Забытый замок - Клименкова Антонина - Страница 67

67

– А-а-а!!! Не могу!! Оно по мне ползает!… – И слезы градом посыпались из моих глаз.

– Это всего лишь гусеница, – успокаивающим тоном заверил меня Энтони. – Вот посмотри, ее уже нет. Я ее выкинул, и сейчас ее слопают на завтрак птички. А если не слопают, она станет симпатичной бабочкой. Ну перестань, вытри слезы…

– Не могу, – всхлипнула я. – Она такая мохната-ая-а…

И тут Энтони сделал такое, от чего у меня не только слезы высохли разом, но и вся я остолбенела. Он обнял меня за плечи, притянул к себе и поцеловал в губы.

Минуту я боялась вздохнуть, шевельнуться и открыта глаза.

– Ты это чего? – выдохнула я наконец шепотом. – Я этого не хотела, я совсем о другом думала…

– Я знаю, – ответил он тихо, – я хотел.

Что? Я не могу поверить своим ушам!

– Я хотел вернуть долг, – поправился Тони.

– Ах, ты в этом смысле… Но это было вовсе не обязательно. Все-таки тогда упал вертолет, а сейчас – всего лишь гусеница…

– Извини. Просто я подумал, когда еще следующего вертолета дождались бы…

Солнце еще не показалось, но оно было уже совсем близко. Лучи его расцветили легкие кружева облаков всеми оттенками золота, спелых персиков и майских роз. Отражаясь от неба, свет нежным сиянием опускался на землю, окутывая, наполняя воздух, растворяя в себе тени.

ГЛАВА 56

Как обычно, утро приходит неожиданно

Трещит будильник –

На самом интересном…

Кыш, нечистая!

Хокку неизвестного русского автора

11 августа, к вечеру ожидается полнолуние

Утром я проснулась оттого, что по мне снова прошли мягкие лапы. Хотя, пожалуй, это было уже не утро, а скорее полдень. Впрочем, немножко поваляться в постельке…

Вдруг раздался грохот. Князь, сидевший рядом на подушке, единым духом прыснул из комнаты. А я, судорожно вцепившись в одеяло, вскочила на ноги и вжалась в бархатные драпировки балдахина. Не прекращая визга, я поняла, отчего весь шум: кто-то вылетел из шкафа, едва не снеся с петель дверцы, и, пулей срикошетив об камин, рухнул перед кроватью.

Из-за двери выглянула любопытная мордочка Князя. С моей позиции тоже ничего не было видно. Поэтому я решительно завернулась в одеяло и осторожно подошла к краю.

– Эй! Что ты тут делаешь?! – воскликнула я. – И чего ты потерял в моем шкафу?

– В каком еще шкафу? – хрипло спросил Энтони, держась за голову.

Именно его графское сиятельство и оказался виновником всего грохота.

– Ты что? Ты пьян? – изумилась я.

Ополовиненная бутылка джина в его руке навевала вполне определенные подозрения.

– С чего ты взяла? – Собравшись с силами, он сел, прислонился спиной к кровати. И на бутылку посмотрел, как будто в первый раз видит. – Не-е… Это не выпивка, это средство для опытов.

– И с чем же ты экспериментируешь? – спросила я, не скрывая в голосе ехидства. И вместе с одеялом сползла рядышком, на пушистый прикроватный коврик.

Но Тони и ухом не повел, завернул поплотней пробку.

– Что-то я проголодался… Венер, пошли, пожуем чего-нибудь?

Ужасно романтично начинается день! Не успела я проснуться – как парень моей мечты падает к моим ногам, а потом приглашает позавтракать тет-а-тет!

Когда я оделась и спустилась вниз, на кухне вовсю разгорался межклассовым конфликт, слышный во всем замке.

– Господин граф, позвольте, я накрою в столовой!

– Отстань, пожалуйста.

– Но, господин граф, хозяину замка не пристало кушать на кухне!

– Уймись, прошу тебя. Раз я хозяин, мне все пристало. Ты только отстань…

– Господин граф, ну что вы делаете?! Позвольте, я вам приготовлю…

– Да не надо мне ничего готовить! Я сам все сделаю. Брысь с глаз долой! Иди лучше кошек накорми.

– Уже накормила, господин граф.

– Всех? Точно? Вот иди и проверь!

С изгнанной нимфой я столкнулась в дверях. Покрасневший кончик носа и мокрые глаза говорили сами за себя. Причина ее огорчения выяснилась сразу же: вместо того чтоб заказать к завтраку какой-нибудь изысканный фуагра-аля-кутюр, Энтони вооружился поварским «палашом» и накрошил бутербродов!

– Нет, Венера, ты погляди! – воскликнул он, потрясая оружием кухонного назначения. – Хороша помощница! Кофе она варить не будет, потому что вредно. Бутерброды не ешьте – всухомятку нельзя. Во всем хозяину надо перечить!

– Ты задел ее профессиональное самолюбие, – сказала я, утащив из-под ножа дольку помидора. – Ты ничего не понимаешь – ты предпочел кулинарному искусству суррогат фастфуда.

– Это она ничего не понимает, – проворчал Тони.

Да, то были бутерброды. Но зато какие! На тонкий ломтик хлеба клался кусочек ветчины, который поливался майонезом, потом шло колечко помидора, которое накрывалось ломтиком сыра, и сверху все посыпалось зеленью. И все это он отправил в разогретую духовку – целый противень.

Покидав оставшиеся продукты обратно в холодильник и смахнув со стола крошки, Энтони уселся на широкий подоконник и сказал:

– Я понял, почему оказался в шкафу.

Через пару минут, уплетая горячие бутерброды (хрустящие снизу и тягучие от расплавившегося сыра сверху), я тоже все уяснила.

Прошедшей ночью, в отличие от меня, Энтони вообще спать не собирался. Лунную бессонницу он решил использовать творчески. Пролистав всю Книгу, Тони нашел занятный рецепт. Сваренное по нему зелье давало возможность заглянуть в прошлое. И, следовательно, увидеть много интересного.

– Это как в сказках? – уточнила я. – Посмотришь в ведьминский котел, и там тебе все покажут?

– Нет-нет-нет! – помахал бутербродом Тони. – Это совершенно иная технология. Гарантируется полный эффект присутствия.

По-прежнему сидя на высоком подоконнике, он пил ужасно вредный крепкий кофе, легкомысленно болтал ногами. Рядом, на своем обычном месте, дремала Жозефина. (Месяц назад она показалась мне глубоко беременной, и я никак не думала, что она может стать в два раза толще!) Кошка лениво подняла голову, ловя носом ароматы. Потом облизнулась. Но так как Энтони, увлеченно рассказывая о чудесном колдовском снадобье, не обратил на нее внимания, Жозефина ничтоже сумняшеся принялась пинать хозяина задней лапой. Опомнившись, Тони отломил ей кусочек горячего сыра, который Жозефина с аппетитом скушала, не вставая.

– Называется, она их кормила! – придирчиво заметил Энтони.

От второго кусочка кошка отвернулась с оскорбленным видом. «Зачем ты предлагаешь мне эту несъедобную гадость?!» – отчетливо отразилось на привередливой морде.

– Ну и фиг с тобой, моя дорогая. Короче, Венера, с помощью этого зелья можно подключиться к долговременной памяти замка. То есть можно увидеть все, что происходило в этих стенах на протяжении всего времени их существования, начиная с момента основания вплоть до этой самой минуты.

– Круто, – сказала я.

– Я нашел кое-что интересное, – добавил он, – и я хочу, чтобы ты тоже это увидела.

По его лицу я поняла: это «кое-что» замок запомнил не напрасно.

ГЛАВА 57

Про колдовское зелье и машину времени

Для путешествия вдвоем полбутылки джина было мало. Поэтому пришлось подняться на третий этаж, где располагалась алхимическая лаборатория.

Как в такой обстановке можно проводить научные опыты – ума не приложу. На длинных столах, на тумбах и стеллажах колбы, реторты и прочие пробирки по самые пробки утопали в пыли и паутине. В таких жутких условиях, по-моему, можно было создать исключительно жуткую отраву, но никак не зелье, пригодное к употреблению.

– «Сушеные крылья перуанских нетопырей», «Заспиртованные мозги китайских дятлов»… О! «Сверчки моченые с крысиными ушками в собственном соку» – а я-то в прошлый раз их обыскался…

Энтони читал этикетки на склянках, будто меню в ресторане.

– «Ил мертвого озера консервированный», «Ушная сера зомби первого призыва», «Лапки мокриц копченые», «Протоплазма фантома-утопленника»… Эй, Венера! Ты чего позеленела? В эликсир я ничего такого не клал. Вот смотри – все строго по рецепту.