Первый встречный - Радфорд Эмма - Страница 15

— Хорошая мысль! — сказал Джейк. — Обещаю, если вы захотите, присутствовать при этом трудном для вас разговоре.

Девушка в сомнении подняла брови.

— Не знаю. Боюсь, что в таком случае мама решит, что это простая размолвка, и сохранит тайную надежду на благополучный финал…

— Вы можете, не стесняясь, сваливать всю вину на меня. Скажите, что работа для меня важнее семьи. Что я деспот. Что невозможно требователен в быту. Словом, исчадие ада… А может, стоит намекнуть на мое пошатнувшееся материальное положение, а? Допустим, я обанкротился…

— Это не сработает! — ответила Барбара. — Если бы вы неожиданно стали нищим, родители сочли бы, что я обязана остаться с вами и поддержать морально… Нет, лучше скажу им, что вы одержимы погоней за деньгами. Остальное для вас не существует. И что я стала совершенно больной от всех ваших разговоров о деньгах! Это может пройти! Они вообще считают, что настоящая ценность капитала в том, что его можно пожертвовать на исследования в области медицины, например. Или на другие благородные цели.

Джейк задумчиво потер подбородок.

— Довольно забавная мысль — быть отвергнутым, потому что у тебя слишком много денег!

Барбара рассмеялась.

— Как жалко, что на самом деле вы не миллионер! Какой был бы поучительный опыт для вас — получить отставку, потому что человек становится невыносимо нудным, когда без конца говорит, куда выгодно или невыгодно вкладывать деньги! Он вскинул брови.

— Полагаю, это действительно уникальный опыт для миллионера! — Но иронии в его голосе она не уловила. Он зевнул и сладко потянулся, еще раз продемонстрировав свой великолепный торс. — Извините. Тут, в Англии, такой непривычный для меня климат, что к вечеру я буквально как выжатый лимон. Если говорить о Штатах, я сплю там не более четырех-пяти часов в сутки, и мне хватает.

— Я бы не сказала, что день для вас был утомительным, — заметила Барбара. — Наоборот, у меня создалось впечатление, что вы наслаждались каждой его секундой, даже чересчур.

— Я не знал, что вы так пристально наблюдаете за мной!

— Мне нужно было быть рядом на случай, если вы допустите какой-нибудь промах! — быстро объяснила она. — Да и, в конце концов, все считают, что мы знакомы только год, значит, не успели еще надоесть друг другу. Логично?

— Конечно. У вас симпатичная семья, Барбара. Все такие разные характерами, внешностью. А страсть к медицине это у вас что — наследственное?..

Девушка нахмурилась.

— Родители до сих пор не могут понять, какая генетическая катастрофа вынудила меня стать кулинаром.

— Ваши торты с фруктами — результат генетического чуда, а не катастрофы, — поправил ее Джейк и снова широко зевнул. — Не могли бы вы выключить свет когда будете уходить?..

Барбара немного удивилась такому неожиданному концу разговора. Как никогда, ей не хотелось спать! Скрыв сожаление, она встала с кресла, потянулась к выключателю рядом с кроватью. И тут Джейк слегка коснулся ее запястья.

— Мне бы хотелось, чтобы моя невеста поцеловала меня и пожелала спокойной ночи.

Ничто не мешало Барбаре проигнорировать его просьбу и уйти. Но она не удержалась и склонилась над ним, решив быстро по-сестрински поцеловать его.

В ту же секунду, когда губы девушки коснулись его лба, Джейк привлек ее к себе — не резко, но достаточно для того, чтобы она потеряла равновесие и упала на кровать. Его сильные руки нежно обхватили ее за талию, и Барбара почувствовала себя пленницей.

Глаза мужчины больше не были сонными. Они искрились от смеха и нескрываемого желания.

— Дорогая, в самом деле, разве так женщина целует своего жениха, желая ему доброй ночи? — Он ласково провел рукой по ее шее и приподнял за подбородок ее лицо. — Вот как это делается, дорогая, — пробормотал он.

Барбара ощутила его дыхание у себя на щеках, в уголках глаз… Через секунду, говорила она себе, через секунду я встану и уйду!

— Вот так, а потом так… — шептал Джейк, пока его губы не слились с ее губами. Никто и никогда еще так не целовал ее. Какая-то первобытная, женская первооснова ее существа жаждала, чтобы этот поцелуй длился вечно. Но здравый смысл упрямо призывал встать и уйти. Ни одна благоразумная женщина никогда не позволила бы себе оказаться в такой ситуации! А Барбара все последние годы потратила на то, чтобы доказать самой себе, что она в высшей степени благоразумна.

Если бы она могла говорить, то, разумеется, сказала бы Джейку, чтобы он остановился. Если бы могла поднять руки, то помешала бы его пальцам нежно перебирать ее волосы. И если бы могла пошевелиться, наверняка выскользнула бы из его объятий. Но она была не в силах ни говорить, ни двигаться. Все, что она могла, — это с неожиданной для себя страстностью возвращать ему поцелуи, которые, увы, слишком откровенно говорили о годах ее одиночества и о ее неизъяснимом томлении.

В тот миг, когда самообладание покинуло ее вконец, она поняла, что к Джейку оно как раз возвращается. Не без сожаления отстраняясь от нее и сдерживая дрожь, он нежно отбросил с ее лица волосы.

— Барбара, моя дорогая, — прошептал он, — я не думаю, что именно на это каждый из нас рассчитывал, когда вы вошли в комнату. Как бы мне ни хотелось заняться любовью с вами, мы не должны делать того, о чем вы будете жалеть завтра!

Шум в ушах прекратился, и до сознания девушки постепенно дошло, что Джейк что-то говорит ей. В течение какого-то мгновения, пока она находилась в состоянии радостного возбуждения от его близости, смысл слов не доходил до нее. Потом значение произносимых им фраз подействовало, как ушат ледяной воды. Она быстро отодвинулась на край кровати, совершенно сбитая с толку тем, что так поддалась физическому влечению к человеку, которого до недавнего времени считала не более чем просто знакомым.

Разве тебе так уж хочется оставаться здравомыслящей, предательски нашептывал ей внутренний голос, когда тебе представляется, возможно, единственный шанс получить удовольствие?

Однако в ее сознании глубоко укоренились моральные ценности, привитые семьей. Барбара быстро поднялась с кровати — подальше от соблазна!

— Я должна идти, — сказала она, не глядя на него, и глубоко вздохнула. — Я благодарна вам за… за… гм… за то, что вы… мы остановились…

— Пожалуйста! Надеюсь, что продолжение… — В голосе Джейка ей послышались знакомые нотки насмешки. Неужели он смеется над ней? Но, встретившись с ним глазами, девушка поняла, что это не так. — Вы правы, вам лучше уйти, — скривив губы, сказал он. — Вы так чертовски хороши, что только идиот выпустил бы вас добровольно. Идите, дорогая. Мой запас благородства иссякает!

Ответ девушки удивил ее саму.

— Хорошо, если бы он иссяк примерно десять минут назад! — сказала она, стремительно выскакивая за дверь, чтобы не дать сорваться с губ еще более глупым словам. Например таким: «Пожалуйста, Джейк, заставьте меня вернуться и займитесь со мной сумасшедшей любовью на всю ночь!»

— Барбара! — успела она расслышать приглушенный зов из-за закрывшейся двери.

Заткнув уши ладонями, она бросилась по коридору, прекрасно сознавая: если остановится даже на мгновение, то возвратится, чтобы сказать то, что они оба хотели бы услышать!

6

День свадьбы Энн Уинслоу и Грегори Смайта выдался во всех отношениях прекрасным. Даже погода была отличной. С раннего утра легкий ветерок рассеял последние остатки тумана. И солнце в голубом небе улыбалось сияющей невесте, слегка смущенному жениху, плачущей матери, гордому отцу и восхитительной маленькой подружке невесты. Органист мастерски сыграл приличествующие событию мелодии, а приходский священник благоразумно ограничил свою проповедь тремя минутами.

Для Барбары, сидевшей на передней скамье между матерью и Джейком, это венчание оказалось менее болезненным, чем она ожидала. Ей удалось сохранить на лице естественную улыбку, даже когда Грег надел кольцо на палец ее сестры. А ведь еще недавно ей представлялось, что этой картины она не вынесет.