Леди и рыжая сеньорита - Тройнич Яна - Страница 5

– Он что, желает превратить меня в рабыню? – Я фыркнула, как разъяренная кошка.

Похоже, теперь еще тщательнее надо следить, чтоб об этой метке не узнал повелитель. Он разъярится от мысли, что кто-то посмел «положить на меня глаз». Будет искать схватки с обидчиком, а ярость не всегда хорошее качество на поле боя. Найрита теперь отпадала сама собой. Колдунья непременно сообщит князю. Остается одно – Ирин. Она тоже многое ведает. Хотя и не всегда говорит.

Я снова фыркнула: распустила слюни. Похож на Кэрола! Да на Кэрола никто не может быть похож. Ни внешне, ни благородством.

Я приняла решение: с пришельцем разберусь сама. У меня появился личный враг. Но предупрежден, значит, вооружен. Главное, следует возобновить тренировки. Вот только в этом мире Эйнэр ни с кем тренироваться не позволит: нельзя касаться жены повелителя. Значит, пока заставлю заниматься со мной его самого. А потом как-нибудь выберусь в Кэрдарию.

Я взяла лук и стрелы и направилась в парк. Там ко мне подошел Клод и поцеловал в щеку:

– Спасибо, мама. Мы поговорили с отцом и пришли к согласию. Через два дня делегация будет здесь. Надеюсь, они тебе понравятся.

Я вернула поцелуй сыну:

– Уверена.

Хотя на сердце было не совсем спокойно.

Сын взял меня за руку:

– А вот ручки у вас, леди-мама, совсем не женские. Все в мозолях.

Я рассмеялась:

– Прежде всего, я – леди-воин.

И опять подумала, какой у меня замечательный сын: красивый и внимательный.

Клод, смеясь, предложил посоревноваться с ним. Я сразу же согласилась. Теперь я все реже видела сына рядом с собой, и каждая минута, проведенная вместе, была для меня счастьем. Я натянула тетиву…

Состязание проходило с равным успехом. Лидировал то сын, то я. Клод стал отличным лучником и неплохим воином. Увлекшись, мы опомнились только тогда, когда позвали к столу. Мы взялись за руки и помчались во дворец.

Вскоре мы встречали послов. Приземлились они на той же поляне, что когда-то и мы с Региной. Я вспомнила и ромашки, которые прежде в обилии росли здесь, и Ксюхины пирожки, которыми я хотела угостить эльфов, и рев кшедо, и нашу скачку…

На встречу отправились я, Эйнэр, Клод, Олтэр и еще несколько высших князей. На землю опустились пять чужих драконов, и сразу же со стороны гор раздался приветственный рев наших зверей. Были соблюдены все почести, которые полагалось оказывать гостям.

Всадники сошли на землю. Четверо здоровых мужчин, один – худенький и стройный. Они сняли шлемы, и тогда я поняла, что стройный наездник – девушка. Я заметила, как вспыхнули радостью глаза Клода, а лицо прибывшей при взгляде на моего сына залила краска.

Мое сердце сжалось от ревности. Да еще как! Опомнилась я только тогда, когда Эйнэр крепко сжал мой локоть:

– Возьмите себя в руки, леди.

Мне это удалось с трудом. Что ж, придется учиться справляться: все родители рано или поздно отходят на второй план.

Девушка мне поклонилась особенно старательно и низко. Когда она подняла глаза, я заметила в них страх и растерянность. Я улыбнулась и поцеловала ее. Наверное, не стоит становиться классической свекровью, героиней рассказов и анекдотов.

Эйнэр усмехнулся. Похоже, опять шарил в моих мыслях. Я торопливо огляделась: все смотрели только на прибывших. И от души ущипнула его за ногу. Будет знать! Хотела еще за мягкое место, но при людях постеснялась: вдруг заметят и неправильно истолкуют?

В общем, официальная часть прошла как положено. Гостеприимные хозяева очень вежливо и внимательно принимали гостей. Никто ни взглядом, ни словом не выразил пренебрежения к «человечкам». То ли из-за страха перед Эйнэром, то ли от уважения ко мне? Я здесь давно уже была «своей». Даже больше – горячо любимой подданными супругой правителя.

Вечером начался бал, который продлился всю ночь. Посочувствовала людям. Помню, как первое время тяжело приходилось мне.

Я старалась не пялиться слишком назойливо на Клода и Иву. Девушка была стройной и гибкой. Может, поэтому и получила такое имя? Хотя в первые дни своей жизни маленький человек вряд ли отличается стройностью.

Платье плотно облегало ее красивую фигуру. Украшений было в меру, но чувствовалось, что они очень дорогие. Серые глаза с любопытством изучали чужой мир. Девочка мне понравилась. Хотя… жить она здесь не будет. Это скорее Клоду придется привыкать к новому миру и постараться понравиться там.

Я решительно подошла к сыну и его подружке:

– Клод, позволь забрать нашу гостью. Мне хочется поговорить с ней наедине.

Сын настороженно взглянул на меня. Я подумала: «Не беспокойся. Она мне нравится. И вы хорошо смотритесь вместе». Глаза Клода просияли в ответ.

– Не возражаю.

Девочка покраснела и сделала шаг в мою сторону.

Мы шли по залитым лунным светом дорожкам парка. Огромный лунный диск отражался в серебристой глади пруда, в котором я когда-то искупала настойчивого поклонника – князя Милора. Ночь была на редкость светла. Можно было рассмотреть каждый камешек под ногами, каждую ветку и каждый цветок. Ива доверчиво отвечала на все мои вопросы. Я подумала, что, несмотря на ревность, должна постараться ее полюбить.

Я привела девушку в свой дворец и сказала:

– Его мне подарил правитель в день нашей свадьбы.

Приказала подать угощения и напитки и рассмеялась:

– Эльфы едят мало. Но мы-то с тобой – «человечки». Не стесняйся. Я видела, что за столом ты почти ни к чему не притронулась. Так можно и ноги протянуть.

Вскоре мы с аппетитом уплетали все, что нам подали. Ива со смущением произнесла:

– Леди Елка, я представляла вас совсем другой. Более суровой и жесткой. Говорят, вы – леди-воин. – Мне показалось, что она набрала в грудь воздуха и выдохнула: – А вы – такая красивая и хорошая. Не зря Клод утверждал, что у него необыкновенная мама.

Я так растрогалась от похвалы сына, что чуть не заплакала. Мы посидели вдвоем еще немного, потом пришлось возвращаться к гостям.

Клод сразу же пошел нам навстречу. Я передала Иву в его руки:

– Будь внимателен к гостье, сынок.

Под утро бал закончился. Мы с Эйнэром вошли в нашу спальню. Повелитель не удержался и захохотал:

– Что, лопухнулась? Еще и о свадьбе речи не было, а ты представила себя свекровью. Хорошо, что люди не читают мыслей.

Мне и так было неудобно. А тут Эйнэр дразнит. Да еще и мои словечки нарочно использует. Я схватила подушку:

– Еще слово – задушу!

Муж вывернулся, и вскоре уже я была придавлена его телом к постели.

– Ты не елка, а огонь. Остынь.

Я обняла его за шею, и злость прошла. Вскоре мы уже разговаривали спокойно.

Внезапно Эйнэр заговорил каким-то слишком равнодушным голосом. Это меня сразу же насторожило.

– Елка, помнишь, как я впервые предложил тебе остаться здесь, со мной? Обещал любовь и счастье.

Я вопросительно посмотрела на мужа: что он хочет этим сказать?

– Твои слова были о том, что счастлива ты будешь только несколько лет. А потом превратишься в старуху при вечно молодом муже. Так?

Я вспомнила, что действительно говорила это.

– Вот и представь жизнь этой девочки и нашего сына. А ты далеко не она. Ты – гордая и волевая. Уверен, нашла бы способ покинуть наш мир, когда увидела, что у тебя появляются морщины. Но я не хотел ни твоей старости, ни расставания. И сумел заставить мудрейших изыскать способ продлить твою жизнь и молодость. И только после этого решил жениться.

Я с изумлением посмотрела на Эйнэра: казалось, все о нем знаю, а получается – ничего. Я прижалась к его плечу: все-таки повелитель меня любит.

А он жарко задышал мне в ухо:

– Елка, я хочу, чтоб у нас еще был ребенок. По обоюдному желанию. А не как в прошлый раз, когда я просто воспользовался твоим телом.

Я хотела ответить, но боль пронзила щеку. Со стоном я рухнула на подушки. Почувствовала озноб и ломоту во всем теле.

– Елка, что с тобой? Ты больна?