Космобиолухи - Громыко Ольга Николаевна - Страница 62

— Я могу… — начал Винни, но осекся. Роджеру даже послышался тихий щелчок переключателя в мозгах пилота.

— Есть придумать что-нибудь позитивное! — отчеканил он и, по-уставному развернувшись на каблуке, промаршировал к своему креслу, где открыл себе сразу три вирт-окна, в которых замелькали какие-то схемы и таблицы.

— Что это с ним? — поинтересовался Фрэнк.

— Тихо! — шикнул на него капитан. — Смотри, завидуй и учись. На него снизошло сатори. [51]

— И что? — не понял навигатор.

— Увидишь! — туманно пообещал капитан.

Тет-а-тет пилота и снизошедшей к нему музы продлился минут пятнадцать, после чего Винни вернулся к собравшейся у пульта компании, волоча за собой свернутое вирт-окно.

— Любуйтесь и ужасайтесь! — провозгласил он, разворачивая экран жестом записного фокусника. — Перед вами самый опасный монстр в этой части галактики — знаменитый степянский биологожор.

Пираты дружно посмотрели на экран, а затем, куда внимательнее, на лучащегося самодовольством Винни.

— Слушай, — осторожно начал Сакаи, — давай-ка сходим в медотсек. Отравление углекислым газом штука опасная, могут быть отдаленные последствия…

— Ты это к чему? — удивился пилот.

Капитан молча ткнул пальцем в вирт-окно, где на веселеньком зеленом фоне красовалась некая конструкция из трубок, напоминающая то ли сидящую собаку в исполнении трехлетнего ребенка, то ли самодельный миномет.

— А-а… — Перегнувшись, Винни ткнул пальцем в треугольник перемотки. — Забыл включить.

Зеленый фон мигнул и сменился зловеще-багровым. Под бодрый металлический лязг из динамиков загадочная конструкция начала обрастать сервоприводами, волноводами, сенсорами и дополнительной арматурой. Окончательно смысл происходящего стал понятен, когда на механическую «плоть» натянулась пятнистая шкура. Красноглазый монстр встал, зевнул, демонстрируя зрителям тройной набор сверкающих клыков, часть которых даже не помещалась в пасти, и потянулся, выпустив еще более впечатляющие когти.

Ежик пискнул и, расколупав лапками ворот, нырнул под капитанский китель.

— Первая жертва, — нервно хихикнул Фрэнк. — Да-а, от такого зверя кто угодно сбежит. У меня и то мурашки по коже, очень уж он плотоядно смотрит.

«Плотоядно — это еще мягко сказано», — подумал Роджер. Тварь на экране смутно напоминала пса-демона из книги «Японская гравюра XIX века», но при встрече с подобной зверюгой и тот бы поджал все шесть хвостов и удрал, подвывая от ужаса.

— Что ж, идея мне нравится, — признал Сакаи. — Раз они устроили нам подлянку с этой… ну как ее…

— Шоаррской лисой, — подсказал Фрэнк.

— …то мы имеем полное моральное право познакомить их с «местной» фауной. Главное, чтобы робот получился такой же убедительный, как на картинке.

— Получится еще лучше, — уверенно пообещал Винни. — Я этим делом уже давно увлекаюсь.

— Давно? — переспросил Сакаи, прежде не замечавший за пилотом особого рвения по части создания клыкастых монстров.

— У меня в детстве не было робособаки. — Винни произнес это с такими надрывом, что даже робко выглянувшему из-под кителя Петровичу стало понятно: это действительно трагедия. — В нашем квартале у всех моих друзей и знакомых были, даже у девчонок… Один я ходил как дурак, — тоскливо сказал пилот. — Родители были согласны только на живую. Просил, уговаривал… От живой ведь толку никакого, одни проблемы: говорить она не умеет, интересных программ в нее не загрузишь, гулять с ней надо, кормить. А они уперлись. Нарочно слетали в столичный зоомагазин и купили мне натурального щенка… Который через две недели сломался, ну в смысле сдох.

— Ужас какой, — потрясенно прошептала Джилл.

— Вот-вот, — кивнул пилот. — Чинить его в магазине отказались, менять по гарантии тоже. Обидно вышло. А потом я еще раз обломался, уже в юности: хотел поступить в К-9, но как раз тогда они в порядке эксперимента перешли на русских киберкотов.

— Так ты из-за этого написал рапорт о переводе в полицейский спецотряд? — догадался капитан.

— Ну да, — кивнул пилот. — Обидно было до чертиков. Ненавижу кошек!

Сакаи еще раз посмотрел на вирт-окно с клацающим зубами монстром, затем перевел взгляд обратно на Винни.

— Ты вот что… Как-нибудь сделай полный список своих детских проблем. Чтобы мы могли хоть немного морально подготовиться.

— Станислав Федотович, — Полина подобралась к капитанскому креслу так бесшумно и окликнула капитана таким проникновенным голосом, что бывший космодесантник подскочил сантиметров на двадцать, — можно с вами поговорить?

— Конечно, Полли. — Капитан поспешно развернул кресло и встал. — В чем дело?

— Да нет, вы сидите, сидите! Хотя если вам так удобнее… — многозначительно добавила девушка, зачем-то быстро глянув вниз и снова уставившись капитану в глаза.

Станислав тоже посмотрел на свой живот, но ничего компрометирующего не обнаружил.

— Да что случилось-то?

— Ничего, — успокоила его Полина. — Просто… Я понимаю, тема очень щекотливая… но так вышло, что я в курсе вашей проблемы.

— Какой проблемы? — на всякий случай переспросил Станислав, заводя руку за спину, к кобуре. Неужели киборг догадался, что капитан его ищет, и решил первым нанести удар?!

Полина проследила за его рукой понимающим взглядом.

— Не волнуйтесь, — сказал она. — Я никому не расскажу. Хотя вообще-то все и так знают.

— Знают?! — Станислава накрыло жуткое озарение: в данные сканера вкралась опечатка и на корабле на самом деле один человек и восемь киборгов.

— Ага, — кивнула Полина, радуясь успешному продвижению своей миссии. — И просили передать, что мы все равно очень вас уважаем. Да и вообще, это такая ерунда на самом деле! У всех проходит, и у вас пройдет.

Станислав знал только один способ успешного прохождения киборга: три обоймы россыпью и контрольную в голову.

— Ерунда? — недоверчиво уточнил он.

— Ага, — преувеличенно весело кивнула Полина. — От него даже Наполеон страдал! И ничего, воевал как-то.

Станиславу живо представился Наполеон в белых лосинах, высоких сапогах и кургузом мундире с орденами, картинно тычущий шпагой в киборга с плазменным ружьем. Капитан помотал головой, отгоняя это бредовое видение.

— А разве они тогда были?!

— Еще как! Его даже у египетских мумий находили, — вдохновенно продолжала девушка, перед походом к капитану успевшая пролистать ту же медицинскую энциклопедию. — В те времена, правда, с ним толком бороться не умели, только народными средствами — огурцами там или осиной, — но с тех пор наука шагнула далеко вперед…

К образу Наполеона добавились пучок осиновых кольев и кадушка с солеными огурцами, почтительно удерживаемая двумя адъютантами, а к киборгу — бахрома сикось-накось намотанных бинтов.

— Так что не стесняйтесь и не переживайте, для мужчины старше сорока это совершенно обычное дело! — окончательно добила капитала Полина.

— Ты вообще о чем?! — не выдержал Станислав, всерьез опасаясь за свой рассудок.

— Об этом. — Лаборантка подмигнула.

— О чем об этом?!

— Ну который на «гэ». — Девушка подмигнула еще раз, теперь другим глазом, и капитан почувствовал, что у него самого начинается нервный тик.

— Полина, кончай нести чушь! — сурово потребовал он. — Говори прямо: что ты имеешь в виду и чего тебе надо?!

— Ребята послали узнать, как там ваш геморрой продвигается, — обиженно призналась Полина. — То есть его лечение. Вам хоть немножко лучше? А то мы беспокоимся.

— Геморрой?! — ошеломленно переспросил Станислав, подозревая, что имеет дело с метафорой. — Какой еще геморрой?

— Который там, — снова показала глазами девушка. — В по… Сзади.

— Та-а-ак… — Капитан каким-то образом умудрился стать выше и шире, заставив Полину, напротив, боязливо сжаться. Уловив подозрительный шорох в коридорчике, он отстранил девушку и решительно двинулся на разведку, но шорох тут же сменился торопливым шлепаньем и шуршанием шлюза.

51

В японской буддийской традиции — состояние просветления. Порой с трудом отличается от обычного сдвига крыши.