Джок. Награжденный Тенью. 'День сурка' для Джока - Руб Андрей Викторович - Страница 23

  По краям вдоль обрыва реки была сложена стена в пару метров. Забравшись на нее, я посмотрел вниз. Да-а... а штурмовать снизу бесполезно. Обрывистый берег. Внизу река. Тут один лучник и один копейщик удержит всех. Остается перестроить 'вход' и сидеть тут можно до 'морковкина заговенья'. Были бы продукты. Колодец выкопан у самой стены. В самом низком месте, в углу крепостицы. Теперь её можно и так назвать. Кругом все запущено, но видно, что устраивались надолго. Я заглянул внутрь колодца - до воды метра четыре. Да. Отлично!

  Я спустился и зашел в первый же попавшийся дом. Покойников нет. Интересно. И барахла тоже нет. Грубый стол, пара лавок... и неизменная черная печь, занимающая треть или четверть 'пентхауса'. Хотя вру. Пентхаус - это дом на крыше. А тут полуподвал-Хаус. А если уж совсем на манерном пиндосовском языке - бесментхаус. Забавная кстати эта штука - печь. Она или глинобитная с камнем внутри стен или каменно-глинобитная. Это такое прямоугольное здоровенное сооружение. Я зашел во вторую избу. Та же самая - глинобитная печь. Значит где-то неподалеку, есть глина. Это радует, будем с кирпичом и посудой. А вот живого тут никого нет.

  - Пойдем-ка, Гоша посмотрим наш домик.

  Посмотрели. Ничего хорошего. Подслеповатые окна давали немного света, чтобы оценить бедность. Одно отлично тараканы и насекомые тут вымерли.

  - Итак, будем заселяться.

  - Какая нищета! - с сожалением выдал он в ответ на мое предложение.

  - Это ты насчет того, что украсть нечего?

  - Зачем украсть? - состроил он обиженную рожу. - Тут и так все наше.

  - А... понятно.... Найти ничего 'ненужного' пока не удалось... скорбишь? - абсолютно 'нейтрально' поинтересовался я.

  - А что? Должны же были что-то спрятать? - обиженно протянул он.

  - Я тебе сто раз говорил - тут натуральное хозяйство. Вырастили - сожрали. Разносолов не будет. Тут самое сладкое - мед.

  - А сахар?

  - Сахар... Сахар будешь лично курировать. Вот вырастишь, переработаешь и сожрешь сколько хошь.

  Гоша слегка посмурнел.

  - Шо? Ти таки вспомнил свое босоногое детство?

  - Чего?

  - Чего-чего? Когда-то помню у тебя крыса - за счастье была. Тоже деликатес.

  - Это давно было. Сам же говорил - война кругом.

  - Война тут постоянно. Делят территорию князья, да смотрят постоянно, у кого чего пограбить.

  - Ну?

  - Что ну?

  - Может и мы, присоединимся?

  - Мы-то присоседимся. А дальше?

  - Дальше добыча.

  - Эх ты... - босяк. А отсиживаться от разгневанных хозяев, ты где будешь?

  - Места много - убежим.

  - Я часто бегал? - иронией поинтересовался я.

  Гоша задумался.

  - Не-ет.

  - Вот. Сначала нужно место, где мы будем жить.

  - Отсель грозить ты будешь шведу? - он, глумясь, перефразировал великого поэта.

  - Боюсь, что предки шведов сейчас на поле устраиваются.

  - Норманны?

  - Угу. Только сейчас мы глубоко в заднице. Пока... там, - дойдя до большого дома, я с натугой открыл дверь. Оттуда пахнуло затхлость и нежилым духом. - Кстати придется тебе ещё креститься.

  - Я помню, что ты рассказывал, - ответил мне Гоша в спину. - А Шаис не станет.

  - Не ста...

  В темноте большой комнаты на секунду за печкой свернули зеленью чьи-то глаза.

  - А ты кто? - задал я вопрос в темноту.

  Гоша моментально отреагировал. Он бесшумно перетёк влево за моей спиной и, судя по шороху, уже сжимал нож.

  Но все было тихо. Глаза погасли. Можно было это списать на глюк, но я слишком старый, чтоб в это поверить. Как же померещилось? Так один раз привидится... и утром не проснешься.

  'Котов тут нет. Рысь? Не живут они в домах... Не может быть!!!', - мгновенно промелькнуло в голове. Я вежливо поклонился и произнес:

  - Доброго дня. Не позволишь ли дедушка остановиться тут. А я в долгу не останусь. Отблагодарю.

  Темнота вновь сверкнула зеленью и прошелестела: - По вежеству пришел?

  - По вежеству и с уважением.

  - А дух от тебя совсем не здешний. Ты что ж не поклонник нового бога?

  - Крестили меня - врать не буду. Младенем. Так что ж дозволяешь?

  - Дождался... - мягко, и как мне показалась, с облегчением выдохнула темнота. - Проходи... новый хозяин.

  - Это кто? - шепотом поинтересовался Гоша.

  - Нож спрячь, - повернув голову, сказал я. - Знакомься Гоша. Это хранитель здешний - домовой.

  - Кто такой домовой? Это которому еду оставляют? - подозрение в голосе Гоши можно было намазывать на хлеб.

  - Нишкни малец! - отозвалась темнота. - Ты сам-то кто? Облик у тебя человечий, а внутренность - не наша... другая. Думаешь, я не вижу!?

  - Раскусили тебя Гоша. А ты не обижайся уважаемый. Гоша - гоблин. Рожден в дальних краях. Но про то он сам тебе расскажет, как ближе познакомитесь. Выйди к гостю. Покажись, каков ты есть.

  Мне и самому было интересно. Не верил я в домовых и леших. Не верил и все. А смотри-ка ты. Доведется вживую на него посмотреть. А вот кто он или что? Одно понятно - есть тут магия. А это значит, что Шаис что-то крутит. Не договаривает. А может он и вовсе реликт? Одно понятно. Ни хрена мы не знаем!

  Темнота вздохнула и на тусклый свет, падающий от крохотных оконец и со стороны сеней, вышло нечто лохматое - размером примерно по колено. Из шерсти таращились здоровенные круглые глазищи, а с боков головы из шерсти выглядывали кончики рысьих ушей. Ручки с эдакими неслабыми ноготочками... но общее впечатление приятное.

  Его глазищи моргнули и требовательно уставились сначала на меня, а потом на Гошу:

  - Ну что? Посмотрел?

  Гоша горделиво подбоченился и в свою очередь вызывающе уставился на домового.

  - Посмотрел! Ты волосатый, что ли здесь рулил... пока нас не было? - высказался он на 'чиста' русском языке. Как не странно, но домовой его понял.

  - Телок ты неумытый! Ищо от сиськи не оторвался... а туда же! Немочь дурная... младчая... - лохматый комок подбоченился и попытался посмотреть на Гошу сверху вниз, - осина стоеросовая!

  Видимо домовой обиделся. Но попытка осадить явно зарвавшегося гоблина потерпела фиаско. Гоша выпятил грудь и, положив руку на рукоять костяного кинжала, разразился пафосной речью.

  Правда состояла она в основном из заковыристых ругательств барона Ольта, которыми тот пользовался в разное время. Изрядно перевранных и вдобавок произнесенных с жутким акцентом. Это говорило о хорошей памяти гоблина запомнившего их. А суть его высказываний сводилась к тому, что он своими собственными руками может порезать сомневающегося в его возможностях на много маленьких домовых и распинать их потом по всем концам нашего нового дома. Набрав в грудь воздуха, чтобы добавить ещё что-нибудь, Гоша на секунду прервался.

  Домовой ловко воспользовался этим и не дал ему закончить речь. Он в негодовании подпрыгнул и моментально став в полтора раза шире - оглушающее громко проскрипел несмазанной дверью. Затем сквозняком в печи и выдал тираду. Из которой я уловил несколько очень образных сравнений Гоши, с худшими представителями животного мира страдающих различными заболеваниями, как врожденными, так и приобретенными. Вроде хромоты, глухоты, слабоумия и энуреза. Там ещё было что-то про тлю и морщинистую вошь... После чего он перешел и вовсе на незнакомый мне язык с шипящими и прищелкивающими звуками. На древнеславянский, он был похож... как Шаис на демократа. Из этой речи я и вовсе ничего не понял. Но масса экспрессии и жестов не оставляли сомнений в её содержании.

  - А-а-а...!!! - заорал Гоша. - Так ты и ещё и лаешься не по-нашему! - возопил гоблин в великом негодовании и выхватил кинжал, намереваясь претворить свои угрозы в жизнь. - Вот значит как?!

  Видимо слова у него кончились.

  - Так!!! А ну тихо!!! - грохнул я во всю мощь своего голоса. Я чуть не рассчитал. Звуковая волна, родившаяся в моей груди, никак не была рассчитана на это маленькое помещение. Поэтому беседующие слегка присели и уставились на меня.