Просто неотразим! - Филлипс Сьюзен Элизабет - Страница 73

— Клянусь, меня так расстроил ее отъезд, что я набрала шесть фунтов! Ее украшения держали на плаву мой магазин. Кроме того, она единственная, кроме Тори, кто ценит остромодные вещи.

— Ты слишком добра, — протянула Мег и громко пояснила родителям: — Они вместе принимают сеансы электрошоковой терапии. Так выходит дешевле: на группу полагается скидка.

— В этой девчонке нет ни капли благодарности! — фыркнула Шелби, обращаясь к леди Э.

Тори схватила заварной пирожок с крабовым мясом.

— Мы всегда можем поставить ее во главе комитета по строительству детской игровой площадки. Это научит ее уважению!

Мег застонала, леди Эмма улыбнулась, а Люси растерянно уставилась на обеих.

— Что случилось? — прошипела она, отводя Мег в сторону. — Ты стала здесь абсолютно своей! И это не комплимент!

— Знаю, — кивнула Мег. — И это случилось постепенно. Сама не пойму как.

Но Люси все еще не могла успокоиться:

— Со мной они были исключительно вежливы. Но и только. И это означало, что я для них недостаточно хороша. Я ведь дочь президента Соединенных Штатов. Ты же всего лишь мисс Неудачница, а тебя они любят.

Мег улыбнулась и отсалютовала стаканом Безумным Женщинам Уайнета.

— Просто мы друг друга понимаем.

Флер подхватила Люси под руку и увела. Тед подошел к Мег, и они вместе стали наблюдать, как Кайла и Зоэ охмуряют братьев Коранда. Тед пригубил вина.

— Шелби сказала мне, будто твои родители совершенно уверены, что ты беременна.

— Пока что нет.

— Я так и подумал, что ты скорее всего скажешь сначала мне. — Он уставился на женщин. — А может, и нет. Ты действительно хочешь жить здесь?

— Я бы не смогла жить в другом месте, — улыбнулась Мег. Он переплел свои пальцы с ее.

— Еще одна ночь, и твой дурацкий мораторий не будет иметь силы. Не пойму, как это я позволил себя уговорить!

— Не понимаю, какой мораторий? Всего-то четыре дня!

— А мне, черт побери, это кажется вечностью.

Мег засмеялась и поцеловала его.

Однако назавтра она превратилась в комок нервов. И ни Люси, ни остальные пять подружек не смогли ее успокоить. Из Лос-Анджелеса прибыли Джорджи и Эйприл вместе со своими знаменитыми мужьями. Из Чикаго прилетела Саша. Казалось совершенно неправильным выходить замуж без Тори и леди Эммы, и все подружки выглядели ослепительными в простых шелковых платьях без рукавов цвета голубиного крыла. По спине шел ряд стразов-пуговиц, немного отличавшихся у каждой.

— Когда праздник закончится, Кайла выставит их на интернет-аукцион, — объявила Тори Мег, когда все собрались в ризнице перед церемонией. — Говорит, что мы получим за них целое состояние.

— Которое немедленно отдадим на благотворительные цели, — сухо добавила леди Эмма.

Флер прослезилась, увидев Мег в подвенечном платье.

Мег крепче стиснула букет, пока Люси укладывала ее короткий шлейф. Платье с топом-корсетом, спущенными плечами и слегка расширенной юбкой, имело глубокий треугольный вырез на спине. К нему прилагались материнская вуаль с фестонами и диадема из австрийских кристаллов.

Зазвучали трубы: знак Теду идти к алтарю вместе с шафером Кении. Хотя Мег не видела жениха, все же подозревала, что какой-то луч выберет именно этот момент, чтобы проникнуть через витраж и образовать еще один дурацкий нимб вокруг его головы.

Ей все больше становилось не по себе.

Леди Эмма выстроила подружек.

Чувство паники продолжало нарастать. Под обезумевшим взглядом Мег Эйприл встала первой. За ней — Тори и Саша.

Ладони Мег повлажнели. Сердце оглушительно стучало. Джорджи исчезла. Остались только Люси и леди Эмма.

— Ты такая красивая, — прошептала Люси. — Спасибо за то, что ты такая хорошая подруга.

Мег попыталась улыбнуться. Честно попыталась. Но леди Эмма уже выступила в проход. Оставалась одна Люси, а Мег уже тряслась в ознобе.

Люси сделала первый шаг.

Рука Мег взметнулась и вцепилась в ее плечо.

— Подожди!

Люси оглянулась.

— Позови его, — прохрипела Мег.

— Шутишь?! — ахнула Люси.

— Нет! — Мег хватала губами воздух. — Я должна его увидеть. Прямо сейчас.

— Мег, ты не можешь это сделать.

— Знаю. Это ужасно. Ты только позови его, пожалуйста.

— Так и знала, что не надо было приезжать, — пробормотала Люси, после чего поправила юбку, нацепила на физиономию прежнюю фирменную улыбку в стиле «Белый дом» и зашагала по проходу.

Улыбка не исчезла до того момента, когда она встала перед Тедом. Он изучал ее. Она изучала его.

— Ого… — пробормотал Кении. Люси облизнула губы.

— Э-э-э… простите… Тед, извини… Мег хотела тебя видеть.

— Очень советую тебе не ходить, — прошептал Кении.

Тед повернулся к преподобному Харрису Смитуэллу:

— Прошу меня извинить.

Собравшиеся как с ума сошли, когда он пошел по проходу, не глядя по сторонам. Пошел к женщине, ждавшей его за порогом.

Сначала он просто упивался видом любимого лица, обрамленного белой пеной кружев. Щеки бледны, костяшки пальцев, сжимавших букет, побелели. Он остановился перед ней.

— Тяжелый день?

Мег прижалась лбом к его подбородку, не замечая, что тычет в глаза диадемой, удерживавшей вуаль на голове.

— Знаешь, как сильно я тебя люблю? — спросила она.

— Почти так же сильно, как я тебя, — ответил он, осторожно целуя ее в нос, чтобы не смазать макияж. — Кстати, ты очень красивая, хотя… клянусь, что уже видел это платье.

— Это платье Тори.

— Тори?

— Да, опять ее обноски. Впрочем, этого следовало ожидать, верно?

— Надеюсь, что в нем она венчалась с Дексом, а не с кем-то из бывших мужей, — улыбнулся он. — Неудачные браки и все такое…

— Угу.

Мег кивнула и шмыгнула носом.

— Ты… ты точно уверен? Я такая неряха.

Он пожирал ее взглядом.

— Видишь ли, милая, слишком аккуратные люди тоже действуют на нервы.

— Но… давай говорить прямо. Я не так умна, как ты… то есть вряд ли кто-то может сравниться с тобой. Но… что, если у нас будут тупые дети? Ну, не так чтобы недоумки, но… в сравнении с тобой…

— Понимаю, родная, первый брак кого хочешь выведет из равновесия, даже такую храбрую девушку, как ты. К счастью, у меня есть опыт, так что я могу тебе помочь.

На этот раз он рискнул смазать помаду и нежно поцеловал ее в губы.

— Чем скорее мы пройдем через это, тем скорее я смогу раздеть тебя, потерять самообладание и снова опозориться.

— Верно! — Ее лицо чуть порозовело. — Я просто дурочка. Но такой стресс… а когда я под стрессом, иногда забываю, что достаточно хороша для тебя. Слишком хороша. Ты немного помешан на стремлении угодить людям.

— Ты защитишь меня от меня самого? — прошептал он. «И от всех остальных».

— Нелегкая работа. Круглосуточная.

— Но ты готова на это?

Она наконец улыбнулась:

— Готова.

Он украл еще один поцелуй.

— Ты ведь знаешь, как сильно я тебя люблю?

— Знаю.

— Прекрасно. Не думай ни о чем другом.

Он подхватил ее на руки, прежде чем она успела сказать, что это не обязательно, что она пришла в себя и он должен немедленно поставить ее на пол. Так вот, прежде чем она успела сказать все это, он направился к алтарю.

— Эта, — объявил он во всеуслышание, — не убежит!