Святая кровь - Крышан Александр - Страница 22

Археолог среагировал на отблеск лезвия — стремительно выбросив свободную руку, он успел перехватить запястье. Инстинкт и адреналин велели пристрелить бандита. Но вместо этого Амит поднял пистолет, размахнулся и ударил гада по голове в том месте, где она была рассечена камнем, — тот отключился.

Амит сдернул маску и всмотрелся в лицо. Парень был молод, лет двадцати пяти, и на вид израильтянин. Он быстро осмотрел карманы и не обнаружил ничего удостоверяющего личность. Нашел только две полные обоймы и положил их себе в карман.

Тащить его вниз по ущелью Амит не собирался. И сообщать о случившемся властям тоже. Кумран находится на Западном берегу, под контролем палестинской полиции. Он помнил, через какое политическое раболепствование пришлось пройти, чтобы только получить разрешение на эти раскопки. Его имя ни в коем случае не должны были связать ни со взрывом, ни с этим раненым мерзавцем.

Он достал мобильник, посветил фонарем и сфотографировал лицо парня камерой телефона.

Положив телефон в карман, Амит поднял пистолет. Смятение охватило его, когда он направил фонарь вверх и луч пробил облако пыли. Взрыв полностью обвалил пещеру. Ему даже пришлось напомнить себе, что свитки-то сохранились и что сам он и Жюли все еще оставались живы.

Непоправимым было другое: открытие всей его жизни только что было уничтожено прямо у него на глазах.

Он дал себе слово выяснить почему.

21

Иерусалим

Несмотря на высокоскоростное соединение с IP-адресом интернет-кафе Феникса, процесс потоковой передачи данных занял более трех часов. В полном объеме, единым блоком данные из лэптопа американского генетика были переданы на новый жесткий диск компьютера, находящегося в еврейском квартале иерусалимского Старого города, в офисе под скромной галереей музея.

Дальнейшая задержка произошла вследствие изощренного шифрования и установки многоуровневой защиты пароля самого жесткого диска. Однако алгоритмы взлома кодов высочайшей секретности всегда имелись в мобильных телефонах тайных агентов. Анализ содержимого компьютера был поручен необычайно одаренной, похожей на бродяжку компьютерной волшебнице по имени Зив.

— Информации здесь бездна. Я начала с сортировки файлов, вытягивая только относящиеся к конкретной программе. Обычно я сначала ищу исходные тегов: они указывают путь происхождения данных, — объясняла она Коэну.

Ее рабочее место напоминало центр управления космическими полетами: множество плазменных экранов, армада плоских системных блоков и мигающие светодиоды. Рядом стоял, скрестив на груди руки, суровый раввин.

Коэн позволил невзрачной компьютерной фее немного поупражняться в техническом жаргоне. Это, похоже, придало ей уверенности. Ему было необходимо, чтобы девчонка оставалась мотивированной.

— Вот они, эти файлы, которые привлекли мое внимание. — Тонкие проворные пальцы порхнули по клавиатуре с немыслимой скоростью, и в центре монитора появился список. — Они, похоже, прилетели с сервера — точнее, из корпоративной сети.

Ее глаза были усталыми от многочасового сидения перед яркими плазменными экранами. К тому же Зив очень расстраивало, что рабочий день окончен, а раввин Коэн держит ее здесь. Было уже девять вечера, а он, похоже, и не думал заканчивать.

«Раввин, кажется, тоже немного нервничает», — подумалось ей.

«Ну, давай же, к делу», — мысленно торопил Коэн.

Вся фишка в том, что все они прилетели с одного домена и имеют один код страны: точка V-A.

Она подняла на раввина возбужденный взгляд и тотчас осознала, что он ничего не понял.

— Это сервер Ватикана. Помните, вы просили сказать, если я найду что-нибудь необычное?

Коэн безвольно уронил руки, рот его раскрылся.

— Вы уверены?

— О да. Прилететь могло только оттуда.

— И что это за файлы?

— В основном картинки, изображения. Ну и документы.

Раввин склонился к монитору, вглядываясь в имена файлов. Когда он увидел некоторые названия, голова пошла кругом. Во-первых, источником файлов был хост-сервер Ватикана, а во-вторых, даты их отправки умещались во временной промежуток между похищением оссуария из Иерусалима и анонимной отсылкой артефакта обратно на Святую землю морским контейнером из офиса DHL в Риме.

— Откройте этот, — велел он, указав на середину списка.

Зив поработала мышкой и вывела на монитор изображение. Когда оно в высоком разрешении заполнило экран, она скривилась:

— Ой! Жуть какая…

У раввина едва не подкосились колени, когда он вгляделся в снимок скелета во весь рост, выложенного на черном резиновом коврике. На снимке были видны даже блестящие края столика из нержавейки. Он так и знал! Оссуарий не был пустым.

«Древние тексты священников никогда не лгут», — подумал он и дрожащим голосом проговорил:

— Я хочу посмотреть все.

— С вами все в порядке?

Побледневший как мел раввин был похож на призрака.

Он кивнул, не сводя глаз с изображения.

— Тогда двигайте сюда кресло, — сказала Зив. — Файлы почти все в формате «Power Point», и мы сейчас запустим слайд-шоу.

22

Три раза Зив прогнала раввину все изображения и почувствовала, что больше не в силах смотреть на эти снимки: настолько неприятными были эти «картинки».

На отмеченных виртуальной ручкой изображениях были желтые маркировки и круги вокруг объектов, на которые следовало обратить внимание. Коэн внимательно изучал каждую деталь: ребра скелета с отметинами ран; раздробленные сочленения костей на запястьях и лодыжках и оставшиеся там вкрапления ржавчины, расколотые колени. Совсем немного времени он уделил фотографии с тремя черными, грубо выкованными гвоздями, еще меньше — двум монетам, выложенным рядышком.

Снимки оссуария в разных ракурсах несли на себе много желтых «чернил» — стрелочек, указывавших на дельфина с трезубцем на боку ларца. Раввин едва не наяву услышал, как выкрикивает богохульства его дед из могилы.

Лишь немногие стрелки указывали на менее интересные розетки и штриховки, выгравированные на фронтальной стенке оссуария и его выгнутой крышке. Коэн не мог не заметить, что крышка на этих снимках была целой. Может, ее раскололи во время тайной пересылки из Рима?

Были среди изображений и слайды документов. Их раввин попросил Зив открыть в первую очередь. Там оказался перечень ключевых достижений и открытий, сделанных в процессе работы над скелетом. Все было предельно ясно: исследуемый первого века нашей эры, некогда обладавший отменным здоровьем, умер вследствие казни распятием. А пробы патины оссуария подтвердили предположение, что похоронен он был в Израиле.

«Под Храмовой горой. Где свой оссуарий намеренно спрятал Левий, дабы сбылись пророчества».

А сейчас пророчества подвергались опасности: многовековой давности план злонамеренно сорван. Ватиканом.

В одном из пунктов перечня, где должно было быть указано этническое происхождение, стояло лишь одно слово: «неизвестное», подтверждая наихудшие опасения раввина. Они сделали анализ ДНК.

Он даже не заметил, что громко заскрежетал зубами.

Зив прервалась на пару минут — размяться, сбегать в туалет и в очередной раз наполнить свою чашку кофе. Когда она вернулась, раввин не пошевелился. Только застывший взгляд сделался еще мрачней.

Коэн заворожено смотрел на трехмерное изображение внешности человека, воссозданное благодаря тщательнейшим замерам и вычислениям в процессе лазерного сканирования скелета. На экране был мужчина тридцати с небольшим лет.

Коэн увеличил лицо неизвестного, глядя прямо в удивительные аквамариновые глаза, которые казались живыми и понимающими.

— Вы точно в порядке?

Раввин с трудом оторвался от монитора.

— С нами все отлично.

«С нами? За кого это он еще отвечает?» — удивилась про себя Зив.

Со вздохом Коэн откинулся на спинку и закинул руки за голову.

— Мне очень хочется знать, как они создали этот образ. — Он кивнул подбородком на монитор.