Дом у озера - Виггз Сьюзен - Страница 21

— Что? — Он придвинулся немного.

Кейт уже чувствовала его близость. Он еще не касались друг друга, но температура как будто повысилась.

— Это… — Ей никак не удалось сформулировать объяснение. — Узнать нового человека.

— Я могу как-то помочь? — Голос у него был одновременно мягкий и грубый.

Кейт чуть отодвинулась — когда она стояла рядом с ним, мысли путались и терялись.

— Вообще-то мне действительно нужен насос. В моем дырявый шланг, а колеса на велосипедах совсем сели.

— Посмотрю. Может быть, даже найду, — сказал Джей Ди, но остался на месте, не сделав и шага в направлении сарая. Просто стоял и смотрел — на нее.

 —Спасибо, — сказала Кейт неуверенно. Она никак не могла определить, куда смотреть — в глаза, на грудь, в сторону? Неужели он не понимает, что очки только отвлекают? Губы пересохли, и она машинально провела по ним языком, но тут же представила, как это выглядит со стороны. — Знаете, мне еще кое-что интересно. Почему вы тогда помогли нам в магазине?

Он почти улыбнулся — глаза блеснули, уголки рта чуть заметно приподнялись.

— Почему? А вы как думаете?

Кейт понятия не имела, что сказать. Может, это флирт? Может, вопрос чисто риторический? Или он и впрямь ждет ответа?

Напряжение достигло предела, когда Джей Ди вдруг сказал:

— Пойду поищу насос.

— Спасибо, — сказала она и сжала от досады кулаки. Ну сколько же раз можно благодарить!

Джей Ди вышел. Кейт осталась одна. Огляделась. Личных вещей в комнате было на удивление мало. «Путеводитель по национальному парку Олимпик» с закладками. На столике, около деревянной софы, лежали еще одни очки, фонарик и потрепанный триллер в мягкой обложке.

Из-под книжки выглядывал глянцевый журнал. Понимая, что не должна этого делать, Кейт все же не могла удержаться. Она шагнула к столику и подняла книгу.

То, что лежало под ней, оказалось не журналом, а каталогом. «Информация для поступающих — медицинская школа Дэвида Геффена при Калифорнийском университете в Лос-Анджелесе».

Кейт открыла каталог, перелистала, обратив внимание на сделанные шариковой ручкой пометки на полях.

— Что это вы делаете? — прогремел в дверях голос Джей Ди.

Она вздрогнула и выронила каталог:

— Не знаю. Может, сую свой нос куда не надо? Или как это называется?

— Вижу. — Он подошел к ней.

— Так вы студент-медик? — спросила Кейт, несмотря на то что Джей Ди явно дал понять, что не намерен обсуждать эту тему.

— Нет.

— Собираетесь поступать?

— Я не в том возрасте, чтобы ходить в школу. Принимая во внимание, откуда придется начать, весь курс займет по меньшей мере семь лет. К окончанию мне было бы почти сорок.

— А если не поступите, сколько вам будет через семь лет? — с невинным видом спросила она.

— У меня нет желания обсуждать это с вами.

— Потому что я права, а у вас нет аргументов.

— Потому что это вас не касается.

Она не нашлась что возразить — он загнал ее в угол.

— Послушайте, я только…

— Вот ваш насос. — Он чуть ли не бросил его ей. — Мне он не нужен, так что держите сколько хотите.

Кейт взяла насос, но решила, что уступать его раздражению не будет.

— Спасибо, — сказала она холодно, словно давая понять, что вообще-то идея прекратить разговор принадлежит ей.

Джей Ди посторонился, и Кейт прошла мимо с гордо поднятой головой. Зря она сюда пришла. Все было примерно так, как и раньше, когда она встречалась с другими мужчинами. И почему только ей взбрело в голову, что с ним будет иначе? Другое дело, что на этот раз отказ задел сильнее. Может, из-за того, что ее и тянуло к нему сильнее? Но тут уж ничего не поделаешь. Он оказался именно таким, каким она его и представляла — немного необычным, сильным, привлекательным и даже чуточку опасным. А может быть, дело в том, что как ни нравилось ей быть с Аароном и Кэлли, иногда хотелось другого. Были вещи, разделить которые она могла только с другим взрослым, предпочтительнее, с мужчиной, — бокал вина на веранде в предзакатный час, планы статьи для «Смитсониен мэгазин». Она страстно, отчаянно жаждала одобрения и поддержки, и в этом состояла ее личная, персональная слабость. Ей еще только предстояло научиться довольствоваться тем, что есть, и находить счастье в нынешнем положении вещей.

И какой же глупостью было с ее стороны позволить себе увлечься этим парнем. А ведь есть опыт за спиной. Прекрасно понимала, что именно так все и закончится. С тех пор, как она встречалась с кем-то, минули столетия. И надо иметь в виду, что в ее жизни любые волнения всегда вели к неприятностям. Уж это следовало бы знать.

Глава 10

— Так что, малыш, боишься воды? — спросила Кэлли, направляя лодку к Дьявольской Чаше, самой популярной на озере купальне, окруженной отвесными скалами.

Аарон был рад, что сидит впереди, а не лицом к Кэлли. Вместе получалось хорошо. Чуть ли не каждый день, после ланча, они отправлялись к новому месту, исследуя скалистые, поросшие лесом берега. Поначалу мама требовала, чтобы они держались вблизи берега и в поле ее зрения, но потом, увидев, что они знают, как вести себя на воде, дала полную свободу.

— Не воды, — сказал Аарон. — Я просто не люблю, когда она у меня над головой.

— А по-моему, это значит, что ты боишься воды.

— Ну и что с того, если боюсь?

— Ну так хватит бояться. Поверь мне, малыш, в мире есть кое-что похуже воды.

— Что? Собаки? — не удержался от ответного укола Аарон.

— Я собак не просто так боюсь, у меня на то есть причина.

— Какая такая причина?

Кэлли заерзала, и каяк качнулся. Аарон едва не выронил весло, схватившись за борта.

— Эй, полегче.

— Не трусь. Я не собираюсь переворачиваться. Хочу показать тебе кое-что. Смотри.

Аарон снова налег на весло. Тяжелый спасательный жилет стеснял движения, но ему все же удалось повернуться.

Кэлли подняла ногу на борт каяка и, закатав штанину, обнажила колено.

— Теперь видишь, почему я боюсь собак?

Аарона даже немного затошнило. Все ее колено покрывали безобразные рваные шрамы, пересекающиеся под разными углами, как горные тропинки. По обе стороны от коленной чашечки виднелись углубления.

— Собака покусала, — догадался он.

— Не покусала — изуродовала. Есть такое слово. — Кэлли медленно опустила штанину. — Она меня просто изуродовала.

Изуродовала. Раньше Аарон этого слова не слышал. Звучало оно неприятно. В нем было что-то злое и резкое.

— А как это случилось?

— Как? По глупости. Доверилась одному псу только потому, что показался дружелюбным и махал хвостом. Надо было идти и не останавливаться, но я подумала, как бы его приручить. Ну и вот… В следующую секунду он уже рвал мне ногу.

Аарон не знал, что сказать. Он попытался представить, как пес, злобно, по-звериному, ворча, бросается на Кэлли.

— Наверно, больно было.

— Да уж. Раньше со мной ничего подобного не случалось. Наложили сотню швов, а потом еще делали уколы от токсического шока. Вот такая у меня причина, — подвела черту Кэлли. — Поэтому теперь я собак стараюсь обходить стороной.

— Ну, Бандит не простая собака. Он добрый. По-настоящему. И никогда никого не кусает.

— Я тебе вот что скажу, малыш. Обещаю, что подружусь с Бандитом, если ты поплаваешь со мной в озере.

Аарон представил, как вода смыкается над головой, как наполняет нос и рот, как лезет в глаза и уши, и его заколотило.

— Не могу.

— Ладно. Тогда и я не буду дружить с Бандитом.

Он заработал педалями, разворачивая каяк к Дьявольской Чаше.

— Перестань, Кэлли. Бандит — хороший пес. Мой лучший друг. Он и мухи не обидит.

— Вода тоже никого не обидит, если ты ее уважаешь и умеешь плавать.

— Но я не могу, — повторил Аарон.

— Жаль. — Кэлли пожала плечами и взялась за весло. — А поплавать было бы здорово.

— Но…

— Договор есть договор.