Заклинатели - Турчанинова Наталья Владимировна - Страница 90

— Понятно. Спасибо, — сказал Рэй, слегка озадаченный подобными расспросами, не имеющими никакого отношения к делу.

Дополнительной ясности разговор не принес.

Заклинатель прекрасно понимал, что деревенским жителям гораздо проще сжечь ведьму и успокоиться, чем опять в страхе сидеть по домам и дожидаться поимки духа, которого, быть может, вообще не существует.

— Надо поторопиться, — хмуро сказал Гризли, озвучив его мысли, — как бы им ждать не надоело.

Луг, где вчера был убит заклинатель, выглядел мирно и очень живописно. Высокая трава с пятнами цветов чуть покачивалась под легким ветерком. Здесь не было заметно ни следа после вчерашнего происшествия. Рэю хотелось как можно скорее миновать это место, но Гризли словно нарочно вышагивал не торопясь, внимательно поглядывая по сторонам.

— Может, осмотримся повнимательнее? — предложил он. — Вроде на этом лугу его убили.

— И ничего не увидим, — ответил Сагюнаро беззаботно. — Дождь смыл все следы.

— Но вдруг кто из духов что-то заметил? Он же не просто так лег и умер. Наверняка сопротивлялся. Магические отпечатки должны были остаться.

— Давайте сначала до дома Имари дойдем, — предложил Рэй, чувствуя, как не нравится ему это вранье.

— Нет, — уперся Гризли неожиданно. — Надо все по порядку выяснить. Да я уже и сам чую, тут произошло что-то нехорошее. Магии было много…

Он шагнул в сторону от тропы. Сагюнаро выразительно посмотрел на Рэя. Заклинатель понимал, что его беспокоит.

— Надо было идти другой дорогой, — едва слышно шепнул друг, оглядываясь.

— Ты ее знаешь? Я — нет. К тому же он все равно потащил бы нас на место преступления.

— Да, вчера здесь точно использовали магию, — сказал Гризли, медленно и безошибочно направляясь в сторону, где произошла схватка. — Такое чувство, будто Мартэн отбивался от… — Он замолчал. Остановился, осматриваясь.

— От шиисана, — неожиданно произнес Сагюнаро. Его глаза горели мрачной решимостью покончить с недомолвками.

— Да, пожалуй. — Гризли обернулся и посмотрел на него так, словно увидел впервые.

В воздухе повисла напряженная настороженность, готовая разразиться грозой. Повеяло отдаленным магическим холодком.

— Значит, шиисан убил Мартэна, — продолжил Гризли, мгновенно превращаясь из добродушного, медлительного здоровяка в опасного, собранного, готового к нападению заклинателя.

— Это я убил его, — сказал Рэй, предотвращая неизбежный взрыв.

— Что? — Гризли стремительно повернулся к нему.

— Я убил его, — повторил заклинатель. — Он напал на Сагюнаро. Посчитал его опасным. Вызвал из дома, выманил заклинанием на этот луг и пытался убить. Я помешал ему.

Гризли молча смотрел на него и, кажется, первый раз не знал, как отреагировать. Сагюнаро наклонил голову и следил за ними злыми, прищуренными глазами, сжался, словно кот, прицеливающийся к прыжку на мышь. Хищная тень скользила по его лицу. Он явно ждал от друга каких-то неразумных действий — нападения, бегства, публичных обвинений — и готов был предотвратить это любым способом.

— Ты хоть понимаешь, что сделал? — холодно, почти враждебно спросил наконец Гризли у Рэя.

— Понимаю. Но скажи, как мне нужно было поступить?

— Остановить его, но не таким образом.

— Каким же? — Рэй шагнул вперед, сокращая расстояние между ними. Он действительно хотел услышать честный, логичный, объективный ответ, а не пустые рассуждения о запрете на убийство.

— Поговорить, например, — сухо ответил Гризли.

— Он не хотел говорить, — зло отозвался Сагюнаро. — Он хотел убивать.

— Я сожалею о том, что произошло, — твердо сказал Рэй. — Действительно сожалею, но исправить уже ничего нельзя. И что мне было делать? Смотреть, как он его добивает? А может, помочь?

— И когда вы собирались мне об этом рассказать? — все так же холодно поинтересовался Гризли.

— Никогда, — огрызнулся Сагюнаро. — Я бы сам убил его, если бы мог. И Рэю не пришлось бы пачкать руки.

— А ты… — Увалень, словно указку, направил на него палец и посоветовал с настораживающим добродушием: —…лучше помолчи. Твои методы решения проблем мне уже известны. С ними мы разберемся позже.

Сагюнаро произнес нечто неразборчиво-шипящее, но явно угрожающее. Рэй выразительно посмотрел на него, и тот отвернулся, успокаиваясь.

Гризли запустил пальцы в свои и без того растрепанные волосы, напряженно размышляя.

— Ладно. Я никого, понятное дело, не выдам. Но если теперь из-за нас погибнет ни в чем не повинный человек… — Он замолчал и посмотрел на Рэя с выражением тихого бешенства, потом развернулся и пошел к деревьям, за которыми тек ручей.

Хорошо утоптанная дорожка вела к оврагу, густо заросшему ольхой, ивами и осокой. Гризли угрюмо шагал в стороне, продолжая о чем-то размышлять.

— Значит, Имари все видела, но ничего не сказала, — произнес он наконец, когда впереди за кустами показался мост. — Интересно почему?

— Знала, что ей не поверят, — ответил Рэй. — Мартэн сражался с шиисаном…

— Можно попросить прекратить называть меня шиисаном? — очень вежливо поинтересовался Сагюнаро.

— Ладно. Извини. Сражался с кем-то похожим на неизгоняемого, о которых в этих местах никогда и не слышали, а потом появился кто-то третий и убил заклинателя. Странная история, не находишь?

— И все же она могла хотя бы попытаться оправдаться, — буркнул Гризли.

— Да она поняла, кто напал на мага, только увидев нас.

Увалень промолчал и только покачал головой.

Мост оказался новым, недавно построенным, на белом дереве еще виднелись капли смолы. Внизу журчал узкий ручей, заросший по берегам осокой.

Здесь не было никого, кроме тощей маленькой фигурки, сидящей на перилах. Ярудо болтал ногами над пустотой, обрывал шишечки с ближайшей ольхи и швырял их в воду.

— Явился, — недовольно сказал Гризли.

— Еще один дом опустел, — меланхолично отозвался дух.

— Какой?

Ярудо указал кивком куда-то в сторону.

— Ничего подозрительно не видел? — спросил Рэй.

Тот молча качнул головой, с видом мыслителя оперся подбородком на руку и уставился в переплетение зеленых ветвей.

— Идем, — сказал Сагюнаро, — теперь от него ничего не добьешься.

— Вот еще нежности какие, — проворчал Гризли, проходя мимо задумчивого духа.

Причину подобной меланхолии ярудо они нашли довольно быстро. Тропинка, ведущая сквозь густые заросли крапивы, вывела их к одинокой засохшей сосне. Время и непогода содрали с нее кору и выбелили ствол.

Рядом оказался маленький домик. Для жилища деревенской ведьмы он выглядел очень нарядно. Но, приблизившись, заклинатели увидели, что совсем недавно кто-то постарался разорить его. В небольшой пруд, где на неподвижной воде лежали белые лилии, свалили деревянную статую духа-защитника. На аккуратных грядках старательно потоптались, сломав и вырвав почти все растения. Двери дома оказались раздвинуты и перекошены, в открытые окна залетали дождь и ветер. На светлых полах террасы чернели грязные следы чьих-то сапог.

Первое, что заметил Рэй, войдя внутрь, было большое треснувшее зеркало в тонкой раме. Тут же у стены валялся камень, которым в него запустили. Заклинатель увидел свое разбитое отражение — выгоревшие на солнце льняного цвета волосы, загорелое лицо с белой полоской тонкого шрама, тянущегося по виску. Глаза под темными бровями казались очень светлыми. И Рэю не понравилось их выражение — не взгляд, а прицеливание. Так же смотрел Собуро, мастер Син, учитель Хейон, погибший Мартэн. Цепко, холодно, внимательно. Яри в обветренной руке едва заметно светилось теплым сиянием. По серому плащу расплывались мокрые пятна и узор из прилипших семян дикого укропа.

В зеркале мелькнула колеблющаяся красно-белая тень — Сагюнаро поспешил пройти мимо, чтобы не видеть своего измененного отражения, и, оставляя грязные следы на полу, направился в глубь дома. Гризли, заслонив широкими плечами все зеркало, бросил в него рассеянный взгляд и буркнул, обращаясь к Рэю: