Грязные игры - Браун Сандра - Страница 71

– А я мог?

Она пристально посмотрела ему в глаза, а затем дернула головой и плечами, что могло означать как «да», так и «нет». Но даже это малейшее ее сомнение отозвалось в нем острой болью.

Он опустил руку.

– Не знаю, почему я надеялся, что ты мне поверишь, хотя даже мой адвокат не удосужился спросить, убил ли я твоего мужа. Он просто заранее предполагал, что убил. Я не убивал. Это Мануэло.

– Он не мог.

– Это была нелепая случайность. Увидев, что он натворил, парень обезумел. И сбежал. Он напуган и теперь может быть уже на полпути к Сальвадору. Но без него мне конец.

Он посветил фонариком на свои наручные часы. Они уехали из отеля двадцать семь минут назад. Томас Лэйн и все остальные теперь, наверное, слушают ругань Родарта. Скоро будет выслан поисковый отряд.

– Мое время истекает, – он повел ее к лестнице.

– Если Мануэло в бегах, то это последнее место, где он может быть, – сказала она.

– Официально о нем ничего не известно, кроме номера карточки социального страхования, которая была подделкой, и водительского удостоверения штата Техас с выдуманным адресом.

– Откуда ты это знаешь?

– От Родарта. Его слова приводила одна из газет.

– Как ты надеешься его найти, если полиция не может этого сделать?

Они поднялись по лестнице к двери. Она была открыта. Грифф выключил фонарь и вошел в комнату вслед за Лаурой.

– А где окна?

– Тут нет окон. Только световые люки на заднем скате крыши.

Поверив ей, он снова включил фонарь, но направил луч в пол. Это была одна просторная комната, занимавшая, как прикинул Грифф, примерно половину площади гаража. Здесь же была оборудована маленькая, как в общежитии, кухня; в шкафчике напротив кровати помещался телевизор. Маленькая ванная, совмещенная с туалетом.

Комнату уже обыскивала полиция. Ящики комода были выдвинуты, дверцы шкафа распахнуты. С двуспальной кровати были сняты простыни, матрас лежал криво.

– Посвети, – Грифф передал ей фонарь, а затем приступил к поискам, начав со шкафчика с телевизором. – Как Мануэло попал к Фостеру?

– Он работал санитаром в реабилитационном центре. Фостер провел там несколько месяцев после выписки из больницы. Однажды после интенсивной процедуры у него развилась дыхательная недостаточность. Он уже не был подключен к мониторам и не мог дотянуться до кнопки вызова. Мануэло случайно оказался рядом. Он не позвал на помощь, а взял Фостера на руки и принес его на сестринский пост. Фостер считал, что Мануэло спас ему жизнь. Думаю, что Мануэло относился к Фостеру точно так же. Его жизнь значительно улучшилась после того, как Фостер взял его к себе.

В ящиках комода не было ничего, кроме нескольких монет, пары сломанных солнцезащитных очков, маникюрных ножниц, белья и стопки футболок.

– Где он жил до этого? – спросил Грифф.

– Я не знаю, – ответила она, сопровождая его движения лучом фонарика. – Может, Фостер знал. Мануэло появился здесь с маленьким вещевым мешком и поселился в этой комнате. Фостер купил ему новую одежду. Он заплатил за его обучение на курсах по уходу за парализованными больными. Мануэло был предан Фостеру.

– Да, – усмехнулся Грифф. – Я знаю.

Несмотря на то что кровать уже обыскивали, он прощупал матрас и пружины, ища выпуклости, где могло быть что-то спрятано. Он отодвинул кровать от стены и попросил Лауру посветить на пол. Ковер с коротким ворсом. Никаких признаков, что его разрезали, чтобы устроить тайник.

– У него есть семья? Друзья?

– Я не знаю. Послушай, Грифф, Родарт уже спрашивал меня об этом. Полиция ищет Мануэло с того вечера… когда умер Фостер.

– Когда я в первый раз увидел Мануэло, он удивил меня своей живучестью, – сказал Грифф. – Фостер рассказал мне, что он пешком пришел в США из Сальвадора.

Маленькая занавеска скрывала трубы под крошечной кухонной раковиной. Грифф отодвинул занавеску, но обнаружил лишь кастрюли, сковородки и жидкость для мытья посуды. Он заглянул в микроволновку, но и в ней ничего не было.

– Прошел через Гватемалу и Мексику. Это значит, что он или был очень беден, или от чего-то бежал и не хотел рисковать, передвигаясь на общественном транспорте. Вероятно, и то, и другое.

В ванной Грифф заглянул в бачок унитаза, затем взял у Лауры фонарик и посветил в слив душа.

– Откуда ты знаешь, где искать?

– В тюрьме кое-чему учишься.

В аптечке над раковиной тоже не было ничего интересного, только бритвенные принадлежности, зубная паста и щетка. Грифф вернулся в комнату и, уперев руки в бока, стал осматриваться. Потолок? На нем не видно швов, где мог бы быть люк или тайник.

В шкафу он нашел несколько пар черных брюк, две пары черных туфель и черную бейсбольную куртку.

– А где же вещевой мешок? – вопрос прозвучал риторически.

– Что?

– Ты сказала, что он пришел с маленьким вещевым мешком, где лежали его вещи. Где он?

– Наверное, захватил с собой.

– Можешь мне поверить, в тот вечер он не задержался, чтобы собрать вещи. Он не взял одежду и туалетные принадлежности. В газетах писали, что в его комнате нашли наличные деньги. Люди не бросают деньги, если бегут сознательно.

– Именно поэтому Родарт подозревает, что ты…

– Убил и Мануэло. Знаю. Но я его не убивал. Лаура, этот парень впал в истерику. Потерял голову. Он бежал, как будто за ним гнались черти. – Под взглядом Лауры Грифф нахмурился. – Нет, он испугался не меня.

Она никак не отреагировала на его слова.

– Он не забрал свои вещи, и ты считаешь, что его вещевой мешок где-то здесь. И что? Чем он нам поможет, если мы найдем его?

– Может, ничем. Но первоклассный реабилитационный центр не станет нанимать даже санитара, если у него нет иммиграционных документов. Если Мануэло нелегально пробрался в страну, ему кто-то помог получить фальшивые документы, чтобы он мог устроиться на работу. Он должен был к кому-то обратиться. Готов поклясться, он поддерживал эту связь на тот случай, если ему придется выкручиваться. Он должен был…

Его прервал звук приближающихся сирен.

– Черт! – Грифф схватил Лауру за руку и вытащил на лестничную площадку. Он выключил фонарик и, как только свет погас, увидел дверь напротив комнаты Руиса. – Что это?

– Где? Я ничего не вижу.

– Эта дверь. Куда она ведет?

– На чердак над остальной частью гаража. Он еще недоделан. Фостер говорил, что нужно настелить там пол, но… Что ты делаешь?

Грифф распахнул дверь, и их окутал горячий спертый воздух. Включив фонарик, Грифф направил луч в просторное помещение, где не было ничего, кроме голой обшивки стен, балок, труб и желобов для электропроводки.

Примерно на высоте трех футов от них через весь чердак проходила труба кондиционера; именно по этой трубе кондиционированный воздух поступал в комнату Мануэло.

Грифф направил луч фонарика на серебристую трубу и повел его по ней, начиная от дальней стены.

Звук сирен становился все ближе.

Грифф пытался не обращать на них внимания и сосредоточиться на трубе, осматривая каждый шов, каждую потертость и ища…

– Вот он! – радостно вскрикнул он, заметив железную заплатку.

Не тратя времени на раздумья, он поставил ногу на ближайшую узкую балку и медленно двинулся по ней к заплатке. Одно неловкое движение – и он упадет на гипсокартон, который не выдержит его веса. Единственным, что не давало ему упасть с шестиметровой высоты на бетонный пол гаража, было его желание найти Мануэло Руиса.

Поравнявшись с заплаткой, Грифф взял фонарик в зубы и, с трудом балансируя, наклонился к трубе.

Сирены умолкли. Плохой признак.

Он оторвал кусок скотча, из которого состояла заплатка, и просунул руку в трубу. Его пальцы что-то нащупали, но достать это он не мог. Фонарик выскользнул из его зубов, упал на пол и откатился в сторону. Грифф не стал его поднимать.

Он медленно просовывал руку дальше в трубу, пока не ухватил лежащий внутри предмет. На чердаке было жарко, как в печке. Колени Гриффа дрожали от напряжения. Жгучий пот заливал глаза. Тесная рубашка, которую Грифф снял с полицейского, резала под мышками, швы на плече разошлись.