Медведь и Дракон - Клэнси Том - Страница 105

Затем Провалову сообщили, что субъект подъехал к обочине и остановился. Два автомобиля, ведущие слежку, проехали вперёд, дав возможность новым машинам приблизиться и остановиться.

– Он выходит из машины, – доложил майор ФСБ. – Я тоже выхожу и последую за ним пешком. – Для своего звания майор был очень молод, что обычно является характерным признаком не по годам способного и многообещающего молодого офицера, стремительно делающего карьеру, как в данном случае. У двадцативосьмилетнего майора было красивое лицо и дорогой костюм, как у нового поколения московских бизнесменов. Он оживлённо говорил в свой сотовый телефон, что никак не способствовало образу человека, занятого наблюдением. Это дало ему возможность приблизиться к Суворову на тридцать метров и следить за каждым его движением ястребиными глазами. Такие глаза были необходимы майору, чтобы заметить самый элегантный из манёвров, осуществляемых шпионами. Суворов/Конев сел на скамейку, правая рука уже в кармане плаща, тогда как левая разворачивала газету, которую он захватил из машины. Это окончательно убедило майора, что субъект собирается совершить что-то нехорошее. Газета всегда представляет собой удобное средство маскировки для шпиона, нечто, призванное скрыть действия, осуществляемые основной рабочей рукой, подобно тому, как фокусник нарочито энергично размахивает одной рукой, в то время как другая занимается самим фокусом. И в данном случае субъект проделывал манёвры настолько искусно, что, если бы майор не был отлично подготовленным контрразведчиком, он, скорее всего, ничего бы не заметил. Он занял место на соседней скамейке и сделал вид, что набирает другой номер на сотовом телефоне. Затем он начал оживлённо говорить с воображаемым деловым партнёром и успел заметить, как субъект встал и пошёл с рассчитанной небрежностью к стоящему рядом «Мерседесу».

Увидев, что субъект отошёл на сотню метров, майор Ефремов набрал правильный номер.

– Это Павел Георгиевич. Я останусь здесь, чтобы проверить, что оставил перед отъездом наш субъект, – сообщил он на базовую станцию. Майор скрестил ноги и закурил сигарету, наблюдая за тем, как фигура садится в машину и уезжает. Когда Суворов уже был далеко за пределами видимости, Ефремов встал, подошёл к соседней скамейке и протянул руку под неё. О да. Магнитная коробочка. По-видимому, Суворов пользовался этим местом в течение некоторого времени. Он приклеил стальную пластинку под скамейкой, окрашенной в зелёный цвет, и теперь мог прикладывать к ней намагниченную коробочку… толщиной около сантиметра, определил на ощупь Ефремов. Их субъект на самом деле оказался активным шпионом. Он только что заложил информацию в тайнике.

Услышав это, Провалов испытал волну возбуждения, словно увидел убийство, совершенное перед его глазами. Теперь они стали свидетелями того, как подозреваемый совершил государственное преступление. Отныне Суворов в их руках. Они могут в любой момент арестовать его. Но так они, конечно, не поступят. Офицер, руководящий операцией, сидевший рядом с Проваловым, приказал Ефремову изъять контейнер для обследования. Это нужно сделать быстро, потому что контейнер необходимо вернуть на место. В руках у них была только половина шпионской группы. Вторая половина явится сюда, чтобы забрать коробочку.

Они увидели то, что искали в квартире подозреваемого. Это был компьютер. Включив компьютер, они увидели множество файлов, но только один из них был с зашифрованным содержанием. Раньше им не приходилось сталкиваться с такой программой кодирования. Она была американской, и её название записано. Сделать что-нибудь ещё они не могли. У них не было с собой соответствующего диска, чтобы скопировать зашифрованный файл. Это они могут исправить и одновременно записать программу шифрования.

Им придётся установить прослушивающее устройство на клавиатуру. Таким образом, они смогут воспользоваться паролем Суворова, чтобы взломать зашифрованный файл. Придя к этому заключению, группа взломщиков покинула квартиру.

Следующий этап был фактически предопределён. Они следили за «Мерседесом», продолжая использовать тип слежки со множеством автомобилей, но им повезло, когда самосвал – по-прежнему одна из основных форм движения на московских улицах – оказался ближе всех. Субъект остановил германский седан, и ему потребовалось всего несколько секунд, чтобы прикрепить бумажную полоску к столбу уличного освещения.

Сразу после этого он быстро сел в «Мерседес» и поехал дальше. Он даже не оглянулся вокруг, словно сделал что-то самое обычное.

Но это не было чем-то обычным. Суворов только что оставил флажок, знак кому-то неизвестному, что в тайнике заложена информация. Этот неизвестный пройдёт или проедет мимо флажка, увидит его и поймёт, что ему следует предпринять. Вот поэтому им следует как можно быстрее изучить содержимое капсулы и вернуть её на место. В противном случае вражеский шпион поймёт, что он и его сообщник раскрыты. Нет, они не собирались совершать такую грубую ошибку и сорвать операцию. Это будет сделано лишь в том случае, когда станет действительно необходимым. Разоблачение шпионской деятельности напоминает действия человека, распускающего свитер на молодой прелестной женщине. Он не перестанет наматывать клубок шерсти до тех пор, пока не обнажатся её сиськи, сказал Провалову офицер ФСБ, командующий операцией.

Глава 24

Детоубийство

– Что это? – спросил президент во время утреннего брифинга.

– Это новый источник «ЗОРГЕ», его назвали «Славкой». Боюсь, что как поставщик разведывательной информации эта представительница пернатых уступает «Певчей птичке», хотя сообщает немало интересного об их министрах, – добавил доктор Гудли с притворной деликатностью.

Кем бы ни была «Славка», понял Райан, – это, несомненно, женщина – она вела дневник с весьма интимными подробностями. Она тоже работала на министра Фанг Гана, и создавалось впечатление, что он влюблён в неё. Она если не была влюблена в него, по крайней мере, вела записи о его деятельности. Обо всех видах его деятельности, увидел Райан. Они были настолько интимными и описывали их отношения с такими подробностями, что его глаза расширились в столь ранний утренний час.

– Передай Мэри-Пэт, что она может продать эту информацию в мужской журнал «Хастлер», если хочет, но такой материал не нужен мне в восемь утра.

– Она включила эту информацию, для того чтобы вы получили представление об источнике, – объяснил Бен. – Этот материал не касается политических вопросов, как тот, что мы получаем от «Певчей птички», но, по мнению Мэри-Пэт, он даёт нам самое подробное представление о характере министра, что может оказаться полезным, и там есть некоторая политическая информация вместе с описанием его сексуальных наклонностей. Создаётся впечатление, что этот Фанг является мужчиной с… э, так сказать, с похвальной энергией, хотя девушка, о которой идёт речь, явно предпочла бы более молодого любовника. По-видимому, у неё был такой любовник, но Фанг отделался от него.

– У мерзавца собственнические инстинкты, – сказал Райан, просматривая этот раздел. – Ну что ж, полагаю, что в этом возрасте приходится держаться за то, что тебе нужно. Это говорит нам о чём-нибудь?

– Сэр, это говорит нам о том, какие люди принимают там решения. Здесь мы назвали бы их сексуальными хищниками.

– К этой разновидности у нас принадлежат некоторые люди, состоящие на федеральной службе, – заметил Райан. В газетах только что был опубликован материал об одном сенаторе.

– По крайней мере, не в этом кабинете, – сказал Гудли своему президенту. Он не добавил «больше не принадлежат».

– Ну что ж, этот президент женат на хирурге. Она умеет пользоваться острыми инструментами, – ответил Райан с лукавой улыбкой. – Значит, поднятый вчера вопрос о Тайване был всего лишь отвлекающим манёвром, потому что они ещё не приняли решения о том, как им приступить к обсуждению вопросов торговли?