Соблазнительная цветочница - Грэхем Линн - Страница 26

Джемайма смотрела на него полными слез глазами. После ужасной сцены с отцом все ее чувства были обострены.

— Правда?

— Я никогда не думал уходить от тебя. Я встретил тебя — и все! Дело сделано. Ты помнишь наши выходные? В том домике, что я снял возле отеля? — спросил Алехандро, глядя на нее темными глазами.

Она кивнула.

— Эти дни были самыми счастливыми днями в моей жизни. После этого я уже не мог позволить тебе уйти.

— Но вначале, когда мы только познакомились, ты часто отменял свидания и не звонил, когда обещал.

Алехандро вздохнул:

— Вначале… вначале я пытался бороться со своими чувствами. Я так тебя хотел, что это выводило меня из себя. Я был еще не готов к семейной жизни. К тому же помня, в какую зависимость попал мой отец, я поклялся никогда не влюбляться.

— Думаю, тебя все же беспокоили различия между нами.

— Эти различия только означали, что мы можем дополнять друг друга. А после того как мы поссорились, я понял — ты мне необходима, — возразил Алехандро, его смуглое лицо было серьезно.

— Я думала… — Джемайма замялась. — Я думала, для тебя важен только секс.

— О нет! С этим было бы легче справиться, — усмехнулся Алехандро. — Тогда я еще не совсем понимал… но мне хотелось, чтобы ты всегда была в моей жизни, а не только на выходные, когда я мог приезжать в Англию. Мне так этого не хватало, что единственным выходом оставалось жениться на тебе.

— Я не знала… Ты никогда мне этого не говорил.

— Конечно, не говорил. Я хотел держаться холодно и независимо. Я вообще не из тех, кто привык делиться мыслями. Но я перестал встречаться с другими женщинами, чтобы ты была только моей. Знаю, это я виноват, что ты не могла рассказать о своем прошлом. Очевидно, рядом со мной ты не чувствовала себя в безопасности.

— Я всегда всем говорила, что мои родители умерли, — это было легче, чем сказать правду, — призналась она. — Вот куда ушли те деньги два года назад. Отец угрожал пойти в газету и все рассказать, чтобы оскорбить твою семью.

Алехандро махнул рукой:

— Это ерунда. Пусть делает что хочет. Большинство людей испытывают к подобным вещам лишь мимолетный интерес… Так, значит, он и два года назад тебя шантажировал?

— Да… Я думала, ты станешь стыдиться меня, когда узнаешь, из какой я семьи. Честно говоря, пришлось бы немало потрудиться, чтобы найти среди моих родственников хоть одного приличного человека.

Алехандро взял ее за руки:

— Надо было сразу сказать, что тебе угрожают. Если бы ты дала мне возможность разобраться с этим! Твой отец, как и все шантажисты, увидев, что я не боюсь его, сразу бы сдался.

— А я вместо этого отдала ему все твои деньги… — пробормотала Джемайма, бледная от стыда и смущения.

— Ты просто не подумала. Ты могла бы мне довериться… — Его глаза были полны сочувствия. — Но я не стал для тебя тем, кому можно довериться. Поэтому твой отец и получил над тобой власть.

— Это еще одна причина, почему я ушла от тебя, — призналась Джемайма. — Из-за того, что не видела конца его требованиям. У меня было ощущение, что наш брак проклят и мне лучше уйти.

— Лучше всего тебе было довериться мне. Я бы никому не позволил причинить тебе вред, — твердо сказал Алехандро. — Но у меня слишком вошло в привычку никогда не делиться своими чувствами. Возможно, поэтому наш брак тогда и распался.

Джемайма посмотрела на его грустное красивое лицо и наклонилась, чтобы поцеловать его. На мгновение он замер, но потом с таким жаром ответил на ее поцелуй, что у нее перехватило дыхание. Ее сердце бешено стучало, она прижала свое горящее лицо к его плечу.

— Я уже начала думать, что ты меня больше никогда не поцелуешь, — прошептала она.

— Наверное, я немного перестраховался.

Джемайма удивленно посмотрела на него:

— О чем это ты?

— О нашем трехмесячном соглашении. Три месяца истекли на этой неделе, а потом… потом ты начала как-то странно себя вести. Ну, я и решил, ты снова собираешься уйти от меня и думаешь, как это сделать, чтобы Альфи остался с тобой.

— Господи, я и думать забыла об этих трех месяцах!

— Ты забыла?! — Он был изумлен. — Как о таком можно забыть? У меня это все время из головы не выходило!

— Ах вот, значит, почему ты пригласил меня в клуб на танцы! — рассмеялась Джемайма.

— Я столько ошибок совершил в наших отношениях, что мне пришлось сделать над собой усилие и как-то это компенсировать, — признался Алехандро, его гордость явно испытывала муки перед ее все возрастающим веселым изумлением. — Я боялся, ты снова можешь уехать…

Джемайма положила руку ему на грудь, чувствуя под своей ладонью удары сердца.

— Разве я могу уехать? Ты всегда будешь нужен мне, — просто сказала она.

Его ладонь накрыла ее руку.

— Всегда?

— Всегда. И ты. И этот замок. Как в старой сказке — до самого конца… Я жадная, я хочу этого всего!

— Все, чего хочу я, — так это тебя! Я ужасно тебя люблю.

Ее сердце подпрыгнуло.

— И… с каких пор?

— С тех пор, как мы познакомились. Только я не хотел признаться в этом даже самому себе.

— Но ты никогда не говорил мне об этом.

— Да, я скуп на слова… Но, как думаешь, почему я женился на тебе? Нам было хорошо в постели, но этого было бы мало, если бы я не чувствовал ничего другого. Когда ты уехала из Испании, мне показалось, моя жизнь кончилась.

— Может, это и к лучшему, — выдохнула она, ее глаза потемнели. — Мне нужно было повзрослеть. Для тебя я была слишком незрелой.

— Да, тебе было рано выходить замуж. Но я просто больше не мог ждать. Я не мог даже ждать, пока моя мачеха организует свадебную церемонию.

— Я и не знала, что был такой вариант, — удивилась Джемайма.

— Я и сам не сразу понял, сколько времени потребуется для всех этих приготовлений. Считал дни, когда смогу привезти тебя в Испанию. В конце концов я махнул рукой на традиции и решил по-быстрому обвенчаться в Англии.

Она грустно улыбнулась:

— Да, мы оба поторопились…

— Но с самыми лучшими намерениями, — добавил он. — Только ты никогда, никогда больше не уходи от меня, слышишь?

Джемайма кивнула, но было видно, что какая-то мысль не дает ей покоя. Наконец она решилась.

— А после того, как я ушла… у тебя были женщины?

Он тряхнул головой.

— Нет. Я сказал себе, что до развода у меня никого не будет. Но я и не хотел никого. Я все время думал только о тебе.

— Я тоже… — прошептала Джемайма.

Он коснулся пальцами ее лица, пристально вглядываясь в него, и повторил:

— Никогда не уходи от меня.

— Не уйду, — пообещала она и вдруг покраснела. — Вот только мне надо прилечь…

Его реакция была мгновенной. Вскочив с дивана, он протянул ей руку:

— Как же я не сообразил! Надо было сразу отвезти тебя к врачу.

— Ерунда, это просто шишка. Да, когда я упала, у меня искры посыпались из глаз, но теперь все прошло. Чего я действительно сейчас хочу… — Ее рука медленно скользнула по его груди и опустилась ниже.

— Я всегда готов! — Алехандро с энтузиазмом подхватил ее на руки и торопливо понес по лестнице, прижимая к себе, как бесценный дар.

Но Джемайма еще не простила ему те бессонные ночи, когда она лежала, напрасно ожидая его.

— Я беспокоилась, что твоя страсть уже погасла.

— Моя страсть пылает как костер! — В доказательство своих слов он энергично толкнул плечом дверь спальни. — Я всегда хочу тебя.

Их одежда летела в разные стороны, пока его жадный рот осыпал поцелуями ее тело. Его руки нашли ее грудь, влажный жар между ног… Через несколько секунд он был уже в ней, и сила ее ответа увеличила его желание до предела. Оргазм пришел к ней как неудержимый фонтан горячих искр.

— Думаешь, это подходящий момент сказать, что я забыл про презерватив? — прошептал Алехандро, пытаясь восстановить дыхание.

Джемайма замерла, подумав о возможных последствиях, но потом улыбнулась:

— Наверное, да, потому что я об этом тоже забыла.