Путешествие в страну мужчин - Климова Юлия - Страница 24

24

– Во, смотри, супервещь! Как купил, так с собой и таскаю. Не боись, Тяпа, до победы остались считаные шаги!

Увидев в руках приятеля коричневый пузырек с какой-то жидкостью, Степан почувствовал слабость во всем теле и дрожь в пальцах. Нет, не до победы остались считаные шаги, а до обморока!

– Даже не рассказывай мне, что это такое, – надулся Степан и демонстративно отвернулся. – Я к этому дрянному пузырьку не имею никакого отношения.

– Конечно, не имеешь, – засмеялся Павел, – куда тебе!

– А если девчонка уснет и не проснется?

– Неумный ты, Тяпа… Все продумано до мелочей.

– А почему ты тогда не продумаешь нормальный обед и ужин? – ехидно поинтересовался Степан. – И этот дом… – Он обвел взглядом продуваемую всеми ветрами комнату. – И этот дом категорически нельзя назвать домом! Это развалюха какая-то! Не удивлюсь, если я получу воспаление легких! У меня уже наблюдаются непонятные звуки в груди.

– Чего там непонятного? – засмеялся Павел, плюхаясь на свободный стул. – Душонка твоя трясется от страха, вот и все. И скажи спасибо, что есть крыша над головой, могли бы по твоей милости и в лесу ночевать, сам же рвался в Ситники, забыл?

Степан обреченно потупил взор и тяжело вздохнул: да уж, его вина. И еще – Катьки Шурыгиной, понесла же ее нелегкая в такую даль.

– Скорей бы история с девчонкой закончилась, – буркнул он, глядя с тоской на макароны.

– Так я же говорю: собирайся, и пошли, чем раньше управимся, тем лучше. Ты ее сам по голове тюкнешь или мне доверишь?

Глаза Степана округлились, он подался вперед, открыл рот и тут же закашлял от волнения и возмущения. О «тюкнуть» они не договаривались точно!

– Ты… – протянул он и, проглотив слова, замахал руками.

– Шучу, – улыбнулся до ушей Павел, абсолютно довольный произведенным эффектом. – Я просто подумал, что твоя медицинская энциклопедия очень для этого подойдет… Шучу, шучу, – повторил он, увидев, как сильно прижал к груди книгу Степан. – И повезло же мне с напарничком… Любо-дорого посмотреть.

Глава 9 Целый день Катя слонялась по турбазе, выискивая развлечения. Вроде и Сергей был рядом, и Вика с Костиком звали на лодочную прогулку, а все равно она была одна и никак не могла найти себе занятие, которое отвлекло бы и успокоило. Взгляд так и метался туда-сюда, стараясь поймать Егора. Но папочкиного Добермана нигде не было видно. «Дрыхнет небось в доме номер четыре и…» – дальше мысль обрывалась. Катюшка не могла понять, чего хочет: чтобы он дал ей повод для злости или чтобы оставил наконец в покое? Она решительно была настроена поговорить, но о чем? О том, что он мешает ее личной жизни, или о том, что Сергей мечтает об особом вечере, а она не готова? «Глупость какая-то», – расстраивалась Катюшка почти до слез. Но рядом не было ни одного близкого человека, кроме Егора… А он близкий? Она не знала ответа, вот только душа ныла и вздыхала. Часам к девяти вечера ноги все же привели к домику под номером четыре. Робко постучавшись и не дождавшись ответа, Катя юркнула за дверь и огляделась: планировка и обстановка такие же, как и у нее, но здесь спокойно. Чик-трак – она в домике, точно в детской игре: повернулся невидимый ключ в замке, и уже никто до нее не доберется: ни страшный зверь, ни злой колдун, ни даже Кощей Бессмертный.

– Чик-трак, я в домике, – шепотом произнесла заклинание Катюшка и улыбнулась.

– Устал тебя ждать, – раздался знакомый насмешливый голос.

Она зашла в комнату, вздернула нос и посмотрела на Егора. Лежит, отдыхает, книжку читает… Конечно, у него нет никаких проблем!

– Привет, – ответила Катя, села на стул, закинула ногу на ногу и деловито побарабанила пальцами по столу. – Ты не уехал.

– Как ты догадалась?

Катюшка промолчала – ей нужно было время, чтобы справиться с непонятной радостью. Он не уехал, он ее не оставил. Егор Кречетов… папочкин Доберман… И теперь ни капельки не страшно, и все будет хорошо.

– Ты не уедешь? – уточнила она.

Он неторопливо поднялся, сел и ответил:

– Нет.

– Ладно.

– Неужели?

Катя резко повернула голову и, конечно, увидела в его глазах искры. Такие знакомые искры смеха… Нахмурив лоб, она попыталась вспомнить, как и когда познакомилась с Егором, но этот день и час ускользнули, оставив лишь тепло на душе. Она хотела бы его победить хоть раз! Обхитрить, обмануть, обыграть… Она хотела бы стать такой же сильной, равной, но это невозможно. И нужно ли? Да, нужно! Или нет?

– Турбаза – не моя собственность, – небрежно произнесла Катюшка. – Лови рыбу, отдыхай, я не против. Только, пожалуйста, не вмешивайся в мою жизнь.

«Это я сейчас очень хорошо сказала, – мысленно похвалила она себя, – грамотно!» Егор потянулся за сигаретой, но дымить не стал. «Малявка, кажется, совсем обнаглела, что с ней делать?..» Он всегда относился к Кате тепло и бережно, только вряд ли она об этом догадывалась – за усмешкой легко прятать любые чувства. Щелкнуть по носу – приятный пустяк, смутить – удовольствие. Зачем? Да просто так. Потому что маленькая, потому что забавно злится и поджимает губы. Невозможно равнодушно смотреть на ее попытки стать взрослой. «Катя, Катя… Тебе не нужно превращаться в Полину. Она – это она, ты – это ты».

– Я сам разберусь, что мне делать, – спокойно ответил Егор.

– То есть будешь мешать?

– За сегодняшний день я ни разу не подошел к тебе, все наши встречи – твоя инициатива.

– Но…

Вот как Кречетов умудряется вывернуть ситуацию таким образом, что он вроде совершенно ни при чем, а она во всем виновата? Катюшка коротко вздохнула, решительно встала и направилась к двери. Ей не о чем разговаривать с этим наглым самоуверенным человеком! Но в душе она хотела остаться, более того, душа требовала передышки и покоя, которые, странно, можно было получить только здесь – рядом с Егором. Ноги не слушались. Резко развернувшись, Катя с вызовом встретила его взгляд. Или ругаться, или уходить – третьего не дано. А уйти она не может, что-то необъяснимое держит, не отпускает.

– Ты… – начала она, набирая в легкие побольше воздуха, – ты…

– Доберман, – подсказал Егор, развлекаясь.

– Да! И ты портишь мои отношения с Сергеем!

– Настоящую любовь ничем не испортишь.

– Ты способен на все!

– Проверим?

Удивленно приподняв брови, Катюшка шагнула назад. В душе вспыхнули беспомощность и отчаяние (никто не понимает, как ей тяжело, а Егор еще и смеется!) Проверим? –что он имел в виду? Почему его глаза потемнели?

– Ты такой же, как и мой отец, – тихо произнесла она, изрядно струхнув. – Живете, как вам хочется, а мне ничего не разрешаете.

– Слышал бы тебя Петр Петрович, – протянул Егор и улыбнулся. Положив сигарету на тумбочку, он встал с кровати и подошел к столу. Катюхе плохо, переживания терзают маленькое перепуганное сердце, и Сергей Романенко – лишь часть метаний. Она злится, вредничает, переживает, но не уходит… Н-да, детское упрямство не так-то легко сломить. Отпустить или не отпустить? Напугать или пожалеть? Или проверить, чего стоит ее пылкая любовь? Но ответ и так известен. Ничего не стоит. Ровным счетом ничего. – Значит, мы с твоим отцом похожи?