Завет Христа - Хефнер Ульрих - Страница 64

— Наш уважаемый специалист полагает, что речь идет о свитках, — вмешался Жан. — Они находились в сосудах, выполнявших роль футляра, и очень походили на свитки из Кумрана. Никакой карты сокровищ там не было, если вы об этом.

— Ля-ля-ля, карта сокровищ, — пропел профессор. — Духовные ценности часто намного дороже денег, золота и алмазов.

— Но что могло находиться в сосудах? — спросила Яара.

— Как именно звали рыцаря, которого вы обнаружили? Я, естественно, следил за сообщениями в прессе, но они были довольно поверхностны.

Яара порылась в сумке и достала листок бумаги.

— Его звали Рено де Сент-Арман.

Профессор затрясся от смеха и стал возбужденно колотить рукой по столешнице.

Яара вопросительно посмотрела на Жана.

— Я сказала какую-то глупость?

— Нет, mademoiselle, — прокудахтал старик. — Я просто смеюсь над тем, что некоторые вещи никогда не меняются.

— Я не понимаю.

— Видите ли, я всю свою жизнь занимался историей тамплиеров. Многие считали меня сумасшедшим и сбившимся с пути истинного, но я знал, что однажды его найдут — этого Рено.

— Я искала этого рыцаря в данных всевозможных библиотек, но безуспешно. Тем не менее именно это имя было начертано на гробе, и сказано, что он был одним из девяти. Я думаю, имелось в виду — одним из девяти основателей ордена.

— И вы совершенно правильно думаете, — ответил профессор. — Но вы ведь натолкнулись во время поисков на имя Аршамбо де Сент-Армана, верно?

Яара кивнула.

— Видите ли, это он и есть. Он использовал одно из своих многочисленных средних имен.

— Но почему? — спросил Жан.

— Говоря одним словом, друзей у него в графстве осталось немного после того, как он убил управителя графа. И он поступил именно так, как поступили бы и мы, если бы нас разыскивали. Мы бы маскировались. Аршамбо — это и есть наш рыцарь. И он единственный, судьба которого оставалась невыясненной, в то время как о смерти всех других существуют проверенные сведения. Де Пейен, Годфруа де Сент-Омер, Андре де Монбар, Гундомар, Годфруа, Ролан, Жоффруа Бизо, Пейн де Мондидье, Аршамбо де Сент-Арман. Я всех назвал?

Яара подтвердила это.

— Де Пейен, де Сент-Омер и Гундомар возвратились во Францию, где и умерли. Могилы Пейна де Мондидье и Годфруа расположены на Кипре, куда они бежали из Святой земли. Ролан и Годфруа Бизо остались на поле битвы под Иерусалимом, а де Монбар умер несколько позже недалеко от Тира, что в Ливане, после долгого путешествия по чужой стране. Только Сент-Армана не хватало в моей коллекции.

— А я об этом ничего такого не читала, — заметила Яара.

— Я никогда не публиковал результатов своего исследования. Терпеть не могу, когда в книгах остаются открытыми некоторые вопросы. Особенно когда последний большой вопрос еще не полностью выяснен.

— Что вы имеете в виду?

— Вы нашли сокровище тамплиеров. Благодаря ему они стали тем, весть о чем дошла и до нас. Благодаря ему они достигли богатства и безграничной власти, так что сам Папа склонился перед ними.

Жан покачал головой. Он чувствовал себя участником дрянного спектакля.

— И что же, по вашему мнению, должно находиться в свитках? — спросил он.

— Так вы еще не догадались, — прошептал старик. — В них написан завет Бога.

По комнате растеклось молчание. Снаружи по холодному стеклу окон стучал дождь.

ЧАСТЬ 3

ГИБЕЛЬ МОЛЧАНИЯ

…Вера — дело кротких; напротив, религия — профессия террористов…

40

Мюнхен, управление уголовной полиции Баварии…

Буковски возвратился из Берхтесгадена около двух часов ночи. Он устал как собака, а потому быстро разделся и рухнул на кровать. Но проснулся он еще до восхода солнца — его сотряс сильный приступ кашля. На носовом платке снова была кровь. Только после принятия лекарства он немного успокоился. Он сидел на краю кровати и думал.

«Ваше легкое черное, как угольная шахта», — заявил ему врач во время последнего осмотра два месяца назад. Буковски махнул рукой. «Все когда-то умирают — одни раньше, другие позже», — ответил он. Однако приступы кашля за последнее время участились. Около шести часов он снова заснул и спал до десяти, пока будильник не вырвал его из сна без сновидений.

Сорок минут спустя он уже сидел за своим столом на службе. Лизы в офисе еще не было. На столе у него лежала толстая папка — предварительный результат вскрытия трупа из массива Вацманна. Он пролистал папку и просмотрел заключение патологоанатома. Труп мужчины, возраст между шестьюдесятью и восемьюдесятью годами, состояние здоровья в пределах нормы, заболевания типичны для этого возраста. Согласно предварительному заключению старик умер в результате множественных отказов органов, что могло быть вызвано значительной кровопотерей. Ампутация рук и ранения в области лица были нанесены ему после смерти. Кто-то явно хотел затруднить опознание. Хотя имеющегося материала ДНК было достаточно, преступники, очевидно, знали, сколько времени занимает определение личности при помощи генетического материала. Перепроверка баз данных пропавших без вести ничего не дала, а обнаруженный ключ с глазом Гора на брелке до сих пор еще не подошел ни к одной двери. Буковски приказал расширить проверку пропавших без вести до масштабов всей Германии. От криминалистов также пришло сообщение. В нем говорилось, что в багажнике конфискованного, с согласия французской стороны, BMW были найдены следы крови той же группы, что и кровь жертвы убийства. Было отдано распоряжение о проведении сравнения двух ДНК.

Это дело представляло собой настоящий парадокс. Буковски ничего не знал не только о преступниках, но и о жертве и мотиве преступления. Он откинулся на спинку стула и еще раз мысленно прошелся по событиям. Началось все более шести недель назад со списанного на несчастный случай убийства священника церкви в Висе. Затем в монастыре Этталь жестоко пытали и замучили до смерти монаха. Обнаружили его распятым вниз головой, так же как и жертву в массиве Вацманна. Очевидно, поступая подобным образом, преступники хотели подать некий знак. Но кого они хотели запугать? Буковски вздохнул.

Несколько дней спустя произошло вторжение в церковь в Висе. Что преступники там искали?

Случайно появившийся пономарь спутал им планы. Ему тоже пришлось умереть. И вот теперь — убийство у подножия горы Вацманна. И за всем этим маячат фигуры мужчины с лицом дьявола и его сообщника, боксера, как его назвала девушка из Миттербаха. Убийца-мафиози и уголовный преступник с юга Франции. Что же их связывает?

Один — профессионал, совершающий убийства ради денег, а другой — безмозглый убийца. Может быть, они познакомились в тюрьме?

Буковски покачал головой. Сантини, хотя во Франции его также разыскивали по обвинению в убийстве, никогда еще не сидел во французской тюрьме. А Марден, боксер, давно не оказывался под стражей. С их делами Буковски ознакомился вчера ночью.

И еще — обстоятельства их бегства. Их забрал вертолет. Значит, за всем этим делом стоит заказчик. Сантини и Марден явно заключили вынужденный союз в поисках чего-то или кого-то. Смерть мужчины у подножия массива Вацманна могла быть неумышленной. Они не сразу убрались из той местности. Следовательно, ни пытка, ни последующий поиск не привели их к успеху. Но что именно они могли так старательно искать?

— Должно быть, они ищут какой-то предмет, — пробормотал Буковски. — Иначе зачем им врываться в церковь? Человек определенно не смог бы там от них спрятаться.

Он встал и подошел к шкафу. Взял следственное дело и вернулся к письменному столу. Он еще раз ознакомился с биографиями обоих убитых священнослужителей. Они явно пересекались. Оба долгое время работали в Церковной службе древностей, оба специализировались на древних языках. Древнееврейский, арамейский, набатейский, пальмирский и мандейский. Это и был общий знаменатель.