Ход королевой - Леннокс Марион - Страница 11

– По-твоему, я уже старая дева, так? – нарочито спокойно сказала Холли. – И именно потому, что теперь на меня мало кто позарится, я должна быть тебе безумно благодарна за то, что ты решил меня осчастливить?

– Не искажай мои слова, – сказал Андреас. – Холли, пожалуйста, давай просто решим этот вопрос и исправим ситуацию.

– Ты собираешься исправить то, чего уже нельзя исправить. Факт остается фактом: мы спали вместе, когда мне было семнадцать лет.

– А мне двадцать. Я могу сослаться на то, что мы оба были молоды и романтичны. В конце концов, разве молодость дана не для того, чтобы совершать ошибки? Если не в молодости, то когда? И я хочу, если такое возможно, загладить свою невольную вину перед девушкой за то, что оставил ее беременной. Холли, выходи за меня замуж.

– Я не хочу!

Андреас не сразу нашелся, что на это ответить, тем более, что Холли смотрела на него так, словно видела его впервые в жизни.

– Почему? – наконец спросил он.

– Потому что не хочу расставаться со своей свободой.

Такого ответа Андреас точно не ожидал.

– Ты имеешь в виду, что после меня ты даже не думала о замужестве?

– Не в этом дело, – уклончиво ответила Холли. – Я не хочу вариться в королевском котле.

– Но почему? – Андреас был изумлен. Именно ради того, чтобы оказаться в «королевском котле», многие женщины могли пойти на что угодно.

– Видишь ли, вся эта роскошь, что тебя окружает – деньги, влияние, власть, вечеринки, зависть окружающих – меня это не прельщало, когда мне было семнадцать, тем более не прельщает сейчас. Хочешь знать, что я на самом деле думала? Только ты не обижайся.

Бедный богатый принц. Если честно, я даже не уверена, что не начала принимать твои ухаживания именно потому, что жалею тебя.

– Жалеешь меня? – ошеломленно переспросил Андреас.

– Ну да. Я ведь вижу, что ни на чем не основанное превосходство плюс обусловленные положением обязанности и понятия о приличиях делают с людьми. Я же могу делать то, что хочу. Например, захотелось мне вместо чопорного ужина жареной фасоли – и никто не может мне помешать ее купить и съесть!

Андреас чувствовал, что упускает нить беседы. Ночь. Свет фонарей, свечи на столе, теплый ветер. Брачное предложение. И жареная фасоль в конце?.. А Холли между тем продолжала:

– Вот если бы ты, к примеру, захотел жареной фасоли на ужин?

– Это вряд ли, – автоматически отверг ее предположение Андреас.

– Но ты можешь хотя бы пофантазировать? Сделай мне одолжение.

– Ну-у, я бы попросил Софию… – протянул Андреас.

– О чем и речь! – перебила его Холли. – Ты бы попросил, или потребовал, или приказал. София, в свою очередь, скорее всего, недоуменно подняла бы брови: «Что это принцу Андреасу взбрело в голову?» В любом случае, что бы она ни думала, в конце концов, ты бы получил свою жареную фасоль, но в результате после этого пошли бы разговоры. Вполне даже возможно, что это могло бы проскользнуть в газетную заметку. Или представь себе другую ситуацию: люди узнали, что ты, к примеру, предпочитаешь импортный шоколад тому, что изготавливают в Аристо. Мог бы возникнуть вопрос: и почему это принц Андреас не хочет поддерживать местный бизнес?

Андреас немного пришел в себя:

– Смотрю, ты уже все продумала, что может последовать, вздумай я поужинать жареной фасолью! – Ему в голову вдруг пришла неожиданная мысль. Он сощурил глаза и медленно спросил: – Или ты об этом думала, мечтая о замужестве, еще десять лет назад?

Холли смешалась, но в ее голосе прозвучал вызов.

– Еще чего!

– Так ты думала о том, чтобы выйти за меня замуж? – настаивал Андреас.

– Я девять месяцев носила под сердцем твоего ребенка. – Холли овладела собой. – Почему же я не могла мечтать о том, чтобы выйти за тебя замуж? Да и какая женщина на моем месте думала иначе? Но я довольно быстро осознала, что этим фантазиям не суждено сбыться.

– Поэтому ты больше ни с кем не встречалась? – спросил Андреас, внимательно глядя на нее.

Холли сглотнула:

– С чего ты это решил?

– Детективы сообщили, что после меня в твоей жизни мужчин не было. Ты ни с кем не встречалась…

– Да как ты посмел копаться в моей жизни?! И твои детективы могут идти ко всем чертям!

Но Андреас не отступал, внезапно почувствовав ее слабину.

– По словам людей, которых они расспрашивали, смерть Адама стала для тебя страшным ударом. Было бы тебе легче, если бы я был рядом?

– Оставим этот разговор, – дрогнувшим голосом сказала Холли и встала, держась за стол руками. Даже в темноте было видно, как побелели костяшки ее пальцев.

– Нет. – Андреас поднялся следом за ней. – Мы ведь любили друг друга, Холли.

– Ты не знаешь, что значит «любить», – с горечью сказала Холли. – Ты даже ни разу не написал мне. – Она замолчала, пытаясь справиться с голосом. – Я ненавидела тебя.

Ненавидела, – прошептала она и резко отшатнулась от стола.

Андреас сам не понял, что толкнуло его пойти за ней. Он быстро сократил расстояние между ними, взял руки Холли в свои. Она стала вырываться, пряча лицо, но Андреас ее не отпускал. Холли неожиданно перестала бороться и прижалась к нему, вся во власти растревоженных им чувств.

Для Андреаса все изменилось в один миг. В его объятиях была Холли, и она нуждалась в утешении.

Андреас дотронулся губами до ее волос, вдохнул исходящий от них запах чистоты и лимона.

– Холли, если бы я знал! – в отчаянии сказал он. – Мне так жаль, что тебе пришлось пройти через все это одной. И мне очень жаль, что я не узнал о существовании своего сына раньше…

– Он был настоящим ангелом. Маленьким ангелом…

– Могу представить, – тихо сказал он.

– Почему ты ни разу мне не написал? – потребовала вдруг Холли.

– Я должен был жениться на другой женщине. Как я мог тебе писать? Но это не означает, что я не вспоминал тебя. Я помнил о тебе все эти годы.

– Это просто слова, – усмехнулась Холли.

– Ты должна мне поверить.

– Я должна поверить тебе, поскольку в таком случае ты гарантированно получишь то, что тебе от меня надо? Мое согласие на брак?

– Холли… – Андреас помолчал. – Пойми, что я хочу жениться на тебе не только ради своей семьи.

– Вот как? – Холли фыркнула. – Конечно, я не знакома с королем Закари лично, но думаю, что ему по силам управлять обоими островами. Более того, что им мешает снова воссоединиться и, как и прежде, стать одним королевством? Вряд ли он позарится на состояние вашей семьи. Поэтому не вижу причин, почему бы не предоставить все естественному ходу?

– Половина людей острова может лишиться средств к существованию, – ровным тоном сказал Андреас, по-прежнему не выпуская ее запястий. – Из-за своего расточительства отцу пришлось прибегнуть к схеме, когда большая часть денег, вложенных в предприятия, принадлежит самим островитянам, поэтому, если остров утратит независимость, для многих это может стать настоящей катастрофой. Разумеется, я рассматриваю только самый худший сценарий. Со временем все может войти в норму, но в том-то и дело, что мы им не располагаем.

Скоро должна состояться коронация. Если к этой дате не будет найдена настоящая половина алмаза Стефани, власть автоматически переходит к народу. Конечно, некоторые, как и ты, не считают проблемой, кто стоит во главе острова – будь то мой брат Себастьян или король Закари, – но я уверен, что большая часть населения хочет сохранить независимость. А когда власть принадлежит всем, а желания разнятся, это часто приводит к кризисам.

– Но для меня это все равно не повод выходить за тебя замуж.

Андреас решил сменить тактику. Он чуть ослабил хватку, чтобы создать впечатление, что нежно держит ее за руки.

– И тебя ничуточки не прельщает мысль стать принцессой?

– Мне уже давно не семнадцать, Андреас, – спокойно заметила Холли.

– Поехали на главный остров, на Аристо. Я познакомлю тебя со своей семьей, с аристонцами.

– Чтобы все получили наглядное представление о женщине, которую ты соблазнил в прошлом? Чтобы потом все только и стали говорить о том, что нам надо пожениться? Спасибо, нет.