Особенности эльфийской психологии - Патрикова Татьяна "Небо В Глазах Ангела" - Страница 85

Для следующей своей реплики мне даже играть особо не пришлось. Я округлил глаза и вполне искренне ужаснулся:

– Это как? – смотрел я в этот момент на светлых.

Вперед шагнул тот самый золотокосый и высокорослый.

– Обманом завлек командора на свою территорию и удерживал там до утра.

Я не знаю, что в этот момент мелькнуло у меня на лице, но светлый нахмурился. Я же посмотрел на командоров.

– Барсик, а в твои обязанности, как командора, входит половое воспитание твоих бойцов?

– Андрей, – голос командора просто-таки сочился вежливостью и политкорректностью по отношению ко мне, убогому. – Половым воспитанием занимаются в школе, иногда, но очень редко, на начальных курсах университета, но все мои бойцы, уверяю тебя, половозрелые особи мужского пола, и в такого рода уроках не нуждаются.

– Разумеется, не нуждаются, – важно покивал я и добавил, глядя уже не на Барсима с рыжим на руках, а на золотокосого. – Ведь как можно не догадаться, чем двое мужчин могут заниматься в одной комнате поздно ночью после дневного свидания.

– Это ложь! – воскликнул светлый, и уши у него, не иначе, как от ярости, покраснели.

– Я так понимаю, именно об этом вам сказали темные, когда вы попытались влезть на их половину? – сам испугался, услышав свой голос. Таким ледяным я его еще никогда не слышал. – И вы не поверили и полезли на рожон. В итоге разбудили командоров, и они уже битый час или даже больше вас тут успокаивают, так?

– Что ты понимаешь… – зашипел на меня светлый, а товарищи его молчаливо поддержали хмурыми, как туча, взглядами. А этот парламентер еще и добавил, – Человек. – конечно же, презрительно и с легкой брезгливостью. Я уже говорил, что терпеть не могу такого отношения? Поэтому ответил эльфу холодным взглядом.

– Лишь то, что вы горстка незрелых идиотов, лелеющих собственные комплексы на почве отсталого полового воспитания.

Со стороны темных в ответ на эту мою фразу раздался одобрительный смешок. Светлые, как по команде дернулись в их сторону и только хмурые взгляды командоров удержали их на месте. А я, тем временем, повернулся к темным.

– А вы что, думаете, лучше? – спросил я их. Лица илитири стали неприветливыми и, можно даже сказать, зверскими.

– В отличие от них, – темнокожий крепыш кивнул на светлых. – С половым воспитанием, как ты изволил выразиться, у нас все в порядке.

– А вот с уважением к Мурке явно полный раздрай.

– К кому?

– Ко мне, – рыкнул на подчиненного темный командор.

– Мы уважаем своего командора! – горячо запротестовал кто-то, кого мне не было видно за спинами других.

– Да? Тогда какого фига лезете не в свое дело? Или, раз вы тут весь из себя элитный боевой отряд, личная жизнь тоже перекочевывает в разряд общественной?

– Наше уважение на светлого не распространяется, – запротестовал темный крепыш.

– Почему? – в лоб спросил я. – Он сражался с вашим командором на равных, хоть, как и все из его отряда, относится к лучникам. Но меч ему, что очевидно, не чужд. Или вы думаете, что он Мурку силком в постель затащил?

– Думай, что говоришь, человек! – и снова эти незабываемые интонации. Что светлые, что темные – один фиг.

– В общем, так, – начал я строго, чувствуя, что скоро банально сорвусь, так как поджилки у меня трясутся так, что выть на одной ноте хочется, – Метелить друг друга этой вашей магией вам тут никто не позволит, что бы вы не думали о своих командорах и как бы всей этой фигней по их поводу не страдали. Да и сами посмотрите, здоровые мужики, а все в войнушку поиграть не терпится. По бабам, что ли, редко ходите? – а, глянув на темных, добавил, – Или по мужикам? – но не стал дожидаться ответа на риторический вопрос. – Поэтому у меня к вам чисто конструктивное предложение. Сегодня я своему классу, – кивнув в сторону стоящего в сторонке Кара, продолжил. – Я показываю немагическую спортивную игру, которая называется футбол. Хотите выяснить, кто у вас тут самый правый, сыграйте. На все про все неделя. На тренировки и создание поля, на пошив формы, в конце концов. В следующие выходные узнаем победителя.

– А если мы откажемся? – спросил кто-то из светлых.

– Прослывете слабаками. Магически не побоялись драться, а без магии, что, полный ноль? – ехидно протянул я и был вознагражден еще более хмурыми взглядами. Разумеется, нулями эти парни точно не были, но надо же мне было их как-то поддеть. – Если согласны, жду вас всех в классной комнате колокольчиков, о которой, я надеюсь, вы уже слышали. Сегодня в пять вечера. Посмотрите матч и решите, стоит ли игра свеч. А Барсика и Мурку я сейчас с собой забираю. Пусть помогут технику установить. Тем более, они с нами все равно играть будут, поддержите вы их или нет.

– С чего это ты так уверен? – не удержался и все-таки спросил Барсик.

Я расплылся в такой улыбке, что не будь позади меня Ир, наверное, всерьез подумал бы о том, чтобы распластаться на земле и прикрыть голову руками. Барсик за такую лыбу легко мог бы меня растерзать.

– Вы оба мои должники. Будете долг возвращать.

– И за что долг? – куда менее приветливо, чем раньше, уточнил Мурка.

– Сказать, или сами догадаетесь? – хитро прищурившись, уточнил я и перевел взгляд с одного на другого и обратно.

– Командор, – ошеломленно выдохнул золотокосый, – Это что же… он вас…

– Свел? – выдавил из себя темный крепыш.

И неожиданно тяжело и почти грустно вздохнул Мурка.

– Знаешь, Андрей, это, конечно, ценно, что ты сделал из себя всеобщего врага, чтобы отвлечь наших парней от насущной проблемы в лице нас с Тарэлем, но, может быть, хоть иногда ты будешь вспоминать об элементарном инстинкте самосохранения?

– Я у него уже спрашивал, – пробурчал светлый, стоящий рядом с ним, – И не помню, что он мне ответил, но его глаза отчетливо сказали…

– А что это такое? – поддакнул другу Ир.

Я даже смутился под таким их прессингом.

– Да ладно вам. Получилось же, – я окинул взглядом светлые и темные массы, внимающие нам больше с любопытством к живучести таракана, то есть меня, чем со злостью, как раньше. – Вон, мужики протрезвели и даже, как я посмотрю, вполне способны уже мыслить конструктивно. Или вы боитесь их тут одних оставлять? А я думал, светлые или темные, не так важно, но слово держать должен уметь любой уважающий себя мужчина.

– Только не темный! – крякнул кто-то из светлых.

– А вы что, так хорошо их всех знаете? – заинтересовался я, видя, что темные опять посмурнели.

– Да кто не знает темных!

– А я вот Мурке больше доверяю, чем Барсику.

– Ага, – неожиданно усмехнулся мне Барсим, – Только подарок, – он указал на кота у себя в руках, который издал в ответ на это гордое мяу. – Подарил мне, а не ему.

– Конечно, тебе. Чтобы задобрить и вредность понизить. А то еще кинешься из-за угла с голодухи.

Улыбка сползла с лица светлого командора. Он посмотрел на Ира, стоящего рядом со мной.

– Когда будешь его убивать, меня позвать не забудь.

Не растерявшись, я тут же ткнул Ира локтем в бок.

– Слышь, Барсик хочет свечку подержать, когда мы с тобой в одной постели будем.

– Убью, – одними губами произнес Ир, не глядя на меня. Но, зная об особенностях эльфийских ушей, я так понимаю, услышали все.

– Это наш новый психолог, что ли? – спросил темный крепыш, оценивающе оглядывая меня с ног до головы.

– Не может быть! – воскликнул на это светлокосый.

– Может-может… – разочаровал его Барсик и как-то не успел среагировать, когда один из темных шагнул к нему и полюбопытствовал, указывая на Бандита:

– Это котенок? У нас таких рыжих не бывает.

– Нет, – на удивление покладисто пояснил Барсик. – Это, как я понимаю, уже взрослая особь.

– Котята у них совсем маленькие, – вмешался Мурка и показал размер наших котят на пальцах, – Если пойдете на этот его футбол, увидите, они их в классе держат.

У темного загорелись глаза. Понятно. Диагноз: клинический кошатник. Интересно, как выглядит его собственная киса?