Трилогия о Драко: Draco Dormiens, Draco Sinister, Draco Veritas - Клэр Кассандра - Страница 164

Лупин вытаращил глаза:

— Правда?

— Угу.

— А что ты для него сделал? Нет, серьезно: он бы в жизни не стал делать что-то для тебя просто так.

— Ну, я согласился голым пробежать по Хогвартсу, вопя во всю глотку «Северус Снэйп — это супер!»

— Какая трагедия, что сейчас не семестр, — некому было восхититься твоей обнаженной натурой!

— Точно, — Сириус улыбнулся, и глаза его сверкнули — так бывало только в присутствии очень немногих людей. Лупин не помнил, чтобы тот улыбался так всем подряд. Снова опустив взгляд к флакону в его руках, он удивился: руки Сириуса были в плотных кожаных перчатках, похоже, драконоустойчивых, доходивших почти до локтей. Левый рукав был разорван и окровавлен.

— Это сделал я, — подумал Лупин, и сердце у него екнуло.

— Большелапый… А как ты заставил меня выпить зелье?

— Ты был довольно далеко, — резко произнес Сириус. — Так что это было вовсе несложно. Кроме того, я позаимствовал у Нарциссы ее садовые перчатки, в них она обычно стрижет Огнеловки в саду перед домом.

— Но я не кусался? — взволнованно спросил Лупин. — А?

— Нет, — покачал головой Сириус. — А вот тут напрашивается интересный вопрос: если бы кусался — обернулся бы я собакой? Лупин присел на скамейку — скорее от истощения, и улыбнулся:

— Заглохни, Сириус.

Сириус улыбнулся ему в ответ, но улыбка быстро поблекла:

— Я хочу спросить тебя… — он кашлянул. — Ты что-нибудь помнишь?

Лупин прикрыл глаза, и огненные всполохи заплясали у него перед глазами: глухая ночь… серебристый лунный свет… лесная дорога… Из темноты черным силуэтом на фоне светлого неба возник замок… И голос — он звучал где-то в его черепе: «Иди. Сюда. Немедленно.» Крепостные стены мерцают, будто ртуть. Вдоль них выстроились стражи в черных и серебристых мантиях. Почуяв измену, к нему повернулось знакомое лицо: эти светлые волосы, светлые глаза… Темнота.

Лупин открыл глаза:

— Я вспомнил. Я вспомнил все — Призыв… — все.

Сириус подался вперед:

— Ты лучше расскажи, где это находится.

**************

Первое, что обнаружил Драко за дверью, — это то, что они опять-таки вовсе не снаружи, а в какой-то совершенно огромной комнате: она было куда больше Большого Зала Хогвартса или зала для балов в Имении Малфоев. Стены зеленого с прожилками мрамора уходили вверх — выше, выше — интересно, как глубоко под землей они находились? — увенчиваясь потолком, таким высоким, что никаких деталей не было видно, что, впрочем, можно было сказать и о дальних углах комнаты. Пол, опять же мраморный, был гладким и скользким. Центр комнаты искривлялся огромной круглой чашей, — не слишком глубокой или широкой, чтобы быть амфитеатром, однако ни на что больше не похожей. Она была пуста.

Подойдя к краю, Гарри с недоумением глянул вниз. Посмотрев ему вслед, Драко обернулся к двери, через которую они вошли.

— Флёр… — и в остолбенении замолчал: Флёр не было. А дверь, через которую они прошли, исчезла. Он зажмурил глаза и снова их открыл: перед ним по-прежнему была стена, гладкая и ровная, без каких-либо признаков дверей.

Внутри у Драко все перевернулось. Представления, о том, что происходит, у него не было, однако появилось чувство, что, что бы ни происходило, ему это точно не понравится. Гарри все еще неподвижно стоял, глядя в пространство. Стиснув зубы, Драко шагнул к нему и протянул Гриффиндорский меч. Не меняя выражения лица, Гарри принял его.

— Поттер, похоже, у нас проблемы.

Обернувшись, Гарри посмотрел на него ясным взором:

— Я в курсе: Флёр исчезла, дверь тоже. Мы с тобой заперты в комнате. Опять, — добавил он с оттенком неприязни. — Говорил же я, что ей нельзя доверять.

— Поттер… — Драко протянул руку.

Сжав кулаки, Гарри резко развернулся:

— Не трогай меня, — зашипел он. — И думать об этом не смей.

Драко быстро отдернул руку.

— Я должен был это сделать, — произнес он ровным голосом. — Ты же сам это понимаешь.

— Ага. Как всегда, — Гарри тряхнул головой и, глядя Драко прямо в глаза, продолжил, — Просто — заткнись, Малфой. Сейчас я совершенно не хочу слышать твой голос. — Было в его глазах что-то такое, чего Драко не видел уже несколько месяцев: презрение.

— Ты теперь постоянно будешь психовать по этому поводу? — резко бросил Драко.

— Да. Именно так я сейчас и поступлю. Поскольку предыдущий план — разбить тебе морду — я отверг как неосуществимый.

— Знаешь, — Драко прихлопнул нарастающее внутри раздражение, — я прошу прощения…

Гарри это не впечатлило:

— Да что ты? Позволь мне воспользоваться возможностью не дать тебе его.

Драко потрясенно захлопал глазами: он извинился, но, что самое-то удивительное, Гарри его извинений не принял! А может, так и положено, и другой человек вовсе не обязан их принимать? А может, это не важно? Так или нет?

Наверное, нет.

— Нет тебе прощенья, — добавил Гарри. — А я-то думал, что ты был мне другом… — Драко показалось, что горечи в этих словах было куда меньше, чем отвращения.

— Я еще вчера говорил тебе, что это не так, — прорвался на поверхность гнев Драко, — что — забыл? Что же ты себя ведешь, словно я ударил тебя в спину? Это вовсе не так!

— Нет, что ты! Ты ударил меня в лицо — молодец! Поздравляю, что в этот раз ты не соврал, Малфой, — Гарри издевательски поаплодировал.

Желание со всей силы вмазать Гарри настолько овладело Драко, что у него сбилось дыхание и от напряжения затряслись руки. Его частенько трясло и раньше, когда он был младше, — особенно после напряженных матчей по Квиддитчу; более того, его не просто трясло, а колотило так, что тело, казалось, сейчас рассыплется на кусочки. Вот и сейчас было то же самое: даже если бы он и попытался ударить Гарри, он бы, скорее всего, промазал, что, в общем-то, было не так уж и плохо, принимая во внимание то, что Зелье уже покидало его кровь… Что последует за этим — Драко не знал. Может быть — ничего. А может быть…

Голос Гарри прервал его размышления:

— Малфой…

Драко стиснул зубы и не повернулся:

— Что? Что ты хочешь мне сделать, Поттер?

Гарри резко вскинул руку, схватил его сзади за мантию и развернул к себе лицом:

— Я хочу тебя напугать.

— Напугать?

Драко вытаращил глаза: в дальнем углу зала из тени появилось нечто. Нечто огромное — настолько огромное, что казалось ненастоящим — чудовище из кошмара, из легенды, нечто, не существующее на самом деле…

Но оно существовало: почти такое же огромное, как дракон, тень, падавшая на стену позади него, была уродливой и неестественной. Оно имело тело льва — самого большого льва, которого только мог себе представить Драко, — по обеим сторонам которого росли драконьи крылья, а огромная уродливая голова имела человеческий лик. Человеческий лик гигантского размера. Из лап торчали длинные блестящие когти, гибкий хвост, резко и быстро мечущийся из стороны в сторону, венчало острое на вид скорпионье жало.

Существо медленно двигалось в их сторону.

В голову Драко не пришло ни одного умного ответа.

— Что… — медленно проговорил Гарри, — это… черт побери…

— Мантикора, — быстро ответил Драко и резко поднял руку. — Зовио! — и меч влетел в его руку. Меч Гарри давно был в его руке, но тот не обращал на него внимания, он все смотрел и смотрел, как приближается мантикора. Краем глаза Драко увидел, как Гарри поднял руку, указал ей на монстра…

— Оглушить!

Струя света сорвалась с его пальцев, ударив мантикору прямо в грудь. Издав громкий рык, она встала на дыбы и огромной тенью нависла над ними.

Драко понял, что чувство полного отсутствия желудка внутри не придумано, а действительно существует.

— Ох, я перепугался до ужаса.

Он сверкнул глазами на Гарри:

— Здорово сделано, Поттер. Тебе удалось ее взбесить. Кстати, ты знал, что ее яд для человека — самый смертоносный? Просто осмысли, что я сказал.

Гарри словно не слышал его: прищурившись, он смотрел на рассерженного монстра.