Секс-трафик - Уикс Ли - Страница 32

Среда переводила с одного на другого заплаканные глаза. Потом вытерла ладонью лицо, а ладонь — о шорты.

— Спасибо, — сказала она, хватая руку Бекки. — Спасибо вам, сэр, мэм. Вы приехать находить мой детка? — Вокруг ее глаз темнели черные круги и были заметны отеки от горя и недосыпания.

Святой отец Финн заговорил с ней на тагальском. Она выслушала и уважительно склонила голову. Он закончил по-английски:

— Джонни и его коллега Бекки помогут мне искать. Мы постараемся, сделаем что сможем, Среда, ты ведь знаешь: нельзя терять надежду. Будь храброй, будь сильной…

— Пожалуйста, входить… — сказала она, отодвигая сетчатую занавеску. Войдя, Среда включила свет. На шнуре висела голая лампочка. Провод проходил по потолку и исчезал. Стена были сделаны из расплющенных банок и кусков фанеры. Кусок фанеры, положенный на кирпичи, служил диваном и кроватью.

Святой отец снова заговорил с ней, и она согласно кивнула. Он перевел:

— Среда думает, что за ее дочерью следил эскадрон смерти. Она считает, они ее выбрали заранее. Другие дети рассказывают, что они видели человека в черном несколько раз, прежде чем Майя исчезла. Она была там, куда выбрасывают мертвых, но свою дочь не нашла. Она говорит, что в последнее время пропало много маленьких девочек. Никто не знает, куда они девались, но поговаривают, будто их отправляют на курорты для секс-бизнеса.

Среда начала плакать. Святой отец обнял ее и что-то мягко сказал. Она достала из кармана фотографию и протянула ему. Он передал ее другим. Маленькая девочка в школьной форме сидит, сложив руки на коленях, и улыбается в камеру. Крупноватые передние зубы немного кривоваты, что придает ей вид эльфа. Она очень похожа на мать — такие же огромные глаза, личико сердечком. Очень хорошенький ребенок.

— Мы можем это у себя оставить? — спросила Бекки.

Среда кивнула и улыбнулась. В ее глазах появилась слабая искорка надежды. Она посмотрела на каждого по очереди, потом взяла ладонь Бекки обеими руками.

— Моя маленькая девочка, она такая крошечная. — Среда вытерла слезы.

Бекки обняла ее.

— Мы сделаем все, что можем, чтобы найти ее.

Святой отец снова заговорил с ней. Она слушала, но в какой-то момент опустила глаза, уставилась в пол и покачала головой. Финн пояснил:

— Среда слышала, что ее дочку увезли в Анджелес-Сити. Я ей сказал, что она должна оставаться тут. Я поеду туда сам и буду искать ее.

Среда кивнула и взглянула на Бекки и Мэнна. В ее глазах снова сквозили безнадежность и отчаяние.

— Святой отец прав, Среда, — сказал Мэнн. — Будь там, где дочь сможет тебя найти. Мы, — он перевернул фотографию, там было написано имя девочки, Майя, и возраст, — мы будем искать ее вместо тебя, — подтвердил он.

Глава 35

Майя посмотрела на кровать рядом, где была Перла. Женщины уже вымыли матрас и поставили сушиться у стены. Майя видела, как они это делали. Кано расстелил на полу одеяло и стащил на него Перлу. Он оставил ее лежать в центре комнаты, пока женщины мыли пол. Майя долго смотрела на Перлу. Ее тело застыло, она странно выглядела и лежала в неловкой позе. Кано закричал на Майю и ударил, когда заметил, что она смотрит на Перлу, но Майя все равно не могла отвести глаз. И не могла отделаться от мысли, что, наверное, лежать так ей ужасно неудобно.

Прошло три дня, и Перлы давно не было, но ее кровь, просочившаяся в щели между половицами, застыла темной рваной линией. Майя чувствовала запах крови — как от тухлого мяса. Она продолжала смотреть на жуткую линию. Ей казалось, что каждый раз, когда она отводит глаза, эта линия подвигается к ней ближе.

Глава 36

Вернувшись к машине, святой отец завел мотор и развернулся. Мэнн настоял, чтобы Бекки заняла переднее сиденье. По ее лицу он видел, что ей хочется задать массу вопросов святому отцу. Она могла сталкиваться с нищетой, когда бывала в Индии, но наверняка никогда не имела возможности по-настоящему заглянуть в мир, о котором большинство и знать не хотели.

Мэнн открыл окно сзади и не отрывал глаз от трущоб, из которых они так рады были выбраться.

— Она что, живет там с тех пор, как ушла из приюта, святой отец? — спросила Бекки.

— Да, вернулась сюда, когда выяснилось, что она беременна. И здесь же она растила дочь. Она живет только ради этой маленькой девочки. Это совсем не просто, но Среда хорошо справлялась с Майей. Я разговаривал с учителями в школе, и они все сказали, что Майя умненькая. Что она всегда чистая и аккуратная. Собственная мамаша Среды продала ее владельцу бара, когда девочке сравнялось семь лет. Он был, да и остается, известным педофилом в районе Анджелес-Сити. Негодяй пообещал послать ее в школу и использовать как прислугу в доме. Я ни на секунду не верю, что мать купилась на это вранье, но все же девочку продала. Они направились в город. Вскоре вокруг начали появляться довольно приличные дома.

— Среда хорошо заботилась о дочке, но если девочку сломают, очень потом трудно залечить раны; дети даже иногда убегают к владельцам баров, если их возвращают родителям.

— Я никогда не пойму, как родная мать может продать собственную дочь.

— Нищета. Невежество. Понять трудно, но корни этого явления уходят глубоко в историю, связывая уже не одно поколение. Вырастить ребенка вообще не просто, особенно такого, у кого отец американец. Отцом Среды был американский моряк — он уехал, когда закрыли военно-морскую базу Кларк, бросив и жену, и ребенка.

— Разве у нее нет никаких прав?

— Американское правительство считает таких детей рожденными в результате проституции. Но это неправда — большинство этих женщин были гражданскими женами военных.

— И дети не в состоянии найти настоящих отцов?

— Я помог некоторым найти своих отцов. Помог написать письма. Из дюжины адресатов, которым мы отправили послания, только один вернулся, да и то потому лишь, что хотел привести дела в порядок, перед тем как умереть от рака. — Святой отец Финн был явно расстроен и раздосадован, голос стал выше, лицо покраснело. — Мужчинам, которые бросили этих женщин с детьми, просто наплевать. — Он хлопнул ладонями по старой коже рулевого колеса и вызвал хор гневных сигналов, резко свернув налево. Мэнн выпрямился и подвинулся вперед. — Американские базы принесли Филиппинам огромный вред, — продолжил святой отец. — Я думаю, для самих солдат пребывание здесь тоже было губительным. Они ведь прибыли сюда совсем молодыми парнями. Наблюдали, как другие унижают женщин, насилуют детей, и тоже становились бесчувственными. В те годы часто можно было видеть боксерские матчи между девушками. Только представьте, как это может повлиять на сознание молодого человека… — Финн печально покачал головой.

— Как вы думаете, что случилось с Майей, святой отец? — спросила Бекки.

Священник вздохнул:

— Знаю, наивно на это надеяться, но лучший вариант, в случае если ее похитили торговцы живым товаром, — что она все еще на Филиппинах. Другой вариант — ее уже нет в живых, убита эскадроном смерти, или уже вывезена из страны.

— Но если девочка жива и до сих пор на Филиппинах, она ведь может быть где угодно, верно, святой отец?

Они встали в пробке: часы пик, все рвались в город. Черные кабели, ведущие в разные стороны и напоминающие паутину, висели над их головами. Вокруг них из джипов-такси гроздьями свисали рабочие. Бекки уже не нужно было кричать, но грудь сжималась от выхлопных газов, проникающих через открытые окна. Люди в пробке оборачивались на нее и улыбались. Она никак не могла привыкнуть к их дружелюбию.

Мэнн купил плод хлебного дерева у мужчины, который расхаживал вдоль рядов замершего транспорта и торговал чем угодно — от фруктов до метелочек из перьев для сметания пыли и удочек.

— К счастью, — он наклонился между двумя передними сиденьями, — эта чума не распространилась на все семь тысяч островов, есть только определенные зоны сексуального туризма. Я полагаю, что она скорее всего в Анджелес-Сити — именно у него самая паршивая репутация.