Охотники на мамонтов - Ауэл Джин Мари Антинен - Страница 44

— Отличное хранилище! — воскликнул Джондалар, поддерживая тяжелый занавес при входе, чтобы Неззи удобнее было спуститься вниз. — Мы тоже замораживаем мясо на зиму, только у нас такие кладовые находятся за пределами дома. Наши жилища обычно расположены под нависающими утесами или в передней части больших пещер, но там трудно сохранить мясо в замороженном виде, поэтому мы копаем ямы довольно далеко от жилья.

— Клан тоже замораживает мясо на зимний сезон, а сверху его заваливают большим слоем камней, — сказала Эйла; наконец-то она удовлетворила свое любопытство, узнав, куда делись принесенные сохоты бизоньи туши.

Неззи и Джондалар с удивлением посмотрели на нее. Их по-прежнему поражали ее рассказы о мудрых и разумных действиях людей Клана. Ведь до встречи с ней им и в голову не приходило, что плоскоголовые могут делать зимние запасы. А Эйлу, в свою очередь, удивили слова Джондалара, упомянувшего о том, где живут Зеландонии. Она уже было решила, что все племена Других строят себе земляные жилища, и не догадывалась, что дом Мамутои показался необычным не только ей, но и Джондалару.

— В нашей округе не так много камней для такого способа хранения, — густым басом пророкотал Талут, появляясь на пороге хранилища. Все трое оглянулись на рыжеволосого гиганта. Он перехватил у Джондалара тяжелый полог и сказал, обращаясь к Неззи: — Диги сообщила мне, что ты решила приготовить тушеное мясо. — На лице его блуждала одобрительная улыбка. — И я подумал, что моя помощь будет не лишней.

— Знаю, знаю, ты чуешь запах еды до того, как ее начали готовить! — со смехом заметила Неззи; она по-прежнему стояла в подполье, выбирая нужные куски дичи.

Джондалар не совсем разобрался, как устроено это хранилище.

— Почему мясо в яме остается замороженным? Ведь рядом такой теплый дом, — сказал Джондалар.

— Зимой земля здесь промерзает и становится твердой как скала, но летом она немного оттаивает и в ней можно выкопать такую яму. Строя это жилище, мы планировали сделать такое хранилище, поэтому докопались до слоя земли, который всегда остается мерзлым. Даже летом в нем очень холодно, и наши запасы хорошо сохраняются, хотя и не всегда остаются замороженными. Осенью, как только начинает холодать, земля постепенно промерзает. И когда мясо в подвале застывает, мы начинаем делать запасы на зиму. Эти мамонтовые шкуры помогают сохранить тепло внутри и холод снаружи, — пояснил Талут. — Точно так же они раньше служили самому мамонту, — с усмешкой добавил он.

— Вот, Талут, прими-ка этот кусочек, — сказала Неззи, поднимая сильно замороженный красновато-коричневый мясной кусок с толстым слоем желтоватого жира на боку.

— Давай я возьму, — предложила Эйла, протягивая руки.

Талут нагнулся к Неззи, и, хотя ее отнюдь нельзя было назвать миниатюрной женщиной, этот редкостный силач вытащил ее из ямы с такой легкостью, словно она была ребенком.

— Ты замерзла, дорогая. Я быстро согрею тебя, — сказал он и, подняв ее на руки, прижал к своей могучей груди и уткнулся носом в ее шею.

— Перестань, Талут. Отпусти же меня! — ворчливо отбивалась она, хотя лицо ее светилось радостью. — Сейчас у меня полно дел. Неподходящий момент ты выбрал для…

— А вот скажи мне, когда наступит подходящий момент, тогда я и отпущу тебя.

— У нас же гости… — запротестовала она, но все-таки обвила его шею руками и прошептала что-то на ухо.

— Это обнадеживает! — воскликнул Талут. Поставив Неззи на землю, он продолжал игриво поглаживать ее объемистые ягодицы, пока покрасневшая от волнения женщина оправляла свои одежды, пытаясь восстановить собственное достоинство.

Джондалар усмехнулся и обнял Эйлу за талию.

«Опять они начали свои игры, — подумала Эйла, — их слова выражают одно, а действия — совсем другое». Правда, на сей раз она сумела сообразить, что к чему, и поняла, насколько сильна взаимная любовь Талута и Неззи. Вдруг ей пришло в голову, что Мамутои, подобно женщинам Клана, не слишком явно выражают свою любовь, поскольку говорят одно, а подразумевают нечто другое. Эйла обрадовалась своему открытию: теперь многие вопросы, которые прежде беспокоили ее, разъяснились вполне естественным образом, и это помогло ей лучше оценить веселый нрав и шутки этих людей.

— Довольно, Талут! — сказала Неззи, пытаясь придать голосу суровый оттенок, которому, однако, противоречила довольная улыбка. — Если тебе больше нечем заняться, то лучше уж помоги нам достать коренья, — предложила она и добавила, оборачиваясь к молодой женщине: — Пойдем с нами, Эйла, посмотришь, где мы храним их. Великая Мут была на редкость щедрой в этом году, лето простояло жаркое, и мы смогли накопать множество разных корнеплодов.

Обойдя одну из лежанок, они подошли к следующему занавешенному сводчатому проему.

— Съедобные коренья, плоды и ягоды мы храним не так глубоко, — сказал Талут гостям, поднимая очередной кожаный занавес и пропуская их в кладовую, где стояли корзины, заполненные шишковатыми, мучнистыми на вкус земляными орехами, покрытыми коричневой кожицей; в этой кладовой хранились также запасы бледно-желтой дикой моркови, мясистые нижние части стеблей рогоза и тростника и прочие дары земли, корзины с которыми стояли на земле вокруг глубокой ямы. — Они могут долго храниться здесь на холоде, но если подмерзнут, то станут мягкими. В таких ямах мы держим также шкуры, пока кто-нибудь не возьмется за их выделку, а также кости для изготовления орудий и куски бивней для Ранека. Он говорит, что на морозе они лучше сохраняются и потом с ними легче работать. Излишки бивней и костей для топки очагов хранятся во входном помещении и в ямах, выкопанных вокруг жилой площадки.

— Да, кстати, о костях. Я вспомнила, что хотела добавить в наше варево голяшку мамонта, она придает соусу особый вкус и запах, — сказала Неззи, наполняя большую корзину различными овощами. — Вот незадача, никак не найду, куда я положила сушеные побеги лука…

— Мне всегда казалось, что от зимних ветров и бурь могут защитить только скалистые стены, — сказал Джондалар с оттенком восхищения в голосе. — Потому-то мы и устанавливаем наши жилища в пещерах, но в ваших краях нет больших пещер. Здесь нет даже лесов, чтобы построить крепкие деревянные укрытия. Но вы нашли отличный выход из положения, используя кости мамонтов!

— Да, именно поэтому мы так почитаем очаг Мамонта. Мамутои охотятся на разных животных, но наша жизнь зависит от этих гигантов, — сказал Талут.

— Как-то мне довелось побывать у Бреси на Ивовой стоянке, что расположена к югу отсюда. Но я не видел там подобных сооружений.

— Значит, ты знаком с Бреси? — прервал его Талут.

— Да, Бреси и несколько людей с его стоянки вызволили нас с братом из зыбучих песков.

— Надо же, Бреси и моя сестра — давние подруги, — сказал Талут. — Они даже породнились благодаря первому избраннику Тули. Мы выросли вместе. Их летнее жилье действительно называется Ивовой стоянкой, но остальную часть года они живут на Лосиной стоянке. Летние жилища обычно более легкие, не такие, как наше. Львиная стоянка — постоянный зимний дом. В летний период Бреси со своими людьми, как правило, обосновываются у моря Беран, чтобы наловить рыбы, улиток и прочих морских тварей. А кроме того, они добывают соль, чтобы торговать с другими племенами. Как же вы оказались в тех краях?

— Мы с Тоноланом блуждали в дельте реки Великой Матери. Бреси спасла нам жизнь…

— Ладно, потом ты расскажешь нам об этом подробнее. Всем нам интересно будет послушать историю, связанную с Бреси.

Так уж случилось, что Тонолан участвовал в большинстве приключений Джондалара. Волей-неволей ему приходилось упоминать о брате. Это вызывало горькие воспоминания, но надо было привыкать, ведь ему еще не раз придется рассказывать об их Путешествии.

Поднявшись из кладовой, они вошли в просторное помещение очага Мамонта, сводчатые стены которого ограничивались мамонтовыми костями, а спальные места закрывались кожаными пологами, как в остальных жилых помещениях. Взгляд Талута упал на копьеметалку Джондалара.