уважении к Вашей скорби — кто хвастал, что «был на волосок» от того, чтобы с кем-то там переспать? Вы или я? Лео, простите, но я прекрасно представляю себе подобные сцены «на волосок от постели». Раньше я слишком часто сама оказывалась в таких ситуациях, и у меня слишком много подруг, которые и сегодня попадают в них — и страдают от этого. Если у Вас с Марлен все было совершенно иначе, то простите меня.

А вообще-то мужчина с Вашей чувствительностью должен знать, что женщина с моей чувствительностью не может не испытывать горечи и разочарования оттого, что ее так грубо оттолкнули под предлогом острой необходимости встречи с «бывшей подругой». Да, Лео, я испытываю горечь и разочарование от того, что Вы грубо меня оттолкнули. Я — не пустое место, в том числе и для Вас.

С глубоким уважением,

Эмми

На следующей день

Тема: Эмми

Да, Эмми, Вы — не пустое место. Уж кто-кто, но только не Вы. Тем более для меня. Вы — как некий внутренний голос во мне, который сопровождает меня в моих серых буднях. Из моего внутреннего монолога Вы сделали диалог. Вы обогатили мою внутреннюю жизнь. Вы сомневаетесь, анализируете, настаиваете, пародируете, Вы противоречите мне. Я так благодарен Вам за Ваше остроумие, за Ваше обаяние, за Вашу живость и даже за Ваши «пошлости». Но, Эмми, не пытайтесь, пожалуйста, стать моей совестью! Применительно к одной из Ваших излюбленных тем: Вам должно быть все равно, когда, с кем, как часто и каким образом я занимаюсь сексом. Я ведь Вас не спрашиваю, когда и как Вы занимаетесь этим со своим Бернардом. Честно говоря, меня это вообще не интересует. Это совсем не означает, что у меня не возникает никаких эротических образов, когда я думаю о Вас. Но я предпочитаю держать их при себе, я считаю неприличным знакомить Вас с ними. Они имеют право на существование только внутри меня, и выпускать их наружу я не намерен. Мы должны отказаться от каких бы то ни было попыток вторгаться в частную сферу друг друга. Это ни к чему не приведет.

Эмми, те несколько, казалось бы, незначительных слов, которыми мы с Вами обменялись в связи со смертью моей матери, оказали на меня жутко благотворное действие. Я опять услышал этот второй голос, который задает мне «мои» недостающие вопросы, подсказывает мне «мои» предстоящие ответы, постоянно пробивает стену моего одиночества и подрывает самые его устои. У меня мгновенно родилось непреодолимое желание еще ближе подпустить Вас к себе, почувствовать Вас совсем рядом. Если бы у Вас в тот вечер нашлось время, все так и получилось бы. И сегодня между нами все было бы по-другому. Все загадки были бы разгаданы, все тайны раскрыты. Я бы сразу же после приветствия взгромоздил Вам на спину тяжелый рюкзак своих семейных проблем, и мы оба согнулись бы под этой тяжестью. И уже не было бы никакого волшебства, никаких иллюзий. Мы бы говорили, говорили, пока не выговорились бы, а что потом? Отрезвление, что же еще! Как справиться с непосредственностью встречи без тренировки, если ты никогда этого не проходил? Как бы мы смотрели друг на друга? Что бы мы увидели друг в друге? Как бы мы сегодня писали друг другу? Что бы мы писали? Писали бы мы вообще друг другу после встречи? Эмми, я боюсь потерять свой «второй голос», голос Эмми. Я хочу сохранить его. Я хочу осторожно и бережно обращаться с ним. Я уже не могу без него обойтись.