Против всех! Смерти вопреки - Паршиков Максим - Страница 4

Версия подтвердилась – убивая монстров и собирая Искры, которые находятся внутри их, как не дико это звучит, я становлюсь чуть-чуть сильнее и бодрее. Отступает усталость, голод, страх и неуверенность. Теперь слова демона о том, что я стану пищей, которая лишней не бывает, приобретают смысл. Первая здравая мысль. Если имеется возможность стать сильнее, то стоит ею воспользоваться. Увидев неподалеку нескольких существ, сражавшихся друг с другом, поспешил к ним, чтобы добить победителя и забрать его Искру, как и Искру его противника.

Придется приспосабливаться, а как иначе выжить? Ведь жить хочется!

Глава 3

Тогда мне очень повезло. Поле боя, где битва закончилась совсем недавно, является очень лакомым местом. Первыми пришли самые слабые существа, на которых мною была устроена форменная охота. Легко уничтожив десятка три, я почувствовал себя ну очень сильным. Однако едва я впервые столкнулся с противником немногим сильнее стервятников, а именно так я стал называть самых слабых звероподобных, которые питались падалью, самоуверенности у меня поубавилось. Мне самому чуть не довелось стать пищей. Слишком увлекся и забыл, что ничего не знаю о месте, куда попал, да и эйфория не добавляла здравого смысла.

Это существо по своему внешнему виду напоминало большую медузу. Оно летало по полю, и все стервятники держались от него подальше. Эта штука, у которой было семь щупалец, поедала трупы очень быстро: подлетала, садилась на них, раскидывала свои щупальца и сгребала ими сразу по нескольку под свое полупрозрачное тельце. После этого выпускали три десятка маленьких, склизких щупалец и обрызгивала все жидкостью, которая растворяла трупы, а маленькие щупальца поглощали эту массу без следа. Одежда растворялась, оружие и амуниция тоже, так что мною было решено напасть на монстра очень осторожно.

В здравом уме я бы не решился нападать на непонятное и совершенно незнакомое существо, однако, будучи воодушевлен победами над стервятниками и бьющей через край дурной силой, понаблюдав немного за медузой и ее работой, решил рискнуть. Да еще было интересно, выпадет ли из медузы Искра или нет? Да, именно Искра, с большой буквы.

В очередной раз, когда медуза села, я подкрался поближе и кинул в нее копье. Идея была хороша, а вот исполнение, откровенно говоря, подкачало. Нет, копье попало и даже воткнулось в медузу, уйдя на четверть в ее тело. Однако это не убило тварь, а, кажется, только разозлило. Она резко поднялась в воздух и полетела на меня. Судорожно вцепившись в рукоять меча, я принялся доставать его из ножен, при этом чуть не порезал себе лицо, что было, наверно, забавно, если смотреть со стороны. Вытащив меч, тут же принялся отмахиваться от больших щупалец, которыми медуза меня атаковала, и стал пятиться прочь.

Большинство ударов все же было принято на щит, мне даже удалось ловким ударом отсечь кусок щупальца, случайно, конечно, а еще несколько щупалец поранить. Тут-то удача и отвернулась от меня. Споткнувшись о труп ангела или демона, я упал. Медуза полетела прямо на меня, видимо явно намереваясь сесть сверху и обработать жидкостью, которая растворяет плоть. Резко и сильно кидаю в медузу меч, и это было скорее жестом отчаяния. Уж слишком испугался я в тот момент, а кто бы, интересно, не испугался? Дело нешуточное, меня фактически убивать начали.

Чуда не произошло – меч не воткнулся в медузу, поразив ее жизненно важный орган, отчего она мгновенна бы издохла. Мне вообще не удалось попасть в нее. Тогда я начал судорожно отползать от нее, отчетливо понимая, что это конец. Я видел, как вниз опустились малые щупальца, с которых стали срываться белесые капли желудочного сока. И вот когда эта тварь была от меня на расстоянии метра-двух, а тогда мне казалось, и того ближе, моя правая рука наткнулась на что-то. Я инстинктивно попытался этим чем-то отмахнуться от монстра. Топор с мягким чавканьем вошел в тело медузы, практически не встретив сопротивления. Тело ее содрогнулось, малые щупальца сжали топорище, сильно обжигая мне руку выделенным желудочным соком. Я рефлекторно отпустил рукоятку топора и взвыл от боли в обожженной руке. Большие щупальца твари стали беспорядочно рассекать воздух, пока одно из них не врезалось мне в грудь, отбросив на несколько метров от агонизирующей медузы.

Не уверен, кому из нас было больнее – мне или умирающему чудищу, но факт оставался фактом. Я победил, а тварь проиграла. Я жив, а медуза издыхает.

Стоя на коленях и держась обожженной рукой за грудь, с удивлением наблюдал за агонией. Наконец это существо издохло, выпустив вверх несколько Искр, которые были ярче, чем те, что выходили из тел стервятников.

Немного очухавшись от боли, я приблизился и коснулся одной Искры покрасневшей, будто ошпаренной рукой. На второй Искре боль ушла, на третьей отступил страх и рука приняла свой естественный цвет, на четвертой я уже не жалел о том, что связался с медузой. После всего этого я достал из пораженного монстра копье, вытер его от слизи о труп первого подвернувшегося существа – это оказался ангел с несколькими маленькими белыми перьями на щеках. Потом нашел меч и, так же очистив оружие от слизи, вложил его в ножны. «Топор, он спас мне жизнь!» – мелькнула мысль. Я снова подошел к останкам медузы и достал его. Топор был достаточно увесистый, но мне показалось, что попросту нельзя бросать спасшее меня оружие. Может, это и суеверие, однако спаситель достоин уважения! Остальное вторично. Оглянувшись, так и не нашел место, откуда его взял.

«Ну и пламя с ним, – подумал я, – откуда бы он ни появился и где бы он ни лежал, под руку подвернулся очень своевременно».

Необходимо было придумать способ, чтобы прицепить его на спину. Ведь левая рука у меня была занята щитом, а в правой руке я все время держал копье, хотя оно и подвело в этот раз. Тогда была придумана такая штука – взял ремень, перекинул его за спину так, чтобы он образовал петлю. Теперь ремень проходил через мои плечи, что давало устойчивость сооружению. Затем я, будто подтяжки, прицепил концы протянутого ремня к своему ремню. В образовавшуюся петлю на спине и был повешен топор достаточно необычной формы, заточенный с двух сторон. Брючный ремень немного подтянуло вверх, но нормально, плечи почувствовали легкую тяжесть, будто в них врезались лямки нетяжелого спортивного рюкзака. Топор же закрывал своим лезвием мою шею сзади и большей частью лопатки. Рукоять, не доставляя особых неудобств при ходьбе, протянулось мне до копчика. Да и само лезвие достаточно удобно прилегало к спине. Порадовавшись удачной и практично реализованной идее, я задумался о том, как быстро теперь можно извлечь топор из-за спины.

Вот с этим оказалось сложнее. Двумя руками это было очень легко сделать, а вот одной не совсем. Немного потренировавшись и прикинув, что пока сойдет и так, остановился на самом простом варианте. В крайнем случае можно правой рукой ухватить рукоять, а левой отпустить с одной стороны ремень, остальное сделает инерция, и главное тут не задеть себе ноги или спину лезвием топора. Покалечиться перед боем или во время оного собственным оружием, что может быть глупее?

Я продолжил свой долгий и нелегкий путь в никуда. Решил нападать только на стервятников, теперь уже, как и они, обходя медуз стороной. Не хотелось больше так рисковать. Хотя и было чувство, что с каждым убитым стервятником становлюсь все сильнее, но память о близкой смерти и страх перед новым встреченным монстром были все еще свежи.

Теперь, немного подумав, изменил тактику охоты. Вначале бросал копье в стервятника, попадая в лучшем случае один, реже два раза из пяти бросков, после чего попеременно использовал или меч, или топор. Мне хотелось как можно быстрее научиться пользоваться этим оружием, хотя бы на уровне одного-двух ударов. Быстрый, точный и зазубренный до рефлекса удар лучше постоянных размышлений о том, как, куда и когда бить!

Первое время это удавалось с трудом, меч постоянно застревал в ножнах, топор казался слишком тяжелым, а удары им – чрезвычайно медленными. Не обошлось и без ран – несколько раз меня доставали стервятники, но их Искра чудесным образом исцеляла мою плоть. Не оставалось даже шрамов, только память о ранении говорила, что оно было, и больше никаких следов, ну разве что несколько дыр в штанах или разрезы от когтей на рубашке. Так что я не прекращал свою очень опасную, но такую необходимую тренировку. Тем более сил-то прибавлялось.