Терновый Король - Киз Грегори - Страница 33

– Это не только моя церковь, но и ваша тоже. Запальчиво произнеся эти слова, Стивен тут же усомнился в их истинности. Откровенно говоря, лесничий здорово смахивал на закоренелого еретика.

– Так церковь их отвергает?

– И да, и нет. Теперь я припоминаю, что, учась в колледже, слышал истории, где действовал персонаж по имени барон Зеленый Лист. Он тоже крепко спал в потайном месте и пробуждался для того, чтобы отомстить за вред, причиненный лесу. Конечно, он очень, очень напоминает этого Тернового короля. Возможно, у них обоих – у барона Зеленого Листа и Тернового короля – один реальный прототип. Предположим, это кто-то из королей – колдунов, правивших в древние времена. А возможно, даже один из скаслоев, каким-то образом сумевший выжить.

– Возможно, впрочем, что легенда о Терновом короле – всего лишь следствие искажения реальных фактов, – продолжал Стивен. – Так или иначе, согласно учению церкви, Алвалдер требует сохранения равновесия между дикими землями и землями, обработанными человеком. В каждом городе, в каждой деревне по сию пору непременно есть священный хорц, где природа остается в неприкосновенности. Точно такие же заповедные места должны быть и во всем мире. Возможно, в народных фантазиях лес превратился в некий хорц в мировом масштабе, а Терновый король стал воплощением наказания, которое неминуемо грозит за нарушение его священных пределов.

– А как насчет мертвецов? И разговоров о греффинах?

Стивен пожал плечами.

– Звери, убивающие ядом? Я не знаю, но должно быть более правдоподобное объяснение.

– Более правдоподобное, вот как? И это говорит человек, который только сегодня утверждал реальность призраков и вампиров? Храбрый малый, который несколько часов назад решил, что сам Неистовый явился по его душу?

– Ничуть. Я отстаивал точку зрения церкви. То, что признает возможным Алвалдер. Да, мертвые действительно имеют душу. И духи, создания из тьмы и света, вне всяких сомнений, существуют. Церковь признает их, дает им имена, изучает их, составляет их списки. Но вашего Тернового короля в этих списках нет. Что же касается греффинов, не знаю, может, рассказы о них и имеют под собой реальные основания. В свое время скаслои и повелители колдунов создали на службу себе множество жестоких, враждебных человеку чудовищ. Вероятно, некоторые из них сохранились до сих пор, особенно в каких-нибудь отдаленных уголках света. Я это вполне допускаю.

– А кровавые жертвоприношения на сеоте, о которых говорил сэр Саймен? Я знаю, что в таких местах строятся храмы.

– В церковном обиходе мы обычно используем более древний термин. То, что вы называете сеотом, мы называем седое. Именно такое название издревле носили места, где святые проявляют свою силу. Посещая подобные места, священнослужители общаются со святыми и сами обретают святость. Да, мы строим там храмы, чтобы всякий, кто входит туда, мог обрести соответствующее расположение духа. Однако, согласно учению церкви, храмы следует строить лишь на живых седосах, а не на мертвых.

– А что значит – мертвые седосы?

– Я же объяснил, седое – это место, где святой оставил частицу своей силы, частицу своей добродетели. Но со временем сила эта начинает идти на убыль. Когда седое утрачивает святость, церковь уничтожает возведенный там храм. Большинство седосов в Королевском лесу давно мертвы. Но как бы то ни было, я никогда не слышал о человеческих жертвоприношениях – даже среди еретиков. По крайней мере, в последние несколько веков ничего подобного не происходило.

– Подожди. Ты слышал о них сегодня.

– Я знаю, что во время Колдовских войн черные маги приносили жертвы девяти Проклятым Святым. Неужели это имеет отношение к убийству лесорубов?

Эспер погладил подбородок и пристально взглянул на юношу.

– Почему же нет? – буркнул он.

– Потому что конец Колдовских войн стал концом черной магии. Церковь строго следит за тем, чтобы подобные злодеяния никогда более не совершались.

– Ясно. – Эспер отхлебнул из кубка меду и кивнул головой. – Благодарю тебя за глубокомысленные разъяснения, Стивен Даридж с мыса Чэвел, – церемонно изрек он. – По крайней мере, твои слова дали мне пищу для размышлений.

– Правда?

– Я выпил сегодня немало вина и меда.

– Спасибо за то, что выслушали меня.

Лесничий пожал плечами.

– Завтра с утра ты можешь отправляться в свой монастырь.

– Я предпочел бы поехать с вами, к тому ручью, где были убиты люди, и посмотреть…

Лесничий решительно покачал головой.

– Посмотреть, говоришь? А вот я вовсе не желаю смотреть, как ты расстанешься с содержимым своего желудка при виде гниющих трупов. Лучше уж я справлюсь без твоей помощи.

– Не сомневаюсь, что справитесь, – вспыхнул Стивен и протянул руку к кувшину с медом.

Тут он сделал неосторожное движение, и в следующее мгновение на стол хлынул золотистый поток.

– Анфалти! – крикнул Эспер. – Отведи этого молодого господина в его спальню.

– Не надо меня никуда отводить. Я сам знаю, когда мне ложиться спать. Я давно уже не ребенок, – пробормотал Стивен.

Но комната начала медленно кружиться у него перед глазами, и внезапно ему захотелось оказаться подальше от этого надменного лесничего, угрюмого рыцаря и его неотесанных, грубых охотников.

– Пойдем, сынок, – ласково сказала Анфалти и взяла его за руку.

Стивен послушно кивнул и пошел за ней, прочь из шумного, ярко освещенного зала.

– Он прав, – донесся до Стивена собственный голос, полный досады и раздражения.

– О ком ты? – спросила Анфалти.

– О лесничем. Я слюнтяй, неженка. Не умею драться, не умею обращаться с оружием. И меня тошнит при виде крови. Он меня презирает – и правильно делает.

– Эспер хороший человек, и душа у него добрая, – успокоительно заметила Анфалти. – Но частенько ему не хватает терпения.

– Я хотел ему помочь, а он…

Анфалти привела Стивена в спальню и зажгла свечу, уже вставленную в укрепленный на стене подсвечник. Юноша тяжело опустился на постель. Прежде чем уйти, Анфалти наклонилась к нему. Ее круглое добродушное лицо расплылось в понимающей улыбке.

– Не держи зла на Эспера, сынок. Его и так преследуют призраки. Слишком много призраков. Призраки тех, кого он потерял. И он не хочет, чтобы ты стал одним из них. Уверена, ты пришелся ему по нраву.

– Он меня ненавидит.

– Не говори глупости, – покачала она головой. – На всем свете есть лишь один-единственный человек, которого Эспер Белый ненавидит. И это вовсе не ты, можешь мне поверить. А теперь ложись и постарайся хорошенько выспаться. Завтра с утра тебе предстоит долгий путь, не так ли?

– Да.

– Тогда увидимся за завтраком.

На следующее утро, когда Стивен оторвал от подушки раскалывающуюся от боли голову, Эспер уже уехал. Сэр Саймен снабдил Стивена двумя свежими лошадьми, выделил ему в провожатые молодого охотника и пожелал счастливого пути. Анфалти дала ему на дорогу целую сумку с хлебом, мясом и сыром и на прощание поцеловала в щеку.

Вскоре головная боль прошла, и настроение у Стивена повысилось. В конце концов, не так плохо, что через два дня он окажется в монастыре д'Эф и приступит к работе над древними рукописями. Уж там-то его ум и знания наверняка оценят по достоинству. Библиотека в д'Эф одна из самых полных в мире, и он наконец получит доступ к ее бесценным сокровищам.

Научный пыл, с которым Стивен более месяца назад покинул мыс Чэвел, разгорелся в нем с новой силой. Разбойники, похищение, суровый лесничий несколько остудили пыл юноши, но теперь все неприятности остались в прошлом. По крайней мере, Стивен был в этом уверен.

8. Черная роза

Как всегда в минуты волнения, Энни казалось, будто она проглотила птичье перо, и теперь оно щекочет ее изнутри. По коже у нее бегали мурашки, хотя прилетевший с моря ветер был теплым, соленым и влажным. Предчувствие дождя висело в воздухе, луна то выглядывала, то скрывалась за тучами, затянувшими небо. Ровные ряды яблонь покачивались на ветру и тихонько шелестели листьями.