Особенности эльфийской психологии - Патрикова Татьяна "Небо В Глазах Ангела" - Страница 106

– Как ты её назвал? – ласково пропевает появившийся неизвестно откуда Том.

За его спиной хмурит белокурые брови Улька. И все светлые перваки, что на свое горе собрались в коридоре, оборачиваются к ним. Темные стоят все так же неподвижно, словно за невидимой чертой, через которую могли бы переступить, но пока хватает сдержанности этого не делать. Откуда она в них? Кар и Машка весьма уважаемы на своей половине. Алый, к появлению которого они отнеслись более чем благосклонно, тоже наводит на мысли. И самый главный фактор – это Иля. Будущая Владычица Второго Дома – это вам не пустой звук. За спинами темных парней мелькают цепкие женские глаза. Вот кто куда опаснее всех них вместе взятых. Есть там и леди Рим-Доль, дочь Владычицы Первого Дома. Она на последнем курсе. Скорей всего, за свое поведение Иле отвечать именно перед ней. Поэтому я встречаюсь взглядом с Алым и на миг прикрываю глаза ресницами. Светлый едва заметно кивает, обозначая, что понял намек. И отделяется от группы темных. Идет к своим. Останавливается за спиной Или, кладет руку ей на плечо, сжимает. И тихо, ровно говорит, но таким тоном, что слышат все, и никто не рискует перебить или вмешаться.

– Ладно, Иль, простим убогого на этот раз.

– Он оскорбил Лию, – совершенно спокойно роняет на это темная, навязывая Душистому правила игры. Но они не зря вот уже неделю тренируются когда вместе, когда порознь, но сейчас у них полное взаимопонимание. Думаю, Андрей знал, что делал, когда предлагал нам всем настолько командную игру.

– Да, за такое ему, конечно, можно все оторвать, но ведь нам всем, и ему тоже хочется доучиться до последнего курса…

– Я могу сделать так, – тянет темная, позволяя себе улыбку, – что никто не подкопается.

– Да? – уточняет Алый с сомнением, смотрит на лицо пойманного в капкан светлого, бледного, как полотно. И убирает руку с плеча темной. – Ладно. Тогда…

– Ты ведь светлый! – восклицание вполне оправдано, но озвучивший общую мысль натыкается на взгляд Алого. Голос Душистого холоден и режет, как метал по стеклу.

– Антилия тоже светлая, но вам это не помешало смешать её имя с грязью. И что же, мое тоже смешаете, если скажу, что да, вожу дружбу с темными и да, только что был на их половине в гостях?

– Как в гостях? – и снова изумленный выкрик с задних рядов.

– Молча, – рычит в сторону светлых Машка, – Он был у меня. Мы вместе делали домашнее задание, – и тут же, бандитски ухмыльнувшись, вопрошает. – Что, съели?

Такое заявление надолго отправляет светлых в прострацию. А Иля, на миг сильнее сжав пальцы и выдавив из зачинщика этого безобразия придушенный писк, отступает от него, отпуская. Парень оседает на пол, как подкошенный. И именно в этот момент на этаж врываются коммандос. Двое светлых, двое темный – стандартный наряд. Вот только их нынешняя реакция на происходящее весьма далека от стандартной.

– Иля, – изумленно выдыхает один из светлых коммандос, – ты чего?

Темная поводит плечами, смотрит на игроков своей команды и спокойно, без надрыва говорит, что светлый, валяющийся у нее в ногах, назвал Лию девушкой легкого поведения.

– Да? – уточняет светлый, первым заговоривший с ней, переглядывается с темными коллегами и говорит за всех, – Ну мы тогда на улице подождем, – и все четверо молча покидают холл общежития. Им в спины летят недоуменные взгляды с обоих сторон, как со светлой, так и с темной. Рутберг и Улька криво ухмыляются. Наши бессменные судьи прекрасно понимают, почему коммандос, не сговариваясь, предоставили нам тут самим разбираться. Меня они не заметили, я стоял в тени стены.

– Что это было? – со стороны темных вперед выходит Ингианисса Рим-Доль, та самая дочь Владычицы Первого Дома.

– Взаимопонимание и толерантность в чистом виде, – услужливо поясняю я, снова выходя из тени. – Надеюсь, вы простите юную леди Вик-Холь за столь импульсивные действия? Она защищала женщину своего маленького клана.

– Вы хотели сказать, класса? – осторожно уточняет темная. Красивая. Эта даже красивее, чем наша Иля, хоть и не белокожа, как Вик-Холь.

– Нет. Именно клана.

– И вы уверены, что её одноклассники позволяют ей так считать?

– Абсолютно, – я перевожу глаза на Ульку и Тома. Спрашиваю. – Куда Лию дели?

– Куда-куда, – ворчит Улька, – У Гарри заперли, а то она бежала тут их всех разнимать.

– И Фаля с ними оставили, – добавляет Том. – Не хватало еще, чтобы они обе здесь оказались.

– И что же, – повторяет свой вопрос Рим-Доль, но на этот раз адресует его Тому и Ульке. – Вы оба согласны с тем, что женщина моего народа превращает ваш класс в свой маленький клан?

– Мы-то еще что! – фыркает на это Том, не выказывая темной владычице подобающего почтения, говорит, как с равной. В этом весь Рутберг, но ему можно. О его подвигах на Арене шепчется весь университет, – Вы у него спросите, – Том кивает на Алого и расплывается в говорящей улыбке. – Спорим, ответит, что не против.

Приходит время Алому фыркать. Он жмет плечами и в ответ на пристальный взгляд леди Рим-Доль, объявляет:

– Не думаю, что есть что-то зазорное в том, чтобы подчиняться сильнейшему воину класса.

– Но она же темная! – восклицает какой-то светлый.

– И что с того? – снова пожимает плечами Алый и голосом, исполненным достоинства, проповедует. – С недавних пор мы прекрасно ладим.

– Ага, – не удержавшись, комментирую я. – Всегда, но только не тогда, когда встречаетесь на поле.

Все взгляды тут же обращаются ко мне, а я никак не могу стереть с лица интригующую усмешку.

– Слушай, – влезает Машка, – мог бы и подыграть!

– Теперь понятно, почему Андрей тебя вредным называет, – поддерживает собрата Карунд. Меч, который он все это время сжимал в руке, исчезает.

– А сами-то? Думаете, кто меня к вам направил? У него аж сердце прихватило, как почувствовал, что у вас тут что-то не то.

– Серьезно? – не купившись на мой легкий тон, уточняет Иля и внимательно смотрит на меня. Врать ей я не собираюсь. Такая реакция психолога мне тоже весьма не понравилась.

– Да.

– Слушай, а ты не думал, – говорит Том, оттесняя в сторону заступающих им дорогу светлых. – Может, его успокоительным каким-нибудь отпаивать хоть иногда?

– Думаешь, он пить станет? – с сомнением спрашиваю я, и Том тушуется. Конечно, Андрей так просто не согласится на такую меру, я даже могу себе представить, как он отказывается, говоря, что не барышня, чтобы успокоительное пачками глотать. – А подмешивать тайком – низко.

Они молчаливо со мной соглашаются. И мы все, как я понимаю через секунду, забываем, что сейчас в этом холле не одни.

Вопрос леди Рим-Доль разрезает тишину. Я вздрагиваю, некоторые из присутствующих, кажется, тоже.

– Кто такой Андрей?

– Наш классный руководитель, – отвечает ей Машка. – Он завтра придет с Марфинусом общаться. Так что если хотите, леди, тоже можете с ним познакомиться.

– Хочу, – заявляет та, не задумываясь, и возвращается на темную половину, вслед за ней уходит большинство из темных. Не оборачиваясь, словно бояться им тут нечего. Правильно делают, светлых давно пора на место поставить.

Именно в этот момент возвращаются коммандос. Сейчас первым заговаривает один из темных.

– Ну что, уже разобрались, кто тут самый сильный?

– Нет пока, – отмахивается Алый и обращается к своим недавним товарищам, светлым первокурсникам, – По личному опыту могу вам, ребят, сказать только одно, у них, – он кивает на темных коммандос, – женщины сильнее мужчин. Их обучают по-другому. Поэтому нас с вами встречали только парни. Жалели нас, глупых.

– Нет…

– Не может быть…

– Неправда…

Но Алый продолжает все так же спокойно, с расстановкой:

– К тому же, они все сюда попадают позже нас, то есть в большинстве своем они старше нас всех. Значит, у них было больше времени научиться сражаться внутри своих кланов.

– И с чего ты вообще такое взял? – тихо спрашивает кто-то.

Алый подозрительно горько усмехается.