Моя не понимать - Костинов Константин - Страница 65

И тут включился внутренний бинокль и разрушил все очарование.

Ах вы ж, мерзавцы…

Приемная оказалась короче, чем казалась на первый взгляд. Точно рассчитанная зрительная иллюзия увеличивала длину приемной, одновременно увеличивая в глаза зрителей рост короля.

Начиная от черты, за которую нельзя было переступать, черно-белая клетка пола, доспехи у стены, светильники на потолке, даже окна, все это уменьшалось в размерах так, чтобы казалось, что это уменьшение вызвано удалением предмета от глаз. Доспехи у входа, к примеру, были в рост высокого человека, у трона же они становились доспехами для карликов, хотя выверенное расстояние между ними создавало впечатлении, что все доспехи одинакового размера, просто приемная длиннее. К трону снижался потолок и сужались стены. Все это — для создания иллюзии огромного роста короля.

На самом деле и трон был в высоту от силы метра три, да и король не превышал двух метров. То есть высокий, конечно, но в пределах человеческих параметров, отнюдь не великан. Да и…

Димка присмотрелся к королю повнимательнее. Нет, все правильно: стройный, наверняка очень сильный, красивое лицо, волосы, борода…

Вот только, судя по лицу, королю не больше двадцати лет.

Димка вспомнил, что господин Шарль упоминал о молодости короля, но, кажется, забыл уточнить НАСКОЛЬКО тот молод.

— Мои подданные!

А вот голос у короля был королевский. Таким громовым выкриком только армии в бой отправлять. Хотя… После иллюзии приемной Димке казалось, что голос короля звучит из невидимых динамиков — да ну, каких динамиков — или каких-то еще ухищрений.

Король предложил подданным смело высказать все, что привело их к королю. Ага, так тебе подданные и рассказали о своих проблемах. Сто процентов, все горожане в приемной пропущены через десять фильтров и заинструктированы до потери сознания. Донести правду до правителей во все времена — и, наверное, на всех планетах — было сложно. Жалует царь, да не жалует псарь…

Торжественный прием все больше начал походить на какую-то планерку. Выступили все желающие из дворян, кратко доложив о состоянии дел на вверенном им направлении, король кого похвалил, на кого погневался… Часть горожан, запинаясь и заикаясь, встала на колени на отведенном для этого месте и донесла свои чаяния и надежды. Король грозно насупив брови — только Димка видел, как наигранно это выглядит — пообещал кому помочь, кого наказать…

В общем, типовое представление на тему «Правитель и глас народа». По телевизору такое чуть ли не каждый день показывают… Показывали…

Где господин Шарль?

— Ваше величество!

Вот и выход хозяина. Господин Шарль вышел вперед и преклонил колено.

Горожане восприняли демарш как должное, все равно они не знали как тут все должно выглядеть. Дворяне же зароптали. Ну правильно, они уже надеялись, что тягомотная обязаловка закончена, а тут какой-то выскочка продлевает «удовольствие» на неопределенный срок.

— Говорите, господин Шарль!

— Ваше величество, мне даровано право личного доклада вам обо всем, что я сочту важным. Ваше величество, в королевстве заговор!

Дворяне ахнули, горожане наоборот приободрились: будет что рассказать друзьям, знакомым и родственникам.

— Заговорщики мутят народ, чтобы вызвать его недовольство вашим правлением, — продолжал речь господин Шарль — и на волне народного гнева свергнуть вас и сесть на престол. Я раскрыл заговор!

— Кто возглавил его? — прогремел король — Назовите имя!

— Он сейчас присутствует здесь.

Дружный вздох.

— Но назвать имя я не могу: мне не хватает сведений…

— Вы обвиняете моих слуг, не имея доказательств?! — казалось из глаз короля вырвется молния и испепелит господина Шарль.

— К сожалению, — опустил голову господин Шарль, — измена проникла так глубоко, что я не верю никому, кроме себя и вашего величества, и не могу передать свои знания ни одному человеку, любой может оказаться агентом заговорщиков. Даже бумага может оказаться недостаточно надежной. Я держу все сведения о заговоре в голове…

Димка быстро пробежал взглядом по трем подозреваемым. Гоблин-полицейский чуть не лопается от злости, его бы воля, оттащил бы господина Шарля за мундир. Старик-жандарм смотрит грустным взглядом человека, преданного лучшим другом, в глазах так и читалось «И ты, Брут…». Военный министр прищурился, взгляд хищный. То ли готов грызть измену, то ли с удовольствием выстрелил бы господину Шарлю в спину…

— Сегодня ночью я смогу получить дополнительные сведения и завтра утром, прибыв во дворец, разоблачу изменника!

Димка закрыл глаза. Господин Шарль вел себя как глупый человек из детективов: «Я знаю, кто убийца! Но скажу чуть позже, а пока погуляю в безлюдном месте»…

— Вы отважный человек, господин Шарль. Вы не боитесь?

— Я не боюсь ничего, лишь бы мой король правил и дальше. Мне не нужна охрана!

Господин Шарль выпрямился и склонил голову:

— Да здравствует король!

— Да здравствует король!!! — дружно рявкнула толпа. Даже Димка, хотя и удивился своему порыву.

— Я жду вас завтра с докладом. И горе тому, кто злоумышляет против меня!

Король встал и двинулся к двери — вовсе не высокой, как казалось, метра два, а то и меньше. Сзади него по полу стелился плащ и хвост.

Хвост???

Ну да, из-под плаща торчал тонкий хвост, оканчивающийся золотистой кисточкой. Хвост весело вертелся туда-сюда.

Димка поднял взгляд, но рассмотреть, есть ли у короля рога, уже не успел. Может, и есть. А может, он их спиливает…

Димке опять пришлось проторчать в знакомой комнатке, в том же месте. Этьен все еще сидел здесь, судя по клубам табачного дыма, никуда не отлучаясь. Господина Шарля на выходе из приемной попытался изловить начальник, но граф Алекс, начальник жандармов, оказался быстрее и они вместе с господином Шарлем скрылись в одном из коридоров, заставив гоблина кипеть и брызгать злобой.

Пока господин Шарль отсутствовал, Димку опять приняли за чучело, на этот раз придворная дама, судя по темным очкам, невампирша. Трогать не стала, но долго осматривала и возмущалась, что такую безвкусицу вообще посмели притащить во дворец. Особенно ее раздражал котелок. Этьен прикидывался невозмутимым, давясь от смеха, Димка чувствовал себя полным чучелом. Да еще и безвкусным.

К счастью, дама ушла раньше, чем появился господин Шарль.

— Идемте.

Дворцовая площадь с одной стороны охватывалась дворцом, с другой полукруг замыкала высокая стена, похожая на крепостную. Вход на площадь — через высокую арку (размерами все же поменьше арки Генштаба в Санкт-Петербурге), которую перекрывала ажурная решетка ворот. Разумеется, позолоченная.

Даль от арки тянулась широкая улица, почти проспект, вдоль которой выстроились черные глаголи фонарных столбов.

«Интересно, а фонари они магией зажигают? Или все-таки фонарщики ходят?»

Покачиваясь в карете на булыжниках улицы, Димка думал, что даже магические светильники почему-то используют огонь. Почему же не создать фонарь, который напрямую выдает свет. Вот магия воздуха, к примеру, та, которая позволяет создать различные устройства, делающие видимое невидимым. Она же как-то работает со светом. Надо поговорить с мастером Арманом…

Тут Димка припомнил, что в ближайшие дни он мастера Армана не увидит. Настроение начало портиться…

— О чем таком грустном вы задумались, господин Хыгр? — господин Шарль, напротив, был весел. Пожалуй даже, ненормально весел.

— Как вам король? — можно подумать, господин Шарль лично воспитывал короля с младенчества. — Впечатляет?

— Первый взгляд — очень большой. Второй — просто большой.

— А, — усмехнулся Шарль, — вы раскусили этот трюк? Эти игры — давняя традиция королей Этой страны. Началось все еще когда нами правила династия, представители которой были летунами. Уж как им хотелось выглядеть больше и величественнее… Нынешнему королю это не нужно, он и без того высок. Да и, несмотря на молодость, он уже показал себя достойным трона: несколько войн, в которых он принимал личное участие, подавление мятежей, вспомнить хотя бы мятеж позапрошлого года, когда король всех пойманных мятежников развесил по деревьям вдоль дороги. Лично.