Сила шести - Лор Питтакус - Страница 54

Он качает головой. Сзади слышно, как с треском распахиваются двери церкви.

— Его нет, — говорит Крейтон. Но не успевает он повернуться, чтобы открыть огонь, как воздух прорезает визг колес. Пластиковый тент, под которым скрывался пикап, слетает, и он юзом срывается с места. За рулем с безумными глазами сидит Гектор. Подъехав к нам, он бьет по тормозам. Пикап резко останавливается. Гектор тянется и открывает пассажирскую дверь. Я бросаю Ларец на сиденье рядом с Гектором, и мы с Эллой запрыгиваем в машину. Крейтон остается снаружи, пока не выпускает весь магазин по могадорцам, выбегающим из дверей церкви. Несколько падают, но их слишком много, чтобы всех перестрелять. Крейтон прыгает в машину и захлопывает дверь. Колеса вгрызаются в булыжник. Слышен звук еще одной подлетающей ракеты, но колеса наконец схватываются с мостовой, и мы мчимся по Кале Принсипаль.

— Я люблю тебя, Гектор, — говорю я. Я просто не могу удержаться: При виде его за рулем меня переполняет теплое чувство.

— Я тоже тебя люблю, Марина. Я тебе всегда говорил: держись Гектора Рикардо — он о тебе позаботится.

— Я никогда в тебе не сомневалась, — отвечаю я. И это неправда: сегодня утром я в нем усомнилась.

Мы доезжаем до подножия горы и минуем знаки, обозначающие границу городка.

Я оборачиваюсь и смотрю в заднее стекло на быстро удаляющуюся Санта-Терезу. Я знаю, что вижу ее в последний раз. И хотя я много лет так хотела отсюда уехать, теперь это место стало для меня святым, потому что здесь нашла упокоение Аделина. Скоро городок пропадает из вида. И уходит в прошлое.

— Спасибо, сеньорита Марина, — говорит Гектор.

— За что?

— Я знаю, что это ты вылечила мою дорогую маму. Она мне сказала, что это была ты, ее ангел. Я никогда не смогу тебя за это отблагодарить.

— Я была счастлива помочь. А ты уже отблагодарил, Гектор.

Он качает головой:

— Еще нет. Но точно постараюсь.

Крейтон перезаряжает оба магазина и проверяет свой арсенал, а Гектор ведет машину по опасному серпантину. Мы подпрыгиваем, кренимся и скользим на крутых поворотах. Но, несмотря на всю нашу скорость, уже скоро вдалеке появляется караван машин.

— Не обращай на них внимания, — говорит Крейтон. — Только довези нас до озера.

Хотя пикап несется на полной скорости, караван сокращает разрыв. Через десять минут прямо над нами пролетает сноп огня и взрывается впереди пикапа. Гектор инстинктивно пригибается.

— Боже мой! — говорит он.

Крейтон поворачивается, выбивает прикладом заднее стекло и стреляет. Передняя машина конвоя переворачивается, и мы все радостно кричим.

— Теперь они намного отстанут, — говорит Крейтон, быстро перезаряжая магазин.

И они отстают, но только на несколько минут. Дорога становится еще опаснее, уходя серпантином круто вниз, и преследователи нас нагоняют. Гектор что-то бормочет на каждом повороте, до отказа вдавливая в пол педаль газа, задние колеса опасно заносит над самой пропастью.

— Осторожно, Гектор, — говорит Крейтон. — Не убей нас, пока мы не доедем до места. По крайней мере, дай нам шанс.

— У Гектора все под контролем, — отвечает Гектор, никак не успокаивая этим Крейтона, который сидит, до белых костяшек вцепившись в подголовник перед собой.

Единственное преимущество — это постоянные повороты, которые не позволяют могадорцам стрелять прямой наводкой. Но они все равно стреляют.

Проходя один особенно крутой поворот, Гектор не справляется с управлением, и мы вылетаем с дороги. Под углом семьдесят пять градусов пикап несется по жесткому склону, давя подлесок, разбрасывая камни и еле уворачиваясь от толстых деревьев. Мы с Эллой кричим. Крейтон воет, перелетев через переднее сиденье и врезавшись в ветровое стекло. Гектор не говорит ни слова. Стиснув зубы, он лавирует между препятствиями, пока чудесным образом не выпрыгивает на другую дорогу. Капот сильно разбит и дымится, но двигатель работает.

— Это… м-м… я срезал путь, — говорит Гектор. Он пробует педаль газа, и мы вот мы уже громыхаем по новой дороге.

— Думаю, мы от них оторвались, — говорит Крейтон, глядя вверх по склону.

Я хлопаю Гектора по плечу и смеюсь. Крейтон высовывает дуло автомата в заднее окно и ждет. Впереди уже видно озеро. Интересно, почему Крейтон думает, что оно нас спасет.

— А почему мы так рвемся к этому озеру? — спрашиваю я.

— Ну, ты ведь не думаешь, что я отправился на твои поиски с одной только Эллой?

Меня подмывает сказать ему, что еще несколько часов назад я думала, что он приехал меня убить. Но скоро позади опять появляются могадорцы. Крейтон поворачивается, а Гектор то и дело стреляет глазами в зеркало дальнего вида.

— Уже близко, — говорит Крейтон.

— Мы выберемся, папа, — говорит Элла, глядя на Крейтона. Когда я это слышу, мое сердце наполняется нежностью. Он ей тепло улыбается и кивает. Элла сжимает мою руку. — Оливия тебе понравится, — добавляет она.

— А кто эта Оливия? — спрашиваю я. Она не успевает ответить. Дорога поворачивает на девяносто градусов и резко идет вниз к озеру. Элла напрягается у меня в руках, когда дорога кончается, а Гектор отпускает педаль газа, и пикап таранит цепное ограждение вокруг озера. Мы наезжаем на маленький булыжник, колеса отрываются от земли, и мы летим, прежде чем со стуком приземлиться на берегу озера. Гектор быстро едет к воде, и у самой ее кромки жмет на тормоза, и мы с юзом останавливаемся. Крейтон плечом отбрасывает дверь и бежит в воду, пока она не доходит ему до колен. В левой руке у него автомат, а правой он швыряет далеко в озеро какой-то предмет и начинает бормотать на непонятном мне языке.

— Ну, давай же! — призывно кричит он, выбрасывая перед собой руки. — Давай, Оливия!

Гектор, Элла и я выпрыгиваем из машины и бежим к нему. Ларец у меня под мышкой. В этот момент вода посередине озера начинает бурлить.

— Марина, ты знаешь, что такое химера?

Я не успеваю ответить. На сцену врывается одиночный могадорский «Хаммер». Мощная танкоподобная машина с пулеметом наверху мчится вниз по склону прямо на нас. Крейтон, стоя в воде, поливает свинцом ее ветровое стекло. Машина сразу теряет управление и врезается сзади в пикап Гектора. Оглушительный треск от удара сопровождается лязгом металла и звоном разбитого стекла. Десятки других машин конвоя спускаются с последнего холма и начинают стрельбу. Берег сотрясают взрывы, вздымая огонь и дым и сбивая всех нас с ног. Сверху падают вода и песок. Мы с трудом поднимаемся. Крейтон хватает меня за воротник.

— Беги отсюда! — кричит он.

Я беру Эллу за руку, и мы во всю прыть бежим вдоль озера, огибая его слева. Крейтон начинает стрелять, но я слышу не один автомат, а два. И я очень надеюсь, что на второй спусковой крючок нажимает палец Гектора.

Мы бежим к роще, которая спускается со склона и доходит до самой воды. Мы бежим по мокрым камням, и Элла совсем не отстает. Стрельба продолжается, а когда она останавливается, сверху доносится громкий звериный рев, от которого я останавливаюсь как вкопанная. Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на существо, способное испускать такой парализующий рык. Я знаю, что оно не от мира сего. Из воды на высоту десяти-пятнадцатиэтажного дома выступает длинная мускулистая серая с отливом шея. Ее венчает огромная голова ящерицы. За раздвинутыми, гладкими, как галька, губами видны огромные зубы.

— Оливия! — радостно кричит Элла.

Оливия откидывает голову и снова издает разрывающий уши рев, а в него со стороны холма вонзается какой-то пронзительный лай и визг. Я смотрю на склон и вижу, как по нему к озеру бежит стая странных маленьких зверей.

Я судорожно сглатываю.

— Кто это? — спрашиваю я Эллу.

— Краулы. Целое полчище.

Шея Оливии уже полностью над водой, возвышаясь на высоту тридцати этажного дома. Шея плавно переходит в тело, расширяясь и утолщаясь. Могадорцы тут же открывают по ней огонь, а Оливия колотит их головой, убивая сразу по несколько и усеивая берег большими кучами пепла. Я вижу темные фигуры Крейтона и Гектора, оба стреляют — у дул автоматов видны вспышки. Могадорцы отступают, а сотня краулов прыгает в воду и плывет к Оливии. Многие, цепляясь когтями, забираются вверх и рвут ее у основания шеи. Вода в озере быстро окрашивается кровью.