Дурнушка Хана (СИ) - Соколова Стэлла - Страница 29

29

— Я ХОЧУ ЖИТЬ!!! — Голос, наполненный яростью, разлетелся над площадкой, ударяясь о стены окружавших нас зданий, множился, поднимаясь эхом к самым небесам. Мальчишка закрыл лицо руками и зарыдал. Алин обнял его одной рукой и поднял лицо к небу. Я пошел к ним, не веря, боясь поверить. Вдруг я на чем-то оступился и едва не потерял равновесие. Под моими ногами валялся обломок Кейрина. Кейрина, изготовленного из черного дерева, которое практически невозможно сломать. Я взял обломок в руки и засмеялся, обратив лицо к небу.

— Он пройдет! Слава Высшим, он пройдет!

Глава седьмая. Встреча с Богами

Империя Ардейл. Лотар. Священная Акадэмия Хикар.

Зимнее солнце едва показалось над верхушками деревьев. В морозном воздухе разносился запах хвои, отчего хотелось вдохнуть полной грудью. Скоро, когда солнце будет в зените, от утреннего морозца не останется и следа. Холодных зим Империя не знала никогда, снег выпадал только на севере и в горах, окружавших Империю с запада. По пустой дороге, которая поднималась в гору, шаркая уставшими ногами, шел старик. Старик шел не спеша, даже нехотя, словно на собственную казнь, а для старика это так и было. Старый мастер знал, что совсем скоро душа его отправится к Высшим. Он был рад этому. Бесцельное существование утомило его. Ведь старик был истинным мастером. Мастером, у которого Боги отняли возможность заниматься любимым делом. Делом, в которое он вкладывал душу, которым он жил. Полуслепыми глазами старик смотрел под ноги, поднимать голову ему не хотелось. Медленно, очень медленно он шел к Воротам Священной Акадэмии, но как ни медленно он шел, любая дорога когда-нибудь кончается. Старик встал перед закрытыми воротами. Поднял глаза. Поначалу он всегда шел с надеждой, потом, после множества разочарований, он запретил себе надеяться, но надежда все равно зарождалась вновь, слабея с каждым разом. Сейчас она был маленькой горсткой пепла, покоящегося где-то в глубине его измученного сердца. Глаза старого мастера встретились с глазами сиятельного господина, который смотрел на него с окружавшей Акадэмию стены. Молодой воин кивнул старику и исчез. Через несколько мгновений он появился перед стариком. Воин был одет в светло-голубой кафтан, рукава которого были подвернуты, открывая взгляду сильные руки. Ноги были обтянуты темно-серыми кожаными штанами белые волосы собраны в хвост. Под глазами воина залегли темные тени, словно он не спал несколько ночей подряд. Старик молча протянул руку, нет смысла заводить разговор. Воин вложил в протянутую руку старика сверток. Несколько минут старый мастер смотрел на потрепанный холст, потом не спеша развернул его.

Я смотрел на старика, которому отдал сверток. Все же я был прав, старик пришел на рассвете. Не желая заставлять почтенного мастера ждать, всю ночь я провел в караулке. Спать мне не хотелось. Я думал. Вспоминал вчерашний бой, прокручивая его в голове снова и снова. Сколько желания жить было в тот момент в Хане! Его яростный крик слово пробудил меня от долгого сна, в котором я пребывал последние годы. Мир, до этого серый и безжизненный, засиял передо мной новыми красками. Все вокруг словно бы стало острым, раня своим ярким светом глаза, привыкшие ко тьме безысходной тоски. Я смеялся, вдыхая полной грудью сладкий, терпкий воздух, который пьянил меня, словно узника, просидевшего в затхлом подземелье многие годы… а ведь я и был таким узником. В тот момент я понял, что значит освободиться от оков, что значит быть свободным. Старик не спеша разворачивал холст. Его глаза были безжизненными, как у человека, потерявшего последнюю надежду. Я с грустной улыбкой посмотрел на старого мастера… а ведь такого потрясения он может и не пережить. Мастер взял в руки Кейрин. Целый Кейрин. Осмотрел его; рука, в которой был зажат сверток, опустилась, и обломки второго Кейрина упали на землю. Мастер опустился на колени, чтобы поднять его, и застыл над обломками. Неверной рукой он поднял то, что раньше было «лезвием», трясущимися пальцами он проводил по сколу, оглядывая обломок с благоговением. Плечи старика опустились, он упер руки перед собой и лбом прикоснулся к земле у моих ног.

— Спасибо молодому Мастеру. — Голос старика дрожал.

— Это не моя заслуга. — Я поклонился старику, отвечая на его благодарность. Старик поднялся, расправил плечи. Старческое лицо, покрытое морщинами, улыбалось.

— Вы хотите увидеть ученика, выполнившего ваше условие?

— Если возможно. Я должен знать все, чтобы создать Кейрины.

Я кивнул, ударил по воротам, чтобы их открыли, и повел старика к жилому корпусу.

Я сидела в библиотеке и тупо смотрела в стену перед собой. Со вчерашнего дня я пребывала в каком-то странном состоянии. Как будто из меня вынули душу, а потом вернули на место. Я вспомнила вчерашний бой. Я победила, Алин остался без меча. Да, я не убила его, но воин, потерявший в бою меч, практически проиграл. Правда, Алин испортил мой триумф, отвесив мне подзатыльник со словами:

— Не радуйся раньше времени, малец. Ты просто застал меня врасплох, я был уверен, что ты читаешь молитву Высшим перед тем, как отправиться к ним на встречу. — С этими словами он поднял осколок своего меча и пошел в корпус.

Я посмотрела на Эйрина, лицо которого выражало тихое счастье. Вот уж не думала, что он на такое способен. Он посмотрел мне в глаза и сказал:

— Иди отдыхай, малыш. На сегодня это все.

Я вернулась в здание на подгибающихся ногах, внутри было пусто. Словно пламя, захлестнувшее меня во время боя, выжгло самое нутро. Жажда жизни толкнула меня вперед, на выставленный меч. Мне было все равно. Я не хотела умирать, просто опустив руки. Не хотела распрощаться с жизнью, стоя на коленях и склонив покорную голову. Никогда бы не подумала, что настолько люблю жить. Эта любовь горячим пламенем разливалась по венам, обжигая сердце, заставляя его стучать как бешеное.

Дверь в библиотеку отворилась и я встретилась глазами с глазами Эйрина. Он уже пришел в себя, лицо его стало как обычно безразлично-скучающим. За Эйрином в библиотеку заполз подозрительного вида старикашка. Он посмотрел на меня, потом на Эйрина, который ему кивнул. Старикашка подошел ко мне и потянул меня за руку, заставляя подняться. Что произошло потом и с какой целью, осталось для меня тайной за семью печатями. Старикашка крутил меня в разные стороны (хорошо, что я не стала завтракать), ощупывал мои руки тыкал под ребра, переворачивал ладонь, стучал по ней, сжимал в кулак. Медосмотр? Ну наконец-то, хоть кто-то озаботился моим здоровьем! Старичок тем временем закончил меня осматривать, кивнул, хитро заглянул в глаза и повернулся к Эйрину. Тот снова кивнул и вышел из библиотеки, старик поплелся за ним. Я в недоумении смотрела на дверь. Они что, в молчанку играют?

Я проводил старика до ворот. Все это время он молчал. Когда ворота открылись, я поклонился мастеру и спросил:

— Когда можно будет забрать оружие?

— Ученик прошел Второе Крещение? — Старик повернул в мою сторону голову.

— Нет, он пройдет его сегодня. — Я и сам не заметил, что сказал это с непоколебимой уверенностью.

— Оооо… молодой Мастер прав, ученик пройдет. — Мастер кивнул. — Рождение Кейринов процесс достаточно долгий, но я думаю, через месяц Ваш ученик получит свои Поющие Кейрины.

С этими словами он пошел в сторону города.

Поющие Кейрины? Не слышал, чтобы их так называли. Я развернулся и пошел в административный корпус. Мне надо было поговорить с Алином.

Отворив дверь, я увидел Алина, застывшего перед окном в позе «Хана думает». Я поднял брови в немом вопросе. Алин посмотрел на меня и сказал:

— Ты прав, в такой позе лучше думается… о том, как по-идиотски я выгляжу, а я редко задумываюсь над такими вещами. — Алин улыбнулся и сел в кресло, рукой указывая мне на соседнее. Я сел.

— У тебя ко мне какое-то дело? — Алин смотрел на меня.