Часовой ключ - Щерба Наталья Васильевна - Страница 62

– Мой отец не убьет меня! – бледнея, произнесла Василиса и отступила, но уперлась в проклятую каменную стену. – Я же его дочь, его ребенок, как Норт! Я не верю, что он желал бы такого мне…

– Тогда почему мы здесь? – устало спросил Марк, вдруг потерявший интерес к красноречию. – Слушай, не затягивай, мне и так надоело стоять.

Марк ловко щелкнул пальцами: прямо из воздуха вылетело два стула. Он уселся на один из них, другой предложил Норту. Но тот, покачав головой, остался стоять. Кажется, братец сильно волновался.

– Мне тебя жаль, честно… Поэтому прошу – отдай по-хорошему Рубиновый Ключ.

– Нет, – бледнея, твердо произнесла Василиса.

– Мне велели передать: если ты добровольно отдашь Ключ, – продолжал Марк, – тебе будет дозволено немного пожить в Черноводе. А если будешь хорошо себя вести – сможешь там остаться. Но если нет, – голос его стал угрожающим, – тобою займется госпожа Мортинова.

– Я сказала – нет! – дрожа от ярости и вновь подступившего холода, выкрикнула Василиса. – Никогда я вам не отдам Ключ, ясно?!

«Он просто обманывает меня… хочет запугать», – стараясь утешить саму себя, думала Василиса.

– Сначала она вырвет тебе крылья специальным способом… это очень больно. Потом…

– Марк, перестань, – поморщился Норт. – Ты что, не видишь, она тебе не верит.

– Почему-то истинной правде никогда не верят, – мгновенно огорчился Марк.

Казалось, происходящее весьма-весьма забавляет его.

– Между прочим, именно я придумал один замечательный план, – многозначительно добавил он. – И господин Огнев одобрил его. Норт, расскажи об ее дружке, остальце этом…

– Алексей Рознев, – четко произнес Норт. – Кажется, так зовут?

Василиса остолбенела. У нее возникло очень, очень нехорошее предчувствие… Только не это, не может быть.

– Если ты не отдашь нам Ключ, он умрет.

– Знаешь что? Я тебе не верю. – Василиса украдкой потерла горло – болело до ужаса.

Марк заметил это и злорадно ухмыльнулся:

– Вот твой дружок…

Он вновь поднял руку – зазвенела стрела, перед Василисой завихрилось серое облако, словно бы здесь решила собраться вековая пыль с какого-нибудь чердака.

– Ну и грязно же там, в подземелье, – поморщился Марк, отодвигаясь вместе со стулом.

Пыль рассеялась, являя взору взлохмаченного мальчишку, связанного и с кляпом во рту. Глаза его расширились от изумления, когда он увидел Василису.

– Лешка…

Василиса ахнула. Ей вдруг стало совсем нехорошо, низкий потолок закружился перед глазами. Лешка замычал и попробовал перевернуться на бок.

Василисе стало так страшно, что даже затошнило, – казалось, будто ее сейчас вырвет от пережитого.

Лешка глухо застонал, пытаясь освободиться.

Наверняка он даже не знает, что с ним, где он находится…

Василису не покидало ощущение, что все это как-то нереально. Но Марк тут же рассеял все сомнения. Он присел возле Лешки и надавил острием часовой стрелы ему на шею, как раз туда, где пульсировала сонная артерия.

– Ключ, – потребовал он.

– Ты не посмеешь… – протянула Василиса, сомневающаяся, правда, что так оно и будет.

– Хочешь проверить? – нехорошо улыбнулся Марк и чуть надавил пленнику на шею.

Лешка закрыл глаза, скулы его напряглись.

– Нет, не надо, пожалуйста, – севшим голосом произнесла Василиса. Она изо всех сил боролась с собой, чтобы не расплакаться… Ужас, ужас, ужас…

Василиса, шатаясь, поднялась на ноги и вновь достала Рубиновый Ключ из заднего кармана джинсов.

Норт тут же вышел вперед и приблизился к сестре.

В темноте Ключ горел ярко-алым огнем. Неожиданно Василисе стало противно держать его в руке.

– Я, Василиса Огнева, отказываюсь от Рубинового Ключа навеки, – подсказал Марк, не убирая стрелу с Лешкиного горла. – И передаю его моему брату, Норту Огневу, согласно правилу родственных уз.

Василиса глубоко вздохнула.

Ну и черт с ними, со всеми! Лешке она пропасть не даст. Тем более что он всегда был ее единственным другом. А если ребята действительно хотели убежать, то… Фэш. Нет, скорей всего, он с самого начала недолюбливает ее, а Ник… Наверное, чувствует себя виноватым, но тоже ей не доверяет. Да и Диана…

– Скорее, – поторопил Марк. Глаза Норта недоуменно прищурились.

Но Клементина… Белая Королева, знала ли она о клятве дарения? Знала ли, что Рубиновый Ключ заберут?

– У меня рука может сорваться, – зловеще предупредил Марк.

– Надо двинуть ей по шее, – произнес Норт, медленно приближаясь. – И она сразу отдаст Ключ…

– Только попробуй, – процедила Василиса.

– Норт, тебе надо еще многому учиться, как договариваться с людьми…

Марк приподнял обессиленного Лешку и резко ударил его коленом в живот.

Василиса охнула.

– Теперь ты попробуй, – предложил он Норту.

Тот подошел, ухмыляясь, и со всего размаху ударил Лешку кулаком прямо в скулу.

– Не надо, пожалуйста!

Василиса видела, что Лешка потерял сознание.

– Вы можете убить его!

– Можем, – согласился Марк. – Но что такое жизнь одного человека ради какого-то там ключика, пусть и могущественного… да, фейра?

– Забирайте свой Ключ!

– Это немного не те слова, что мы ждем, – жестко сказал Марк. – Ну? Честно говоря, мне уже надоело поддерживать твоего оглушенного дружка.

Василиса скороговоркой произнесла клятву; один раз она сбилась, но Марк тут же услужливо подсказал.

Девочка немного надеялась, что ничего не произойдет, но лишь она закончила говорить, Рубиновый Ключ неярко полыхнул алым цветом и мгновенно переместился в руки Норта.

Как ни странно, Василиса почувствовала облегчение. Норт крепко сжал ценный Ключ в руке – лицо его уже расплывалось в глупой улыбке.

– Вот видишь, – произнес, усмехаясь, Марк, – это совсем не страшно… Поздравляю, Норт!

И Василиса не выдержала. Она размахнулась и ударила Норта прямо по носу.

Брат ойкнул и чуть не выронил Ключ из рук. Василиса была так зла из-за того, что они били связанного Лешку, что в этот момент готова была поколотить обоих.

После этого Василиса тут же кинулась к Марку, но он уже оставил Лешку в покое, не забыв напоследок пнуть его в живот.

– Это за Норта, – ласково объяснил он. – Тебя я больше бить не буду, все-таки ты девчонка, да и жить тебе осталось недолго, зачем портить последние минуты?

Василиса не ответила, опустившись на колени рядом с другом. Лешка по-прежнему был без сознания. Она пыталась привести друга в чувство, но не могла вытащить даже кляп из его рта.

Норт, как ни странно, не старался отомстить Василисе: держась за нос, он не отрывал взгляд от Рубинового Ключа.

– Признаться, Василиса Огнева, я ожидал от тебя большего… – между тем сказал Марк. – Ошибся.

– Вы подтверждаете, – обратился он к притихшим одночасникам, – что были свидетелями дарственной клятвы?

– Да, подтверждаем, – произнес нестройный хор.

– Тогда свободны. – Марк вяло махнул рукой, и все они исчезли.

– Ну и разговоров будет в школе! – сказал Марк. – Норт, ты точно станешь звездой, особенно после Часового Круга.

На том месте, где только что стояли одночасники Марка, завихрился серебристый вихрь, и у Василисы опасливо сжалось сердце от ужасного предчувствия.

Из темноты на свет молча шагнула темно-фиолетовая тень.

– Господин Огнев, разрешите доложить, – четким, поставленным голосом начал Марк. – Ваша дочь доставлена, часовая стрела отобрана и, самое главное, Рубиновый Ключ у Норта.

– Отличная работа, Марк, – произнес Нортон-старший. – Стрелу возьми себе… Она прямо с поля Старых Часов, редкая вещица в нашем мире. Уж Белая Королева постаралась… Посмотрим, чем еще она одарила мою дочь.

Он двинулся к Василисе, и она тут же съежилась под его взглядом.

– Чудесно… Дивный красный цвет, много черных пятен, – ровным голосом произнес отец, равнодушно оглядывая крылья дочери. – Тайный дар, как и у матери. Прекрасно, просто отлично.

– Что отлично? – еле сдерживаясь, спросила Василиса. Злость и ярость кипели внутри, вспухая болезненным пузырем. Казалось, она сейчас разорвется от бешенства. – Что отлично? – глухо повторила она. – Дейле подойдут мои крылья, да?