Последний дракон - Тимофеева Лина - Страница 75

— Нет, богом он не стал, — зашумел хранитель, который прочитал мысли Хельви столь же легко, как и его собрат в лачуге у Моря армагов. — Он просто понял свое призвание и отныне будет армагом золотых птиц Фа. Эти горы давно соскучились по их клекоту. Новые хранители придут, чтобы воскресить этот мир, и никто не сможет противостоять их силе, потому что она будет идти не от божественного источника, а от самой природы. Так завещали сильфы. Клянусь своей бородой, вы еще доживете до тех времен, когда стаи золотых птиц Фа будут летать на морское побережье зимовать, а по весне возвращаться обратно к этим вершинам. Новый хранитель возродит свое племя.

— Он останется здесь? — осторожно спросил Нырок. — В столице ему небось отвалят немало золота за птенцов таких красивых пичуг.

— Армагу нет дела до ваших богатств, — величественно прошумел утес— Он останется тут и не будет нуждаться ни в пище, ни в воде, ни в тепле. Он будет жить в этом мире так долго, пока последняя птица Фа не погибнет. Конечно, он должен сделать добровольный выбор в пользу такой жизни, однако, уверяю вас, он проживет ее с гораздо большей пользой и познает больше тайн, чем вы все, вместе взятые.

Словно подтверждая эти слова, золотая птица сорвалась с неба и села на воду у самых ног Кифра. Он нагнулся обхватил обеими руками птицу и поднял ее, прижимая к груди. Затем он сделал шаг по направлению к берегу, второй, третий, но, как только его нога коснулась травы, фигура альва с птицей Фа в руках исчезла из глаз бойцов. Он просто растворился в ароматном воздухе вместе со своей ношей.

— Он сделал выбор и больше никому не должен, в том числе и вам, — торжественно прогудел утес— Теперь у него появились другие заботы.

— Очень любопытно, — проворчал Вепрь. — А мы, стало быть, можем со спокойной совестью помирать прямо тут, на горе. Нового армага наверх притащили, птицы Фа осчастливлены до конца времен. Или ты остался тут, чтобы показать нам' кратчайшую дорогу вниз?

— Нет, я остался тут, чтобы найти свой ключ. После этого проклятие, наложенное когда-то давно сильфами на мое племя, падет и я вновь смогу расселить в этих горах драконов. Разве это не прекрасно? И клянусь своей бородой, если вы поможете мне в поисках, я отплачу вам добром. В отличие от нового хранителя, я буду вам обязан. Мой ключ на дне проклятого озера отравляет эти воды моей волшебной силой, потому что она не может быть применена никаким другим существом. Всякий испивший из колодца умрет.

Хельви, Вепрь и Тар быстро переглянулись. Возможно, армаг и впрямь сумеет возродить дракона, а его-то они и ищут, чтобы вернуться в столицу, подумал наместник. Тар, который был готов снять проклятие с прекрасного озерца и вернуть его в рощи богини Зорь у подножия Черных гор, коротко кивнул, присоединяясь к Хельви. Вепрь пожал плечами. Ему было не до конца понятно, как именно собираются его спутники отбить у огромного утеса-армага вожделенного дракона, если он все же появится, но он надеялся на удачу Хельви, которая пока не подводила последнего. Нырок открыл рот, чтобы что-то сказать вслух, но Тирм легонько стукнул его по плечу, и альв промолчал, поняв, что спутники что-то задумали.

Конечно, если он на самом деле умеет читать мысли, то мы выдали себя, подумал Хельви. Но, с другой стороны, если бы армаг мог это делать, он бы уже понял, зачем мы пришли в Черные горы. И уж точно не стал бы делать нам столь заманчивого предложения. Либо же он был так уверен в собственных силах, что совсем нас не боялся?

— Мы поможем тебе, а потом ты поможешь нам.. По рукам? — наконец вымолвил наместник.

— Клянусь своей бородой, я помогу вам. Но сначала найдите ключ. Он, должно быть, спрятан где-то под камнями, на дне.

Алхин вздохнул и последовал за Хельви и Таром к колодцу богини Зорь. Тирм и Нырок уже ходили по отмели, внимательно глядя себе под ноги. Вепрь и Ожидающий присоединились к ним. Вода была совершенно прозрачной, и каждый камушек в ней виден как на ладони, однако ключа нигде не было. Еще неизвестно, как он вообще выглядит, этот ключ, раздраженно подумал Хельви. Он неодобрительно взглянул в сторону утеса. Армаг, по всей видимости, не собирался помогать им в поисках даже советами. Наместник нахмурился.

— Уважаемый, лезть в воду ты, кажется, не собираешься. Может, хотя бы подскажешь, как выглядит твой ' ключ. — Ах да, совершенно забыл сказать вам об этом, — забубнил утес— Мой ключ лежит в ящичке из яшмы темно-синего цвета. Размер коробочки — с ладонь взрослого мужчины. Не пытайтесь поднять ее в одиночку она очень тяжела. А что до воды, то мне запрещено заклятием сильфов даже приближаться к проклятому озерцу. Так что придется вам действовать самим, уж простите старика.

Хельви мог поклясться, что в невыразительном на сей раз голосе армага прозвучала самая настоящая издевка. Вепрь задался вслух вопросом, каким образом они вытащат проклятый ящичек на поверхность, если он так чудовищно тяжел, но ответа не получил. Впрочем, судя по тону спросившего, он на ответ и не рассчитывал. Нырок вытер лицо мокрой ладонью и хмыкнул. Бойцы переглянулись. Хотя озерцо и было небольшое, найти в нем предмет размером с ладонь было непросто. Наверняка это займет довольно много времени, прикинул Нырок.

— Вепрь, Тирм, хватит бродить по отмели, — прикрикнул Хельви. — Ключ на глубине спрятан, это и гриффону понятно. Ожидающий, ты, кажется, сетку прихватил у рыбаков. Разматывай — пора попробовать подарок хранителей в деле. Нырок, помоги ему!

Тар снял с пояса странную сеть с такими огромными ячейками, как будто ею ловили не рыбу, а огромные валуны. Впрочем, вполне возможно, что и рыбу, подумал наместник, просто я такой большой рыбы отродясь не видел. С помощью скептически улыбавшегося Нырка Тар растянул сеть и опустил ее под воду. Вдвоем они попытались отвести снасть немного вперед, однако с удивлением убедились, что сдвинуться с места крайне трудно. Сеть весила так, как будто впитала по меньшей мере целый колодец воды. Наконец альвы, с трудом переставляя ноги, поволокли сеть по дну. Тирм и Вепрь стали как вкопанные, глядя им вслед. Хельви тоже взглянул и ахнул — таинственная сеть волшебным образом собирала в себя не камни и не рыбу, которая едва ли водилась в этом озерце, а воду.

— Тирм, Вепрь, быстро — идем следом за Таром и Нырком и проверяем дно! Синий яшмовый ящичек — следим внимательно!

Тем не менее поиски ключа продолжились до вечера. Обноски, в которые, говоря по совести, были выряжены воины, промокли до нитки. Сами бойцы еле стояли на ногах, а Тара и Нырка уже успели сменить Хельви и Вепрь, когда темно-синяя шкатулка, облепленная илом, попалась на глаза Тирму. Поднять ее оказалось и впрямь нелегко — в конце концов, воины обвязали ящичек веревкой, скрученной из двух рубах, которыми пожертвовали Вепрь и Тар, и впятером подняли его из воды. Делая остановки каждые два шага, они дотащили ключ до берега.

Утес, который за все время поисков не обратился к случайным помощникам ни словом, оживленно загудел:

— Несите его сюда! Клянусь своей бородой, не ожидал его снова увидеть. Не пытайтесь открыть его — все равно ничего не выйдет!

— Обойдешься, хороший мой, — прохрипел Вепрь, падая на землю. — Дракон меня съешь, если я притронусь еще раз к этой драконовской шкатулке! Ты же умеешь ходить — так давай шевели корнями, или что там у тебя? Хочешь получить обратно ключ —добредешь сам.

Утес никак не отозвался на столь грубое замечание. Однако, поняв, что остальные бойцы придерживаются точки зрения алхина и что никто не подтащит ему заветный ящичек, армаг затрясся и тяжело пополз к шкатулке. Он остановился прямо перед ней, словно примериваясь, и вдруг комом обвалился на заветную коробочку, надежно прикрыв ее собой от взглядов удивленных воинов.

— Не выдержал дед своего счастья, — мрачно прокомментировал ситуацию Вепрь, глядя на каменные глыбы развалившегося утеса.

— Вот-вот. Морда треснула,—добавил, подняв голову, Нырок и истерически хихикнул.

Хельви встал с земли, куда, по примеру Вепря, повалился сразу, как только вышел из воды. Он подошел к куче камней, еще недавно бывшей армагом, и приложил ухо к одному булыжнику. Изнутри совершенно четко раздавались какие-то звуки, больше всего похожие на работу часового механизма. Или это мое сердце так стучит, устало решил наместник. В любом случае о том, чтобы начать разбирать завал, сейчас не могло быть и речи. Воины были едва живы от усталости, и приступать к каким-то работам можно будет не ранее завтрашнего утра. Да и что, собственно, мы будем там искать, с горечью подумал Хельви. Если армаг мертв, то его ключ нам все равно без толку. Даже если мы откроем ящичек, мы понятия не имеем, что нам делать с его содержимым. Сила армага повинуется только ему самому.