Лето больших надежд - Виггз Сьюзен - Страница 80

— Я не собираюсь противоречить тебе. — Ей хотелось, чтобы он посадил ее на заднее сиденье своего мотоцикла, увез в холмы, и они никогда бы не возвращались. Она хотела, чтобы их жизни были связаны так же крепко, как и их сердца. Но это было так трудно выразить словами.

— Я хочу знать, что на этот раз не делаю ошибки. Я так часто ошибалась, что больше не доверяю себе.

Он рассмеялся:

— Я не могу оградить тебя от ошибок, Лолли. Никто не может, даже ты сама. И неужели ты всерьез думаешь, что это возможно?

«Так просто», — подумала она. Это был его дар — искренность, которую она чувствовала в его словах и поступках.

— Но…

— Иногда тебе просто нужно верить.

— Мы выстроили отдельные жизни, Коннор. Я просто не вижу, как их можно объединить.

— Ты переезжаешь в Авалон, и мы вместе строим дом. И ты говоришь своим бабушке и дедушке, что берешь на себя открытие лагеря. — Он был конкретен.

— Ты говорил с дедушкой и Грегом.

— Говорил, — признался он.

Оливия прикусила губу и взглянула на него. Он прижал ее руки к своей груди, к потрясающей ткани его смокинга, и она почувствовала его мягкое тепло. Ее сердце билось учащенно, но что-то в ней еще сопротивлялось. Коннор просил ее о том же, о чем просил Рэнд Уитни, — бросить жизнь, которую она построила, и бизнес, за который боролась.

— Их идея насчет лагеря, я думаю, это отличная идея, построить лагерь для семей, это просто… мечта, — сказала она.

Он жестом показал на озеро:

— Само это место начиналось словно мечта. Я никогда не говорил тебе этого, но мои мечты тоже начались здесь. В первый раз, когда я попал сюда, и смог представить себе такую жизнь, которую я не знал. Это было для меня огромной радостью. Не могу тебе сказать, какой огромной.

Она вспомнила сердитого синеглазого мальчишку в одежде для хип-хопа и запыленных ботинках, и ей остро захотелось вернуться в прошлое, обнять его, сказать ему, что все в порядке. У нее был такой шанс много лет назад. И она им не воспользовалась.

— Я так рада, — начала она, затем нервно рассмеялась. — Я не знаю, чему я рада. Что у нас было это лето. Что, может быть, мы…

— Может быть, мы что? — Он произнес это, беря ее за руку и переплетая пальцы. — Послушай, мне можно доверять. Если ты не хочешь оставаться здесь, мы можем жить там, где ты захочешь.

И снова. Так просто.

— Ты переедешь ради меня в город?

— Черт, я перееду в Тиерра-де-Фуего, если это то, чего ты хочешь.

Она посмотрела на их руки: ладони сомкнуты вместе, пальцы сплетены.

Она потянулась к нему, как в тот последний раз, когда они занимались любовью.

— Я не уверена в том, что ты хочешь мне сказать, — признала она.

— Тогда просто слушай. Я люблю тебя, Лолли. Я любил тебя с тех пор, как мы были детьми, и это никогда не уходило, хотя я не говорил тебе об этом. Вместо этого я причинил тебе боль и позволил уйти. Но я не сделаю этого больше, дорогая. Никогда. Теперь мы взрослые. Мы знаем, как это делается. Ты понимаешь меня?

Она чувствовала головокружение, ее сердце наполнилось нестерпимой радостью, от которой можно было задохнуться.

— Мне показалось, или ты в самом деле говоришь, что любишь меня?

— Тебе не показалось. Я люблю тебя и всегда буду любить, каждый день своей жизни. Мы из двух совершенно разных миров, и мы живем совершенно разными жизнями, но между нами кое-что есть. И всегда было. Я не придумал это, Лолли.

Ее душили слезы, но она не позволила себе расплакаться. Она не позволила себе погубить слезами эту превосходную минуту.

— Я тоже люблю тебя, Коннор, — прошептала она. Слова исходили из ее сердца, в котором проснулась весна. — Я всегда тебя любила, даже когда ненавидела.

Он улыбнулся и коснулся ее щеки.

— Я знаю, дорогая, я знаю.

Она посмотрела ему в лицо и ощутила, как слезы отступили. Он заставил ее улыбнуться и почувствовать себя в безопасности. Может ли любовь быть такой простой?

Он отпустил ее и посмотрел на часы.

— Что-нибудь случилось? — спросила она.

— Я немного тороплюсь. — Он снова ухмыльнулся, может быть, чуть нервно. — Я должен сделать это до полуночи.

— Сделать что?

— Я думаю, что будет неплохо — сделать тебе предложение в пятидесятую годовщину свадьбы твоих бабушки и дедушки, думаю, это принесет нам удачу.

Ее сердце забилось. Она запаниковала, хотя услышала именно то, о чем мечтала.

— Ты делаешь мне предложение?

— Я еще не сказал этого. Я все еще нервничаю.

Она расхохоталась.

— Сделай это сейчас, — попросила она. — Скажи это.

— Прямо в эту минуту?

— Прямо в эту минуту, — согласилась она, охватывая его шею руками. — Потому что я не могу дождаться, чтобы сказать тебе «да».

«АВАЛОНСКИЙ ТРУБАДУР»

2 сентября 2006 года

«Мистер Филипп Беллами с Манхэттена и миссис Памела Лайтси Беллами, также с Манхэттена, объявили о помолвке их дочери, Оливии Джейн, с Коннором Дэвисом, сыном Терри Дэвиса из Авалона, штат Нью-Йорк. Мисс Беллами окончила Колумбийский университет и после свадьбы переезжает в Авалон. Мистер Дэвис — владелец «Дэвис констракшнз» в Авалоне — этой осенью будет строить новый дом на дороге у реки. Свадьба запланирована на август. Пара намеревается управлять лагерем «Киога», который будет открыт как семейный лагерь следующим летом».