Грязные игры - Браун Сандра - Страница 79

Он приходил в ярость при одной мысли о том, что Грифф Буркетт и его изменявшая мужу любовница – может, она вместе с ним планировала убийство мужа? – смеются над ним. Идиоты, которых он поставил охранять ее, завтра будут искать себе другую работу. А потом он им покажет. Их женам. Детям. Они проклянут тот день, когда появились на свет.

Но это не идет ни в какое сравнение с тем, что он приготовил для Гриффа и бедной, невинной, скорбящей вдовы. Он трахнет ее, когда представится такая возможность. Кому она пожалуется? Копам,мысленно усмехнулся он. Никогда.Он повернет это против нее и расскажет о ее тайной связи с убийцей мужа. Надо было не противиться желанию, которое возникло у него в комнате гостиницы, и трахнуть ее там. Его проблема в том, что он слишком добр.

Полицейский из участка диктовал ему маршрут.

– От того места, где вы находитесь, езжайте на юг по 35Е до пересечения с 1-20, а потом сворачивайте на запад. После Форт-Уэрта по 35W на юг. Смотрите съезд.

– Где находится эта Лавака-роуд или как там ее?

– Начинается в восточной части города и переходит в дорогу 2010. Мы думаем, что именно отсюда взялись эти цифры. Это не точный адрес, но смысл в этом есть.

– Понял, – с сомнением ответил Родарт. – Но все равно оставайтесь на связи, если мне понадобится позвонить вам еще раз.

– Я уже позвонил в местное отделение полиции. Шефа зовут Мэрион.

– Это имя?

– Фамилия. Кроме того, я предупредил начальство в графстве Хилл. Мэрион посылает патрульную машину, чтобы прочесать тот район – может, его парни что-нибудь найдут. Когда вы приедете на место, вам будет на кого опереться.

– У них там есть ориентировка на Мануэло Руиса?

– Я попросил Мэриона освежить их память.

– А на Гриффа Буркетта?

– Указано, что он вооружен и опасен. Как вы и просили, детектив.

– У него табельное оружие полицейского.

– Я сообщил Мэриону. Это его взбесило, – сказал полицейский и после паузы добавил: – Подумать только, мы все время проигрываем этому сукиному сыну.

– Да, подумать только.

Лучше всего было бы, чтобы Буркетта обнаружил и пристрелил раздражительный и недовольный низким жалованьем коп из Хиксвилля, болельщик «Ковбоев», который имеет зуб на начальство.

Если Буркетта убьет кто-то другой, это отведет от него всякие подозрения. Но в этом варианте имелся и недостаток: он лишится беседы с этим сукиным сыном, которую он так ждал.

– Какой телефон тамошнего полицейского участка? – спросил Родарт.

Услышав ответ, он отключился и сразу же набрал продиктованный номер. После того как он назвал себя, его соединили с Мэрионом.

– Родарт, полиция Далласа, – представился он.

– Да, сэр, – кратко ответил шеф полиции.

– Звоню, чтобы быть в курсе. Что у вас там?

– На дороге 2010 ничего нет, кроме старого фермерского дома. Пустого. Похоже, его бросили много лет назад. Мои люди говорят, что он завалится от сильного ветра.

– Точно?

– Там ничего нет. Мы продолжаем поиски, но мои парни и помощники шерифа говорят, что в той стороне пусто. На много миль.

– Хорошо. Держите меня в курсе.

– Обязательно, детектив.

Родарт захлопнул телефон и со злостью бросил его на пассажирское сиденье, как будто он был в чем-то виноват. Неужели Буркетт направил его по ложному следу? Отвлек его, пока он и его возлюбленная не скроются?

Он остановил машину на обочине шоссе, опустил окно и закурил. Не выключая двигатель, он обдумывал варианты своих действий.

– Итаска, – повторила Лаура. – Слышал когда-нибудь?

– Нет, но я найду. – Грифф сжал ее плечи. – Отличная работа. Спасибо. – Он направился к двери. – Выключи свет, пока я буду выходить. И помни, что нельзя включать свет, если дверь этой комнаты не закрыта.

– Ты уже уходишь?

– Прямо сейчас. Надеюсь, Родарт получил не очень большую фору.

– Но неизвестно, правы мы или нет, Грифф. А если и да, то Мануэло мог давно уйти.

– Я попытаюсь. Он моя последняя надежда.

– Я с тобой, – решительно заявила она.

– Нет. Ни за что. Я не знаю, что…

– Я еду с тобой, – Лаура встала, но потом на ее лице вдруг появилось странное выражение, и она схватилась за низ живота.

– Что случилось?

– О нет.

35

Даже когда Грифф увидел кровь на ее ладонях, а потом пятна на трико, он не понял, что происходит, пока не увидел страдание в глазах Лауры.

– Господи.

– Мой ребенок, – слабым голосом сказала она.

– Лаура, я отвезу тебя в больницу. – Он протянул к ней руку, но она отстранилась.

– Уже ничего не сделаешь.

– Ты не знаешь.

– Знаю, – ее глаза наполнились слезами. – Я потеряла ребенка.

– Нет-нет, мы это остановим. Мы можем, мы это сделаем!..

– Где ванная? – она лихорадочно оглядывалась.

Он добежал до двери раньше ее и протянул руку, чтобы включить свет. Лаура проскользнула мимо него в ванную и закрыла за собой дверь.

– Лаура?

– Не входи.

Он прижал обе ладони к двери, уперся в нее и уткнулся лбом в дерево – никогда в жизни он не чувствовал себя таким беспомощным. Выкидыш. Он слышал это слово. Знал, что оно означает, но не представлял, что оно предполагает столько крови и столько отчаяния. Он чувствовал себя ненужным, бесполезным, беспомощным. Законы природы лишили его мужественности.

Эти минуты на пороге ванной казались ему вечностью. Несколько раз он стучал, спрашивал, как она и чем он может помочь. Лаура отвечала односложным бормотанием, которое ни о чем ему не говорило.

Несколько раз спускалась вода в унитазе. Струйка воды текла в раковину. В конце концов он услышал звук включенного душа. Потом душ выключился, и Лаура почти сразу открыла дверь. Она была завернута в полотенце. Его взгляд скользнул по ней, от мокрых волос на макушке до пальцев ног, а затем обратно, остановившись на ее глазах. Они покраснели и были наполнены слезами.

– Безнадежно?

Она кивнула.

Он привыкал к этой мысли, удивляясь боли, которая пронзила его.

– Болит?

– Немного. Как очень сильные спазмы.

– Ага, – кивнул он, как будто имел хоть какое-то представление о менструальных болях.

– Мне нужно что-то надеть.

Он заглянул ей за спину. Спортивный костюм влажной грудой лежал на полу в душе.

– Я что-нибудь найду.

– Как ты думаешь, у миссис Миллер есть прокладки?

Прокладки? Он был в замешательстве. Прокладки. Понятно. Если бы его спросили о «Тигровом бальзаме» или средствах от окаймленной экземы, он мог бы поддержать разговор. Микоз? Пожалуйста. Но он никогда даже не заходил в тот отдел супермаркета, где продаются предметы женской гигиены. По крайней мере, специально. Он никогда ничего не покупал для подруги, жены или дочери. Его знакомство с этими вещами ограничивалось коробкой с тампонами, которую его мать держала в ванной в тумбочке под раковиной. Он знал, что ими пользуются, и все.

– Я сейчас вернусь.

Он даже не подумал о том, что включает свет, когда вихрем пронесся по дому, открывая двери, которые держал закрытыми несколько дней. В спальне Миллеров он открыл общий шкаф. Одежда Коуча висела с одной стороны, одежда Элли с другой, внизу аккуратно стояли туфли.

Он сдернул с вешалки халат и начал рыться в ящиках комода, пока не наткнулся на белье Элли. Не такое откровенное и кружевное, как он видел на Лауре, но теперь сгодится любое.

Прокладки. Может, у Элли уже началась менопауза. Откуда ему знать, черт побери? Он обыскал ванную, но ни в одном из шкафчиков не нашел предметов личной гигиены. Может, в ванной для гостей? У Элли были племянницы, которые иногда приезжали погостить. Может…

В шкафчике в ванной для гостей он обнаружил запас туалетной бумаги, зубную пасту, мыло, одноразовые бритвы и даже завернутые в целлофан зубные щетки. Прокладки и тампоны. Молодец, Элли. Он схватил упаковку прокладок.

Лаура сидела на крышке унитаза, обхватив руками талию, неподвижно глядя в пространство и раскачиваясь взад-вперед. Она по-прежнему была завернута в полотенце. Он заметил гусиную кожу на ее обнаженных руках и ногах.