Стрингер. Летописец отчуждения - Радин Александр - Страница 55

- Судьба твоя такая, - Алексей попытался встать. Суставы отозвались недовольным хрустом. Сапог скользнул по крыше, и он чуть не полетел в заросшую ряской жижу.

Едва удержался. Как же она воняла! Практически ощутимо, навязчиво. Что-то сродни тонкой смеси запахов протухшей воды, мертвечины и серы. Ночью совсем не чувствовал.

- Не шевелись, - зевнул Саян, - Под тобой «соска», справа, между бульдозерами - «мясорубка». Как ты вообще сюда по темну залез?

- Что значит «соска»? - застыл Смертин.

До бульдозеров еще метров пять, а эта - прямо под задницей.

Сектант явно получал удовольствие от замешательства Алексея. Он потянулся, как огромный кот, почесал пузо. «Мурлыкнуть» только забыл:

- «Соска»… «Соска» - это ловушка. Мерзкая. На болотах таких полно. Вот коснется сейчас твоя нога поверхности, и «соска» уже не отпустит. Начнет тащить вниз, в ил. И тебя даже «Камазом» не выволочь. Разве что ногу отрубать. Такая вот красотуля эта самая «соска».

- Дай пройти, - единственная безопасная дорога на берег пролегала через «копейку», на которой устроился Саян, - И дробовик отдай.

Аномалия булькнула тугими воздушными пузырями. Не слабо она пристроилась. Такой неровный темный блин метров на тридцать в диаметре. Почти все ловушки круглые. Почти все…

- Да ты чо! - показушно удивился бригадир.

Алексей скользнул взглядом, подыскивая что-нибудь потяжелее, остановился на камере, отметив, что она находится в «спящем» режиме. Он поспешно отключил, чтобы не тратить и так порядком измочаленную за ночь батарею.

- Ты меня, наверно, за НИИ еще ненавидишь. Зря. Я всегда следую зову Монолита и приказам Магистра и Полковника. Это они тебя лупили тогда в ангаре, - Саян щелкнул зажигалкой, прикуривая.

Все рожи крутые строит. Ерничает.

- Ну чего ты там! - вновь крикнул Бочка.

- Хорошая отмазка.

- Нисколько. Чистая правда. Зачем в Зоне кому-то от чего-то отмазываться? Проще пристрелить. Это ты все живешь своими тупыми убеждениями, вгоняя при этом нас в могилу. Я тебя знать не знал. Пришел приказ - и я поехал на НИИ, другой - я вышел к радару, - голос ровный и спокойный как у удава. Угомонись бандерлог и подойди ближе, ближе, ближе, - «Монолит» не хуже и не лучше других. Да, мы приносим жертвы, но этого требует Зона. Она здесь хозяйка. Зато мы исполняем самую важную миссию. Не допускаем к исполнителю идиотов вроде тебя. Мир висит на волоске с тех пор, как он появился. Одно только желание и он может в корне измениться. Ты даже не понимаешь всю серьезность ситуации. Ни один «монолитовец» ни разу не использовал близость к кристаллу, даже в пользу всеобщего блага, - бригадир был очень серьезен. Серьезней не бывает.

- Ты в этом уверен?

- Иначе за периметром не было бы ни одного сталкера, - пожал плечами старший.

- Может ваша вера не настолько крепка, а потаенные желания совсем другие? - вызывающе спросил стрингер.

- Может и так. Я не проверял.

Саян встал и направился к берегу, ловко перепрыгивая с одной машины на другую. «Benelli» он засунул в салон «копейки», так что ствол торчал из разбитого бокового окна. Смертин осторожно перелез на соседнюю развалюху, достал ружье и начал пробираться следом за старшим, стараясь запомнить и повторить каждое его движение. Зона уже научила.

Лысому под утро стало плохо. Он облевал всю трубу, размазав по ней и остатки ужина, и завтрак, поэтому Кляп и Рябой устроились на вершине мусорной горы у дыры входа.

- Ну, как? - посмотрел на узбека Саян.

Тот только выразительно покачал головой:

- Нашли? - увидел он Смертина, - Странно, начальник. Живым я его и не чаял… Здесь под утро слизень прошел, - пнул узбек ногой измазанную розовой гадостью железку, - Вы в сумерках поди и не видели.

- Говно не тонет. Даже в Янтаре, - процедил бригадир, посматривая на стрингера.

- Да видели, видели, - закивал Бочка, - Саян чуть в целую лужу не вляпался. Подсохла уже.

Еще один падальщик Зоны. Гигантская желеобразная субстанция, рыскающая ночами в поисках трупов. Слизень двигался очень медленно, оставляя за собой влажный след. Он переваривал все, что попадалось на пути. Будь то останки псевдопса или спящий сталкер. Не самая завидная судьба, очнуться в тот момент, когда на тебя наползло нечто тяжелое, мокрое и жгучее. Слизь твари легко растворяла даже резину.

- Вы будете смеяться, но его логово - соседняя труба, - показал Кляп, - Хорошо, что в потьмах не перепутал, - он, конечно, пытался шутить, но у таких хладнокровных ребят это выходит келейно и чернушно.

- На все воля Монолита, - в своем стиле ответил бригадир.

Из трубы вывалился, не переставая рыгать, Жора. Лицо бледнее, чем у зомби. Губы мучительно изогнуты. Совсем сдал, а еще вчера прыгал, как сайгак.

- Саян… - протянул он измазанную блевотиной руку. Пахнуло кислотой и болезнью.

- Иди ты, - отошел бригадир, - Вколи ему какой-нибудь дряни. Да так чтоб до самой печени продрало, - приказал он снайперу.

- Выходить пора, - узбек начал паковать рюкзак.

- Щас. Отойдет чуток.

Смертин крупным планом взял помятую физиономию лысого. Навел на глаза. Так, чтоб было видно всю печаль и безысходность. Они кричали болью. А стрингеру было его совсем не жалко. Ни капельки. Как обычно за объективом камеры. И ничего, что они прикрывали друг друга в Припяти. Все равно он был сволочью. Ведь вряд ли выкарабкается.

Посидев немного, решили выдвигаться. Бочка, кривясь от отвращения, помог бугаю вылезти из их временного укрытия. Он был явно в другой весовой категории, поэтому выразительно крякнул и сгорбился, стараясь удержаться на ногах. Лысый постепенно приходил в себя. Теперь его организм держался в основном на буржуйской химии.

- Там лощина, - остановил всех узбек, который вновь вел. - Идите четко по дну. На взгорки не лезьте.

- А этот слизень… он же как… как… - профессиональный журналист не мог найти подходящего слова, - как… пудинг. Чем же его… уничтожать? - выговорил, наконец, Алексей обращаясь к насупившемуся Рябому.

- В таком случае задний проход должен быть всегда расслаблен. Ну, чтобы получить как можно меньше увечий, - хохотнул бредущий сзади Бочка. Лысого повело, но он тут же схватил его за плечо.

- «Кисель» все видят? - стандартно предупредил узбек.

«Кисель» видели все.

Жора опять начал блевать. Не надо было ему давать воды.

Саян его не кончил, хотя Смертин был уверен в подобном исходе, как в том, что Билл Гейтс умер миллиардером, так и не дожив до банкротства «Microsoft». П-О-Ч-Е-М-У? Неужели он так его и не прощупал. Ну, да. Сектант в свободное время - палладин-освободитель, а его хобби - сбор одуванчиков и написание стишков. Естественно в перерывах между праведными боями. Хрень какая-то. Обязан он его кончить. По закону жанра, диктуемого Зоной. Ведь он же беспредельщик-«монолитовец». Недочеловек, да к тому же лидер группы, который должен понимать, что далеко с таким не уйти.

Алексей не знал, что сектанты скорее рванут на себе взрыв-пояс, чем бросят своих. Последний громкий привет для них проще. А того, кто бросает брата по вере, Монолит никогда не примет.

По коленям захлестали мясистые ветки неизвестного тростника. Они поднимались все выше. До пояса, а потом и до груди. Как будто тянулись к солнцу прямо на глазах. Идти стало тяжело.

- Стоп, - скомандовал Кляп, - У меня болты кончились, - повернулся он к группе. Есть у кого?

- А последний? - спросил Саян, плеская из фляжки на ладонь и протирая вспотевшую шею.

- Забыл.

Стрингер пошарил по карманам и достал блестящий стальной шарик.

- Это что? - не понял узбек.

- Шарик. От подшипника. Они удобнее, - подкинул его в руке Смертин.

Кляп истошно загоготал, а вместе с ним и остальные. Только лысый не разделил всеобщего веселья. Жоре было не до того.

- Да что не так? - растерялся Алексей. Только потом он увидел, что узбек держит в руках моток жгута.

- Знаешь почему используют болты и гайки? - выдавил сквозь смех Бочка.