Радуга Шесть - Клэнси Том - Страница 127

Проект спасет саму Природу, и в Проекте принимают участие относительно немного людей, меньше тысячи, плюс те, кто был отобран для того, чтобы выжить и продолжать усилия по сохранению Природы, не догадывающиеся о том, что их жизни не будут принесены в жертву за преступления, совершенные от их имени. Большинство так и не узнают, какой является причина их выживания, что они были женами, или детьми, или близкими родственниками членов Проекта, или обладали профессиями, в которых нуждается Проект: летчики, механики, фермеры, специалисты связи или что-нибудь еще. Придет время, и они могут догадаться об этом, — такое будет, разумеется, неизбежным. Кое-кто проговорится, а другие услышат это. Когда слушатели поймут это, они, вероятно, придут в ужас, но к тому времени будет уже слишком поздно предпринять что-нибудь. В этом была какая-то чудесная неизбежность. Конечно, исчезнет кое-что, по чему он станет скучать. Театр, хорошие рестораны Нью-Йорка, например, но в Проекте будут, несомненно, хорошие повара и, конечно, в их распоряжении будут удивительные продукты, с которыми они могут работать. Поля в Канзасе, окружающие здания Проекта, будут выращивать столько зерна, сколько понадобится, и там будет крупный рогатый скот, до тех пор пока прерии не наполнятся бизонами.

Проект будет снабжать себя мясом с помощью охоты. Стоит ли говорить о том, что некоторые члены возражали против этого — они были против того, чтобы убивать кого-нибудь, но более спокойные и умные головы возьмут верх в этом вопросе. Человек является одновременно хищником и производителем инструментов, так что против использования ружей не будет возражений. Гораздо более милосердный способ убивать на охоте, а ведь людям нужна еда. А через несколько лет люди оседлают коней и поскачут на них убивать нескольких бизонов и возвращаться домой со здоровым мясом с низким содержанием жира. Охотиться будут и на оленей, лосей и вилорогих антилоп. Зерновые и овощи будут выращиваться фермерами. Все начнут хорошо питаться и жить в гармонии с природой — ружья не такой большой прогресс и не так уж значительно отличаются от лука со стрелами, и они смогут изучать естественный мир в относительном спокойствии.

Такое великолепное будущее можно предвкушать, хотя первые месяцы — от четырех до восьми — будут ужасными. Передачи по телевидению, по радио, газеты будут страшными, пока будет, кому их делать, кому смотреть, слушать или читать, но опять-таки у всего есть цена. Человечество, как доминирующая сила на планете, должно умереть и уступить место самой Природе, и останется ровно столько людей, чтобы наблюдать и оценивать, чем она была и что она делала.

— Доктора Чавез, пожалуйста, — сказал Попов телефонному оператору больницы.

— Одну минуту, — ответил женский голос. Потребовалось семьдесят секунд.

— Доктор Чавез слушает, — послышался другой женский голос.

— О, извините, я ошибся номером, — сказал Попов и повесил трубку. Великолепно, обе женщины, жена и дочь Кларка, работают в больнице, как ему и сказали раньше. Это является подтверждением того, что Доминго Чавез тоже находится в Герефорде. Итак, теперь он знает обоих — командира организации «Радуга» и одного из ее старших офицеров. Чавез — один из последних. Может быть, он возглавляет службу разведки? Нет, подумал Попов, для этого он слишком молод. Этот пост занимает, по-видимому, британец, старший офицер из MI-6, кто-то знакомый с континентальными разведывательными службами. А Чавез — полувоенный офицер, в точности как его покровитель. Это означало, что он, скорее всего, оперативник, солдат, возможно, руководит боевой группой. Конечно, это предположение с его стороны, но вполне обоснованное. Молодой офицер, отлично физически подготовлен, судя по сообщениям. Слишком молод для любой другой должности. Да, это разумно.

Попов украл у Майлза карту базы и пометил на ней расположение дома Кларка.

Отсюда он может совершенно точно проследить путь жены Кларка от дома на работу в местной больнице, а выяснить время, когда она работает, не составит труда. Это была хорошая неделя для русского разведчика, и теперь пришло время уезжать. Попов уложил вещи и пошел к арендованному автомобилю, затем поехал к центральному зданию мотеля, чтобы расплатиться. В лондонском Хитроу его ждал билет на «Боинг-747», на котором он вернется в международный аэропорт Кеннеди в Нью-Йорке. У него оставалось время, поэтому он отдохнул в комфортабельном салоне для пассажиров первого класса авиакомпании «Бритиш Эйруэйз», где стояли бутылки шампанского для своих престижных клиентов. Попов позволил себе выпить бокал, затем расположился в одном из удобных кресел и взял бесплатную газету, но, вместо того чтобы читать ее, он принялся обдумывать все, что ему удалось выяснить, и пытался понять, что будет делать его наниматель с полученной информацией. Пока он не мог прийти к однозначному выводу, но инстинкт подсказал Попову, что следует позвонить в Ирландию по одному из известных ему телефонов.

— Слушаю, это Хенриксен, — ответил он по телефону в своем гостиничном номере.

— Это Боб Окленд, — послышался голос полицейского суперинтенданта, который, вспомнил Билл, присутствовал на совещании. — У меня есть хорошие новости для вас.

— Да? И что это за новости, сэр?

— Зовите меня Боб, старина. Мы говорили с министром, и он согласен заключить контракт с «Глобал Секьюрити» по консультативному обслуживанию Олимпийских игр.

— Спасибо, сэр.

— Итак, ты не мог бы приехать к нам утром и обсудить со мной все детали?

— О'кей, отлично. Когда я смогу посетить место проведения соревнований?

— Я полечу вместе с тобой завтра после обеда.

— Великолепно, Боб. Спасибо, что выслушали меня. А ваши люди из SAS?

— Они будут ждать нас на стадионе.

— Хорошо, Боб. Заранее радуюсь возможности работать с ними, — ответил ему Хенриксен.

— Они хотят услышать от тебя, какое новое оборудование для связи ты сможешь им представить.

— Компания «Е-системз» только что начала производить их для нашей команды «Дельта». Каждая рация весит шесть унций, работает в реальном времени, 128-битовое кодирование, канал Х-бэнд, боковая полоса частот, передача резким увеличением радиоимпульса. Практически недоступна для перехвата и надежна в высшей степени.

— За что мы обязаны такой чести, Эд? — спросил Кларк.

— Благодари свою крестную мать в Белом доме. Первые тридцать комплектов уже высланы. Должны прибыть через два дня, — сообщил директор ЦРУ командиру «Радуги Шесть».

— Кто наша крестная мать в Белом доме?

— Кэрол Брайтлинг, советник президента по науке. Она занимается оборудованием для шифрования и после вашей успешной операции в парке позвонила мне и предложила снабдить вас этими новыми радио.

— Но ведь она не имеет допуска к «Радуге», Эд, — вспомнил Кларк. — По крайней мере, я не помню, чтобы ее имя было в списке.

— Видишь ли, Джон, кто-то, должно быть, сказал ей о вас. Когда она позвонила, то назвала пароль, и, кроме того, она имеет допуск практически ко всему, помнишь? Ядерное оружие, все виды коммуникаций и так далее.

— Она не нравится президенту, насколько мне известно...

— Да, я знаю. Радикальная защитница окружающей среды, обнимает деревья. Но она очень умна, а ее совет послать тебе новое снаряжение для связи характеризует ее с лучшей стороны. Я говорил с Сэмом Вильсоном, — помнишь генерала, командующего «пожирателями змей»? Его люди подписали контракт с энтузиазмом. Эти радио не поддаются глушению, шифрованные передачи, цифровая слышимость. К тому же они почти ничего не весят. — А как еще при цене в семь тысяч долларов за одно радио, но это включает расходы на исследование и разработку, напомнил себе Фоули. Он подумал, а не могут ли его оперативники использовать такие совершенные радио для своих тайных операций.

— О'кей, значит, два дня?

— Да. Насколько я помню, обычный рейс из Дувра на базу Королевских ВВС в Мильденхолле, оттуда на грузовике к вам. Чуть не забыл, еще кое-что.