Космобиолухи - Громыко Ольга Николаевна - Страница 69

— В таком случае… — обиженно процедила «Маша» и, повернув вышивку «лицом» к Станиславу, перешла на металлический «компьютерный» тон: — Доступ запрещен!

Как Станислав ни бился, больше ничего выяснить не удалось. В общие и рабочие файлы искина киборг не вмешивался, как не оспаривал и капитанское право доступа к управлению кораблем, — просто создал для себя запароленный раздел, куда «сливал» по личному беспроводному каналу собранную информацию. «Маша», скорее всего, воспринимала его как одно из подключаемых устройств, а то и вовсе считала частью системы.

«Не киборг, а вирус какой-то, — с досадой подумал Станислав. — Еще и искин мне испортил!»

— Чего ты тут ругаешься? — Венька, незаметно образовавшийся за столом, успел вскипятить чай и теперь разливал его по кружкам.

Побледневший от возмущения и досады Станислав резко повернулся к другу и выпалил:

— Все, эта «Маша» у меня допрыгалась! В первом же порту сменю ее на типового помощника. Да хоть на собачку! На кошечку! На говорящую скрепку!!!

— Где ты видел говорящие скрепки? — удивился доктор.

— На что угодно, короче, — опомнился капитан. — Но терпеть ее выходки я больше не намерен!

— Еще неизвестно, кто кого терпит! — отгавкнулась «Маша» и оскорбленно исчезла с платформы, оставив после себя картинку расползающегося ядерного гриба.

— Да что она такое натворила?

— Представляешь, эта дрянь киборга покрывает! Еще и нахамила, паршивка! Эх, хакера бы сюда, я бы их обоих… — Станислав стукнул кулаком по столу, чашки подскочили. Вениамин торопливо схватил свою за ручку, но было поздно: с донца уже капало.

— Хор-р-рошо, — пророкотал доктор тоном, вообще-то ничего хорошего не сулившим. Одержимость друга киборгом вконец его достала. Спокойный, рассудительный человек за считаные дни превратился в злобного параноика! Сколько ж можно?! — И кем ты готов пожертвовать?

— В каком смысле? — Станислав сел и, невзирая на дымок над чашкой, сделал большой глоток. Пересохшее горло стало обожженным, из глаз брызнули слезы, что не улучшило капитану настроения.

— Ну что ты сделаешь с киборгом, когда найдешь?

— Пристрелю как бешеную собаку, что ж еще?! — откашлявшись, искренне удивился вопросу Станислав.

— А вместе с ним — кого? Теда? Полину? Марию Сидоровну?

— Это всего лишь маска! — защищался капитан.

— И чем же она отличается от лица, если ты уже неделю отличить не можешь?

— То есть для тебя нет разницы, с программой ты общаешься или с живым человеком?!

— Иные программы, — выразительно сказал доктор, — поприятнее людей будут. А если это, скажем, я — тоже пристрелишь?

— Да! — запальчиво подтвердил Станислав. — То есть…

Поздно. Вениамин со стуком поставил так и не пригубленную кружку, молча отодвинул стул и пошел к медотсеку.

— Вень, ну чего ты? — спохватился капитан. — Я же знаю, что это не ты!

— А вот я насчет тебя не уверен! — огрызнулся доктор, и створка задвинулась.

— Венька! — Станиславу тоже резко расхотелось чаю. В раздумье покрутив кружку за ручку туда-сюда, он встал, подошел к медотсеку и тихо, виновато постучался. — Ну извини, я был неправ…

— Я тоже, — неестественно спокойно отозвался друг, чем-то позвякивая — видно, взялся наводить порядок в шкафу, чтобы унять нервы. — Капитан из тебя паршивый!

Станислав до боли стиснул кулаки. Нет, расквасить Веньке нос ему не хотелось. Но и лупить в сердцах по стене было глупо.

К тому же за спиной прошелестела дверь шлюза, и капитану пришлось срочно брать себя в руки.

Владимир поглядел на Станислава с легким неудовольствием, однако продолжил путь к холодильнику. Вытащил оттуда ополовиненную банку с паштетом, оставшимся с завтрака, брезгливо принюхался, но все-таки соорудил огромный бутерброд, еще и майонезом из тюбика сверху полил.

— Да, капитан, давно хотел сделать вам замечание. Скажите своим подчиненным, чтобы перестали увиваться вокруг моей лаборантки, — небрежно, но в приказном порядке бросил микробиолог. — А то знаю я этих романтиков космических дорог: вскружат доверчивой девчонке голову, и ищи-свищи их потом.

Капитан уставился на ученого, как настоятель монастыря, послушников которого обвинили в групповых оргиях. Даже заядлый казанова не стал бы крутить амуры на борту космического судна, более того — самые пропащие пираты, узнав о таком, без разговоров выкинули бы сластолюбца в открытый космос. В портах — святое дело, Ее Величество Любовь — тоже понятно (хоть и «кхм»), но вносить раздрай в экипаж ради проходной интрижки?! И, что самое существенное, среди космолетчиков это считалось Дурной Приметой, которая действовала мощнее брома.

— Я ручаюсь, что в обществе моих ребят вашей лаборантке ничего не грозит, — ледяным тоном отчеканил Станислав. — Даже если она сама попросит.

— Все равно, нечего ей к ним бегать, — упрямо буркнул Владимир. — Она сюда работать прилетела, а не на танцульки.

— Но не круглые же сутки ей работать! — вступился за бедную девушку капитан. — Полина и так приходит к нам только по вечерам, нельзя же требовать от молодой…

— Молодость, — нравоучительно поднял палец ученый, — это время закладывать фундамент для старости. Чем больше наработаешь сейчас, тем больше пожнешь потом. Вот вы, например, чем в молодости занимались, что до сих пор вынуждены грузовики гонять?

Станислав на миг потерял дар речи, а потом показал чем. Прижатый щекой к стене (к ней же, чуть ниже, прилип паштетом бутерброд), ученый вмиг растерял половину спеси и взвыл:

— Что вы себе позволя-а-аете!

Капитан еще круче заломил ему руку и, стараясь сдерживать эмоции, негромко сообщил на ухо:

— А грузовики — просто мое хобби. Ясно?

— Я-а-асно! — Отпущенный Владимир шарахнулся от Станислава, тонко выкрикнул: — Да он ненормальный какой-то! — и выскочил из корабля.

— Киборг в белом халате! — сердито бросил в ответ капитан самое страшное на данный момент ругательство.

Бутерброд отлип и с мягким шлепком упал на пол.

Минут через десять из каюты вышел Дэн. Увидев одиноко сидящего за столом капитана, уткнувшегося лбом в сцепленные руки, рыжий попятился к двери, но Станислав поднял голову и ворчливо окликнул:

— Да не бойся ты, заходи. — И неожиданно для самого себя добавил: — Чаю хочешь?

Навигатор замялся, и капитану стало совсем тошно. С Венькой поругался, команду запугал, ученого чуть не придушил, теперь придется разгребать эту дурацкую ситуацию… И кто тут злокозненный киборг?!

— Да, спасибо. — Дэн подошел и сел напротив капитана.

Чай Станислава почти остыл, даже сахар в нем таять не желал. Впрочем, для капитана это был лишь повод подольше поболтать ложечкой. Кружка Вениамина немым укором стояла посреди стола, навигатор взял новую. Несколько минут слышались лишь деликатное прихлебывание и хруст печенья.

— Он трус, но гордый, — неожиданно сказал рыжий, не поднимая глаз. — Если вы ничего не скажете остальным, то и он будет молчать, будто ничего не было.

— Подслушивал? — невесело усмехнулся Станислав.

— Немного. — Дэн уже давно хотел выйти, но открыл дверь, увидел прижатого к стене Владимира и решил не мешать воспитательному процессу.

— Что, приходилось с подобными типчиками сталкиваться?

— И не с такими приходилось.

— «Черная звезда»? — понимающе уточнил капитан.

Навигатор кивнул.

— Похоже, не слишком-то законопослушное судно было… — продолжал Станислав, пытаясь раскрутить парня на откровенность.

— Не то слово, — скупо отозвался Дэн.

— Ну хоть с экипажем ты ладил? С капитаном?

Рыжий промолчал. Кусочек печенья хрупнул и рассыпался у него в пальцах.

— А здесь тебе как?

Прежде чем ответить, навигатор поднял голову и долго, пристально смотрел Станиславу в лицо, словно читая на нем истинный смысл вопроса. А потом медленно и веско сказал:

— Мой предыдущий капитан очень любил вирианскую борьбу тэй-о. И очень не любил проигрывать. Поэтому либо ты лежишь разбитым носом в пол, либо, чуть попозже, лежишь в карцере с разбитым всем.Вы меня вполне устраиваете, Станислав Федотович. А что вы обо мне думаете, мне все равно.