Просто неотразим! - Филлипс Сьюзен Элизабет - Страница 68

— Бьюсь об заклад, Мег не рассказывала вам, через что ей пришлось пройти.

— Мы постоянно были на связи с Мег.

Сведенные губы ее матери едва шевелились.

— Да неужели? Значит, вам известно, как она жила.

Плевать ему на то, что сейчас он совершит величайшую несправедливость!

— Вы знаете, что она чистила туалеты, чтобы заработать на еду? И должно быть, рассказала вам, что была вынуждена ночевать в машине? Упомянула, что едва не попала в тюрьму за бродяжничество? — Он не признался, что сам едва ее не засадил. — А потом жила в заброшенном здании. Без мебели. Имеете вы хоть какое-то представление, какая жара стоит летом в Техасе? Чтобы хоть немного охладиться, она плавала в ручье вместе с лебедями, которые могли занести в воду бог знает какую инфекцию. — Угрызения совести уже дожирали их, но Тед был беспощаден. — У нее не было друзей в городе, полном врагов, так что простите, если я не восторгаюсь вашими усилиями защитить ее сейчас.

Лица родителей были бледны, братья не смотрели на него, и Тед велел себе замолчать. Но слова все рвались и рвались с языка.

— Если не хотите говорить, где она, черт с вами! Я сам ее отыщу!

Тед в ярости вылетел из дома. Но когда сел в машину, пожалел о сделанном. Это семья женщины, которую он любил, и даже она считала, что они правильно поступили, отказавшись давать ей деньги. Он ничего не добился, кроме того, что сорвал злость на ни в чем не повинных людях. И как теперь он ее найдет, черт возьми?

Следующие несколько дней он тщетно пытался побороть нарастающее отчаяние. Поиск в интернете не дал никаких зацепок, а люди, которые скорее всего знали, где находится Мег, отказывались с ним говорить. Она могла быть в любой точке земного шара, и он был готов искать. Только не знал, откуда начать.

Как только стало ясно, что Коранда не имеют ничего общего с аукционом, ему следовало бы догадаться о личности, кто это сделал. Но Тед очень долго оставался в неведении. А когда до него дошло, он ворвался в дом родителей и устроил матери скандал.

— Ты превратила ее жизнь в ад! — восклицал он, едва сдерживаясь.

Она попыталась защищаться:

— Ужасное преувеличение!

Как здорово иметь мишень и выход для гнева!

— Ты превратила ее жизнь в ад и вдруг ни с того ни с сего сделалась главной ее защитницей!

Мать взирала на него с видом оскорбленной гордости. Любимая уловка, когда она загнана в угол.

— Надеюсь, ты читал Джозефа Кэмпбелла. В любом мифическом путешествии героиня должна пройти немало трудных дорог, прежде чем заслужить руку прекрасного принца.

С противоположного конца комнаты до них донеслось фырканье Далли.

Тед вылетел из дома, испугавшись вулканических вспышек собственной ярости. Он хотел прыгнуть в самолет, зарыться в работу, выскользнуть из кожи, когда-то казавшейся такой удобной и хорошо сидевшей, но вместо этого он поехал к церкви и уселся около того места, где купалась Мег. И представил ее отвращение при виде того, каким он стал. Того, что случилось с городом. Офис мэра пуст. Счета не оплачиваются. Споры не улаживаются. Никто не может разрешить ремонт библиотеки, деньги на который дала мать. Он подвел город. Подвел Мег. Подвел себя.

Она ужаснется, увидев, как он распустился. И даже в своем воображении он не хотел разочаровать ее еще сильнее.

Поэтому Тед вернулся в город, припарковал грузовик и вынудил себя войти в здание мэрии.

Все бросились ему навстречу, но он поднял руку, злобно посмотрел на них и заперся у себя.

И оставался там весь день, отказываясь отвечать на телефонные звонки и стук в дверь. Просматривал документы. Изучал городской бюджет и размышлял о погубленных планах строительства гольф-курорта. Много недель подряд ростки идеи пытались пробиться через подсознание, только чтобы увянуть на бесплодной почве вины, гнева и самоуничижения. Теперь, вместо того чтобы зациклиться на отвратительной сцене драки со Скипджеком, он пустил в ход холодную логику. Его фирменный знак.

Прошел день. Другой. За дверью офиса громоздились приношения горожан в виде домашней выпечки. За порогом время от времени вопила Тори, пытавшаяся заманить его в «Раустэбаут». Леди Э. оставила на сиденье его грузовика полное собрание сочинений Дэвида Маккалоу, — он понятия не имел зачем. Проигнорировал всех, зато через три дня у него родился план. Тед вышел из затворничества.

Прошло еще три дня. Он нашел хорошего адвоката и делал звонок за звонком. К сожалению, все эти меры не помогли решить главную проблему: найти Мег. Отчаяние грызло его. Куда она делась, черт возьми?

Поскольку ее родители не отвечали на его звонки, он заставил Тори и леди Э. поговорить с ними. Но Коранда не раскололись. Он представлял, как она умирает от дизентерии в джунглях Камбоджи или замерзнет на пути к вершине К-2 [8].

Он совершенно извелся. Не мог спать. Почти ничего не ел. На первом же созванном совещании потерял нить беседы.

Как-то вечером Кении пришел к нему с пиццей.

— Я начинаю серьезно за тебя волноваться. Пора взять себя в руки.

— Кто бы говорил! — парировал Тед. — Ты просто рехнулся, когда леди Э. от тебя сбежала.

Кении отговорился потерей памяти.

В ту ночь Тед снова лежал без сна. А ведь Мег считала его воплощением хладнокровия… какая ирония! Глядя в потолок, он представлял, как бык поддевает ее на рога, как ее жалит королевская кобра… Но когда в его воображении ее стала насиловать банда партизан… этого вынести никто бы не смог…

Тед вскочил, побежал к грузовику и поехал на свалку.

Ночь была прохладной и безветренной. Он оставил фары включенными. Кении прав. Нужно взять себя в руки и собраться. Но как это сделать? Совсем недавно он был так близок к тому, чтобы найти Мег, и вот теперь его жизнь разваливается на глазах.

Возможно, всему причиной было уединение или тишина или заброшенность земли, полной несбывшихся надежд. Но Тед почему-то выпрямился. И наконец увидел то, чего до сих пор не замечал: бросающийся в глаза факт, на который он не обратил внимания в своих попытках ее найти.

Мег нужны деньги, чтобы покинуть страну. Он с самого начала предполагал, что ее финансировали родители, чтобы хоть как-то загладить свою вину. Так подсказывала логика. Его логика. Ему и в голову не приходило поставить себя на ее место.

Мег ни пенни не возьмет у родителей. Ни на жизнь. Ни на путешествия. Ни ради чего-либо. Клей Коранда ему солгал.

Глава 24

Мег услышала шорох шин за спиной. Хотя едва пробило десять вечера, ледяной октябрьский дождь очистил от пешеходов улицы манхэттенского Нижнего Ист-Сайда. Она ускорила шаги, почти пробежав мимо мокрых черных мешков для мусора, горбившихся на обочине. Капли падали с крыш на тротуар, разнокалиберный сор плавал в переполненных сточных канавах. В квартале Клея несколько зданий из красного кирпича были подновлены, но большинство оставалось в плачевном состоянии, и обитателей в лучшем случае можно было назвать людьми подозрительными. Все же Мег не задумываясь решила проветриться, сбегав в любимую дешевую закусочную за гамбургером. Но она не рассчитывала на дождь.

До здания, где на пятом этаже находилась тесная квартирка Клея, оставалось два квартала. Она заняла его убогое жилье, пока он снимался в Лос-Анджелесе. Квартира была маленькой, атмосфера — гнетущей. Два крошечных окна с трудом пропускали свет, зато плата была ничтожной, и как только она избавилась от засаленною старого дивана Клея вместе с залежами всякой дряни, оставленными его различными подружками, у нее высвободилось место для работы над украшениями.

Машина так ее и не обогнала. Оглянувшись, она увидела невероятно длинный, занявший весь квартал черный лимузин: не тот транспорт, из-за которого стоит нервничать, но неделя была бесконечно длинной. Как и предыдущие пять. Мозг окутал туман усталости. А пальцы так ныли от работы над коллекцией украшений, что она держалась на ногах только усилием воли. Но тяжелый труд явно окупался.

8

Гора в Пакистане, высота 2611 м над уровнем моря.