Забытый замок - Клименкова Антонина - Страница 59

– То есть вы?

– Угу, – приглушенно донеслось из бокала. – Раз существуем мы, то существуют и они. Как у вас говорят, мы – две стороны одной монеты. Как тень не появится без огня, так свет без темноты не будет светом. Мы нужны друг другу. И потому вечная борьба противоположностей – по-вашему, Добра и Зла – действительно никогда не прекратится. Только так можно удержать мир в равновесии. В конечном итоге, и мы, и они служим одной цели. Правда, в хлопотах на кухне мироздания всю грязную работу они всегда оставляют нам.

– И все-таки, где они?

Джеймс пожал плечами и снова потянулся за графином.

– Они везде. Их много, они вокруг нас. Они всегда следят за нами. Кстати, и за вами тоже. Большинство людей не могут их увидеть просто потому, что не в состоянии воспринять зрением тонкие слои пространства. А ангелы, в свою очередь, будучи существами эфирно-ментальными, не могут снизойти в грубую трехмерную реальность. Им, видите ли, больно упаковываться из своей двенадцатимерности в тесную вашу трехмерность.

– А вам как здесь, у нас?

– Спасибо, хорошо. Нам здесь очень даже нравится Ведь мы – твари низкие, грубые. Нам здесь, наоборот, просторно и свободно, есть где развернуться.

– Значит, если я правильно поняла, мир многомерен?! И вы не можете появиться в их пространстве, а они не могут спуститься к вам?

– Примерно так. Если представить мир как тарелку с супом, то пространства расслаиваются в буквальном смысле параллельно – в одном блюде, но не мешая и не смешиваясь друг с другом. Они плавают где-то поверху, как глазки жира. Ну а мы мутимся по донышку. Получается полная гармония, равновесие, согласие и идиллия. Если б не бульон – то есть ваш мир, человеческий. Вот здесь у нас с ними интересы не совпадают.

– Ах да, наши души.

– Они самые.

– Зачем? Вы нами играете?

– О нет. Мы лишь расставляем декорации. Играете вы сами – великую и бесконечную пьесу под названием Жизнь. Мы все – и они тоже – всего лишь ваши слуги: костюмеры, осветители, бутафоры и суфлеры. Ну и зрители, конечно. А цель этого представления одна – не дать заскучать Ему. – Джеймс выразительно поднял вверх указательный палец. – Творцу ведь все равно, кто за что борется, иначе он давно бы покарал, просто уничтожил неправых. Но Он выше Добра и Зла. Ему важно лишь равновесие.

– А равновесие достигается единством противоположностей, – вставила я.

– Умница. На лету схватываешь. Ну а у смертных задача простая – выжить. И что уж там вы, люди, для себя выберете – это ваше личное дело…

Я сделала понимающее лицо и промолчала.

Думаю, если б Джеймс был простым смертным, то грешника отъявленней и убежденней трудно было б сыскать. Полагаю, одно лишь гурманство и винопитие он возвел бы в ранг религии.

Отступление № 14, теософское. Продолжение откровений

Хороший коньяк на всех действует примерно одинаково. Он всегда располагает к доверительной, задушевной беседе.

Лично я крепких напитков не употребляю, и потому мне оставалось только старательно исполнять роль внимательного слушателя и помалкивать.

– Подумать только, кем я стал! – горько вздохнул Джеймс – Закулисным служителем! А ведь раньше у меня был свой собственный театр. Черт возьми, я был богом! Пусть мне не нашлось достойного места на Небесах, среди крылатых лакеев и блаженных льстецов, зато здесь, на земле, я сам стал Господом! Повелителем-Всемогущим, Всесильным! Мне поклонялись, мне строили храмы. Я защищал свой народ и отвечал на их молитвы. Я всегда был рядом и давал им все, в чем они нуждались. И за это все славили Имя Мое!…

– Я не хотел верить, что мой народ отвернется от меня ради пришельца, ради чужого бога,-добавил он, и зажегшийся было взгляд его вновь померк. – Признаюсь, я недооценил силу нового идола. Он и его последователи насаждали новую веру, не брезгуя никакими средствами. Мои люди молили о помощи. Но я сам стал изгнанником, как загнанный зверь. У меня не было приюта, мне оставалось лишь два пути – вечно скитаться, скрываясь от стражников новых Властителей Мира. Либо выбрать постыдную участь, которая ожидает всех бывших богов, сдавшихся на милость победителя. Я согласился стать пугалом новой религии! – с усмешкой заявил Джеймс – Тот, кому раньше поклонялись, теперь пугает смертных хвостом и копытами. Что ж, я не один такой. Nemo repente fuit turpissimus [9]. Отвергнутые боги всегда превращаются в чертей. Но это лучше, чем забвение. Так хотя бы остается надежда.

Он снова наполнил бокал. А я подумала: пусть я мало что понимаю в теософии, но вряд ли когда еще представится случай поболтать по душам со столь осведомленной персоной. Значит, надо задавать вопросы, не стесняясь. Узнаю много интересного.

– Так зачем же всемогущим богам нужны мы, люди?

– Я же сказал – им скучно, им невесело. Им нужно, чтоб их кто-то любил, почитал, поклонялся им. А еще люди – превосходное орудие в играх с другими богами. В меру самостоятельное и с неисчерпаемым запасом энергии. Ты не представляешь, сколько в человеке заложено сил. Одни эмоции чего стоят! Если научить человека правильно обращаться со своей энергией, не распылять попусту, то можно добиться потрясающего результата! Впрочем, ты сама человек и многого просто не в состоянии увидеть.

– То есть боги играют друг с другом, а нас используют как пешек?

– Совершенно верно. Пешек добровольных и самостоятельных. Они стали настолько ленивы, что не хотят утруждать себя ни чудесами, ни знамениями и предпочитают просто наблюдать.

– Но что значит «добровольных»? Как это понять? Разве у людей есть выбор?

– Теоретически – да, есть. Но практически – нет. Дело в самой человеческой сущности. Теоретически человек может остаться свободным, в стороне от вселенской битвы. И никто, ни Бог, ни дьявол, не будет над ним властен. Однако у людей имеется одно свойство – желания. Когда человек чего-то хочет и не может, не видит, как справиться с поставленной задачей самостоятельно, то он обращается за помощью. К высшим силам, например. Ему помогают разрешить проблему – с различной успешностью, конечно. И все. За каждую услугу приходится платить, и тут уже человек свободу свою теряет.

– Вообще, тема желаний неиссякаема. Умело манипулируя ими, вас можно заставить сделать все что угодно. Вот этим вы выгодно отличаетесь от животных – их желания ограниченны, скучны и банальны. Желания же человеческие поистине беспредельны – и чем больше вы получаете, тем больше хотите. Ну а если кто-то, не дай боже, свои мечты и грезы исчерпал, то всегда можно соблазнить чем-нибудь новеньким.

– Это называется искушение?

– Моя специальность, – галантно поклонился Джеймс.

ГЛАВА 50

В ванной привидение, рядом ведьма, под кроватью чернокнижник…

В моем распоряжении вновь оказалась та же комната в которой я провела свою первую ночь в замке. О, светлоокий Фрейр! Как давно это было! Ровно месяц прошел с тех пор. Помнится, тогда же меня еще хотел утопить какой-то злобный призрак… Отправившись в душ, я на всякий случай оставила дверь ванной приоткрытой.

Князь, верный самурай, уселся на пороге. Демонстративно развернувшись ко мне пушистым задом. (Век не забуду! Обязана коту по гроб жизни.)

Едва я успела намылить волосы, как раздался пронзительный голос Князя. Это не было простое кошачье «мяу». То был боевой клич сторожевого кота, встретившего врага лицом к лицу. Я протерла глаза и узрела… фен, зависший в метре от ванны. Он покачивался в воздухе, удерживаемый невидимой рукой, и угрожающе жужжал. Провод тонким хвостом тянулся до электрической розетки.

– А ну стоять! – заорала я страшным голосом, не обращая внимания на стекающий в глаза ужасно щипучий шампунь.

Фен замер.

– Не смей бросать! – продолжала я твердо. – Немедленно положи фен на место! Иначе я тебя так перекрещу, что мало не покажется. Ну, я жду! – И, занеся руку, дабы вразумить взбесившуюся бытовую технику, я громко начала, как учил дядя Адам: – Pater noster…

9

Никто не становится злодеем вдруг (лат.).